— Не понимаю…
— Миша мой покойный до войны служил в НКВД, если ты знаешь, что это за контора.
— Знаю, тетя Сара рассказывала…
— Ладно, кто-то же должен и за порядком в стране следить, — вздохнула Елизавета, наливая себе и Диане чаю. — Лучше скажи мне — ты с дитём собираешься на свою службу таскаться?
— Еще не решила, — Диана встала со стула и подошла к окну, бездумно глядя на улицу и чувствуя нестерпимое желание закурить.
Пауза затянулась, и она, не выдержав, повернулась в сторону Елизаветы. Пожилая женщина сидела, полузакрыв глаза и чинно сложив руки на животе. Казалось, она тоже мучительно над чем-то размышляет. Наконец, она встала и очень тихо произнесла:
— Знаешь, Динка, у меня ведь внуков-то нету. Анке поздно уже, да и муж, козлина, от нее ушел потому, что она родить не могла. Боря твой мне и есть как внук, хоть и не кровный. Если уж совсем с дитём на руках твоей работой не получится заниматься, я ж понимаю, там у вас в Скотланд-Ярде не огурцы выращивают… Оставляй его здесь, со мной, я еще не настолько стара, чтобы за ребенком не усмотреть, да и Анка поможет, если что.
— Вы это серьезно? — далеко не сразу спросила Диана, во все глаза глядя на Елизавету.
— Куда уж серьезнее. Ты подумай все-таки. Ну, кому ты его там оставлять-то будешь? А платить нянькам небось дорого, скажешь нет? Да и слабенький он у тебя, недоношенный, а в Англии вашей сырость да холод вечные, разоришься ты на лечении!
Диана молчала, не зная, что сказать. Она не могла поверить в то, что Елизавета сама предложит ей такой вариант. Она думала, что та на просьбу присмотреть за ребенком хотя бы месяц начнет отговариваться возрастом, занятостью, здоровьем, да чем угодно, но совершенно не ожидала столкнуться с безоговорочной готовностью предложить себя в качестве бабушки ребенку, родному ей только по фамилии. Она просто подошла к родственнице и молча обняла ее.
Та погладила Диану по голове и наставительно произнесла:
— Вот и правильно. На кой ляд тогда вообще нужна родня, если с ней даже дитё оставить нельзя?
— Спасибо вам… — только и смогла произнести Диана, чувствуя, как на глазах закипают слезы.
— Спасибо не булькает, — непонятно сказала Елизавета и улыбнулась. — Помнишь ту бутылку вина местного, что тебе подарил Лемберский, как ты из клиники вышла? Не пришла ли пора ее раздавить, как думаешь?
* * *
На следующий день Диана позвонила Башевису по номеру, который он ей оставил перед уходом, и попросила его прийти. Тот появился в тот же день, ближе к вечеру, после ухода Елизаветы (видимо, специально караулил, чтобы не столкнуться с ней). Протянув гостю чашку с кофе, Диана без предисловий сказала:
— Мистер Башевис, я должна буду вернуться в Англию, поэтому хочу попросить вас присмотреть за моей семьей здесь, в Ришоне.
Казалось, Башевис даже не удивился. Он отхлебнул кофе и понимающе кивнул:
— Я так понял, что ребенка вы оставляете на попечение вашей тетушки? Весьма мудрое решение.
— Да, Брайан останется здесь до моего возвращения. Надеюсь, я не перешла границы дозволенного со своей просьбой предоставить им магическую защиту?
— Какие проблемы? Не знаю, как это принято в Великобритании, магическое сообщество Израиля бережет каждого своего члена, тем более что наши возможности позволяют нам это сделать. Магов в самом Израиле меньше, чем в Британии, но миллионы евреев разбросаны по всему миру, и среди них, конечно же, есть волшебники. Так вот — каждый из них взят на особый учет, поэтому обеспечить защиту вашему сыну — наша обязанность. Мы привыкли держаться друг за друга, возможно, в этом одна из причин, почему наш народ за всю историю так и не удалось извести, несмотря на бурное желание отдельных представителей человечества.
— Да уж, — улыбнулась Диана, — мы неистребимы.
* * *
Хитроу встретил Диану холодной моросью и туманом. Родная слякоть, подумала она, с наслаждением втянув ноздрями влажный, холодный и пропитанный запахами мокрого асфальта и бензиновых выхлопов воздух родины. Прямо из аэропорта она взяла такси и отправилась на вокзал Сент-Панкрас, намереваясь прямым ходом направиться в Шеффилд, а там, проведя ревизию своего магического арсенала, разработать подробный план действий.