— Шалом! — и вздрогнула от неожиданности.
Перед ней лежала точная копия покойного Мордехая Башевиса. Коротко выдохнув, она тут же набросила на незнакомца «Инкарцеро», отступила на два шага назад и опустилась в кресло.
Можно было собой гордиться — «гость» наверняка не ожидал подобной прыти от женщины на седьмом месяце беременности. Однако к чувству удовлетворения от того, что она не растеряла еще боевые навыки, примешивалось другое чувство, подозрительно похожее на панику. Улетая в Израиль, она не сказала никому, куда направляется, просто исчезла, отправив Люпину сообщение по «связному блокноту», что нашла подходящее убежище. Так что узнать от кого-либо из них о ее местонахождении люди Волдеморта никак не могли. Если только им каким-то образом удалось отследить те пустяковые бытовые чары, которые она использовала все эти два месяца. Диана понятия не имела, возможны ли подобные манипуляции на таком удалении от Англии, но кто знает — может быть это очередная разработка Отдела Тайн, ведь никто толком не знает, чем они там занимаются.
Действие Парализующего заклятия постепенно ослабевало. Человек на полу тяжело дышал и извивался, обмотанный веревками, словно закованный в кокон, а Диана с удовольствием наблюдала за его потугами и судорожно соображала, как ей теперь действовать дальше. Хорошо, если он пришел один, куда хуже, если в подъезде или у входа в дом дежурит «группа поддержки». Боец из нее сейчас неважный, как ни крути. То, что это — враг, не вызывало никаких сомнений, но вот что делать с этим врагом? Убить или достаточно подчистить ему память, отключить сознание и выставить за дверь, а самой попытаться уйти, хотя бы под Маскировочными чарами? Так ничего и не решив, Диана снова взглянула на своего пленника.
Когда он падал, он оборонил свою палочку, Диана ее подобрала и теперь пристально разглядывала. Породу дерева ей определить не удалось, но, судя по всему, палочка была сделана не Оливандером — тот обрабатывал древесину несколько по-иному, к тому же на рукоятке палочки красовался рисунок, напоминавший узоры индейцев навахо. Интересно, подумала она, неужели Волдеморт умудрился завербовать кого-то из заокеанских волшебников.
Пришелец сейчас был совершенно беспомощен перед ней, и это рождало в душе странные ощущения, схожие с опьянением властью и желанием причинить боль. Словно со дна души поднималась та тьма, которая в свое время породила в ней интерес к Темной магии и позволила использовать «Круциатус» против однокурсника. И с которой она, кажется, успешно справлялась все эти годы.
Она тряхнула головой, отгоняя непрошенные позывы. Дать волю своим темным инстинктам она еще успеет, когда доберется до… Для начала неплохо бы разобраться с визитером.
— Предупреждаю: вздумаешь орать и звать на помощь — наложу «Силенцио», а затем вызову магловских полицейских и сдам им тебя, как арабского террориста, — пригрозила Диана, направляя на него свою палочку. — Здесь тебе не Англия, здесь ты даже пикнуть не успеешь, как они из тебя дуршлаг сделают!
Тот по-прежнему молчал, но попытки освободиться прекратил.
— Вот и славно. А теперь — ты кто такой?
— Вы меня не узнаете? — удивился тот, глядя ей в глаза. — Я — Мордехай Башевис, я передавал вам вашу книгу, помните?
Стоило признать, что неизвестный хорошо подготовился к визиту — он прекрасно копировал не только голос, но и чуть картавую, с акцентом, манеру говорить Башевиса.
— Маскировка удалась, что и говорить, — насмешливо сказала она. — Да только с объектом ты промахнулся, любезный. Мордехай Башевис мертв. Погиб, знаешь ли, еще весной. Такая нелепая смерть для мага, даже смешно, а ты не знал? Я слышала, что Лорд нынче набирает в свои ряды кого попало, но чтобы он сам впал в маразм — как-то не верится!
— Я и есть Башевис, мисс Беркович, — примирительно сказал лежавший. — Может быть, вы немного ослабите веревки? Мне трудно дышать.
— Перебьешься. Мне тоже бывает трудно дышать, хотя и по другой причине. Кто тебя послал? Темный Лорд?
— «Меа меюхад»1.
— Чего? Ани лё мэдабэрэт иврит2, знаешь ли!
— «Меа меюхад» — «особая сотня» по-английски.
— Что это еще за банда?
— У вас ее называют Авроратом…
— И для этого потребовалось надевать на себя личину погибшего человека? — ухмыльнулась она. — Не испытывай моего терпения, оно и так на исходе. Только ребенок удерживает меня от того, чтобы применить к тебе парочку темных заклятий! Хотя я и светлыми могу доставить тебе кучу незабываемых ощущений! Твое настоящее имя!