Выбрать главу

Ей казалось, что ее худшие опасения подтвердились, когда бурная сцена, последовавшая за ее признанием, завершилась его уходом — с собиранием вещей и обещанием подать на развод сразу по возвращению в Новую Зеландию (брак был заключен в Окленде). Но через неделю Стив вернулся, поостыв и придя к выводу, что жена-ведьма — это не так уж и плохо, во всяком случае, за два года их знакомства у него не было повода жалеть о женитьбе.

Диана не стала посвящать его в подробности предстоящего противостояния с Волдемортом (неопровержимых доказательств его возвращения не было, но ей достаточно было Дамблдора, утверждавшего со слов Мальчика-Который-Выжил, что гибель одного из участников Турнира Трех Волшебников — на совести возродившегося Темного Лорда), просто обрисовала ситуацию в общих чертах, не называя имен, но дав Стиву понять, что дело пахнет паленым для всего магического сообщества и последствия могут быть весьма печальными и для магловского мира. Стив слушал ее молча, нахмурившись, а затем внезапно сказал:

— Если все действительно так, как ты говоришь, неужели ты думала, что я позволю тебе здесь остаться? Ты немедленно возвращаешься домой!

— Тогда тебе придется прихватить с собой и моих родных тоже, — ответила Диана. — Охота будет вестись не только на врагов того мага, но и на членов их семей. И ему будет плевать на то, что те не имеют к этой борьбе ни малейшего отношения.

— И ты предлагаешь мне все оставить как есть и спокойно мотаться по миру, зная, что мою жену в любой момент могут убить? — возмутился Стив.

— Именно. Может быть, все кончится гораздо быстрее, чем в прошлый раз.

— А что, был еще и прошлый раз?!

— Да, в конце семидесятых — начале восьмидесятых этот человек развязал самый настоящий террор против своих противников и членов их семей. Но не факт, что вторая война затянется также на несколько лет. Теперь многие научены горьким опытом и знают, чего от него ждать.

— Без тебя я не поеду, — решительно сказал Стив.

— Если хочешь — оставайся здесь, — предложила Диана. — Места нам двоим хватит, а связываться с начальством и мотаться по командировкам можно и из Лондона.

Стив помолчал, допил нагревшееся пиво из жестяной банки и поманил Диану:

— Ладно. Иди сюда… ведьма!

Диана облегченно вздохнула. Интонации мужа она изучила достаточно хорошо, значит, повторения ссоры в ближайшее время не будет. Она послушно подошла и встала прямо перед сидящим на диване Стивом.

Отставив пустую банку на стол, тот схватил ее за руку и потянул на себя, заставив сесть к себе на колени. От неожиданности она вскрикнула, а муж крепко прижал ее к себе и слегка укусил за ключицу. Диана сердито зашипела и вцепилась ему в волосы — она не выносила, когда он оставлял следы на ее шее или плечах, тем более, что сейчас лето и под шарфом такую «красоту» не спрятать. Стив же рассмеялся и запустил руки ей под футболку.

— А ну-ка, ведьма, покажи какое-нибудь чудо,— промурлыкал он, целуя ее в укушенное плечо.

— Сейчас, только палочку найду, — Диана завертела головой в поисках палочки.

— Я вообще-то другое чудо имел в виду, — и муж решительно стянул с нее футболку и повалил на диван. Диана шутливо отбивалась.

* * *

В кабинете начальника следственного отдела Лоуренса Маккинона сидели он сам, Юхан Виртанен, недавно пришедший в Отдел в качестве стажера, Диана, три аврора-оперативника, секретарь, Кингсли Шеклболт и замглавы министерского отдела по международному магическому сотрудничеству Лайонел Боунс. «Значит, — мелькнуло у нее в голове, — из Израиля уже пришел запрос о ходе расследования убийства их гражданина».

Оглядев всех взглядом не выспавшегося человека, Маккинон без предисловий заявил:

— Дело Штерна взято на особый контроль в Министерстве, речь идет все-таки об убийстве иностранного гражданина. Миссис Шеппард, каковы итоги предварительного дознания?

— Я все описала в отчете, отчет — у секретаря, — Диане совсем не улыбалось снова в подробностях пересказывать собственную писанину, но Маккинон вперил в нее тяжелый взгляд и, старательно пряча раздражение, которое она вызывала в нем (как всякий порядочный гриффиндорец, он недолюбливал слизеринцев), произнес: