Она перевела взгляд на Снейпа. Тот сидел, откинувшись на спинку кресла, закрыв глаза, и она словно только сейчас заметила, насколько он измучен: бледное, землистого оттенка лицо, глубокие тени и мешки под глазами; скорбные складки вокруг носа и на лбу стали заметнее, губы судорожно сжаты в вечном напряжении. Диана вздохнула, подавляя желание подойти к нему и обнять, прижать к себе и не отпускать никуда – ни к Лорду, чтоб ему сдохнуть от поноса, ни к Дамблдору, с его вечными «поручениями» и заданиями.
Снова тишину нарушил стук когтей по полу, и в кухню как ни в чем не бывало вошел Люпин. Не глядя на Диану и Снейпа, провожавших его удивленными взглядами, он проследовал к одному из шкафчиков, открыл дверцу ударом лапы и извлек оттуда длинную связку сосисок, после чего с самым независимым видом удалился, волоча в зубах свой трофей. Сосисок было много, и конец связки волочился по полу между его лап, однако волка-Люпина это ничуть не смущало.
Снейп проводил Люпина взглядом, в котором читалось отвращение и недоумение, а Диана начала хохотать – уж больно комично выглядел Римус, тырящий сосиски из шкафа, словно шкодливый пёс. Постепенно она почувствовала, что ее смех становится каким-то нездоровым, истерическим. Она судорожно глотнула воздух, задерживая дыхание, и крепко зажмурилась. По щекам непроизвольно потекли слезы, и она зло смахнула их тыльной стороной ладони.
Теплая рука легла на ее макушку, приглаживая растрепавшиеся волосы, успокаивая, убаюкивая… Она вздохнула и, словно кошка, подалась навстречу ласкающей руке, вставая. Она и не заметила, когда Снейп оказался рядом с ее креслом, должно быть, пока она боролась с приступом истерического смеха, он встал и подошел к ней. Он смотрел на нее с каким-то сожалением, но что скрывалось за этим сожалением, Диана не понимала. Впрочем, ей было все равно, и она прижалась к нему, обвив руками шею и утыкаясь лбом ему в грудь.
У Снейпа вырвался короткий вздох.
– Провоцируете? – спросил он, неловко проводя рукой по ее спине.
Она подняла голову и отрицательно покачала головой.
– Тогда зачем это?.. – Вам неприятно, когда я к вам прикасаюсь? – Почему вы так решили? – Раньше вы никогда не отвечали вопросом на вопрос, – она улыбнулась и приблизила свое лицо к его еще ближе. Все же она его провоцировала, по крайней мере, именно сейчас. Но что делать, если иначе никак? Как еще заставить его выразить свое к ней отношение? Оттолкнет, пошлет к чертовой матери – значит, так тому и быть, она готова признать поражение и больше не докучать ему. А если… Додумать Диана не успела – он обнял ее за талию и прижался к ее губам.
«Ох, черт…»
Это было в сто, нет, в тысячу раз лучше, чем вчера, в коридоре. Тот поцелуй был вызван необходимостью, этот – желанием, и желанием взаимным, в этом она не сомневалась. По его сбившемуся дыханию, по легкой дрожи, по жару от его ладоней, который она ощущала даже сквозь свитер, она точно знала, что он наслаждается поцелуем. Более-менее связные мысли отключились, остались только ощущения. Диана отступила к столу и облокотилась о его край, а Снейп легко подхватил ее и усадил на него, устраиваясь между ее разведенных коленей и запуская руки ей под свитер. Прикосновения горячих ладоней к обнаженной спине заставило ее тихо застонать и сжать пальцами его волосы, в то время как он легко касался губами ее шеи, то спускаясь к ключице, то лаская мочку уха. Теряя голову и удивляясь самой себе, она протянула руку к вороту его сюртука и попыталась расстегнуть верхнюю пуговицу.
На землю их вернули до боли знакомые вопли из передней. Северус отшатнулся и вернулся к своему креслу, поправляя воротник, а Диана соскользнула со стола и торопливо отошла к камину.
Поток проклятий портрета Вальбурги был прерван голосом Дамблдора, с непередаваемой интонацией, в которой смешались учтивость и издевка, произнесшего:
– И вам доброго вечера, мадам. Я тоже чертовски рад вас видеть.
Диана отвернулась к камину, глядя на огонь, чтобы вошедший на кухню Дамблдор не заметил ее полыхающих щек и чуть припухших от поцелуев губ, и улыбнулась про себя, представляя, как Снейп надевает на лицо свою привычную непроницаемую маску.
– Слава Богу, с вами все в порядке, – произнес он, привычно усаживаясь во главе длинного стола. – Как прошла ваша встреча? – спросил Снейп. – О, все хорошо. Я узнал то, что хотел. Уорпл мертв? – Да, – ответил Снейп, поморщившись. – А его ручной зверек исчез, предварительно попытавшись напасть на нас. Как и следовало ожидать. Не понимаю, на что рассчитывал этот горе-ученый, когда тащил за собой столь опасное существо. Это ведь даже не оборотень, который представляет угрозу всего одну ночь в месяц. – Он всегда был слишком самонадеян и никогда не давал себе труда как следует просчитать последствия своих поступков,- вздохнул директор. – Но убийством Уорпла Сангвини практически провалил свою миссию – больше у него не будет возможности под видом гостя проникать в гостиные и собирать нужную информацию. – Значит, я была права? – Диана не удержалась и повернулась в сторону Дамблдора. – Он действительно их агент? – Действительно, – Дамблдор улыбнулся, – ваша версия оказалась верной. Они давно хотели заслать в наше сообщество шпиона, но не знали, как сделать это незаметно. Своей экспедицией Уорпл подкинул им идею, и Сангвини мастерски сыграл роль безобидного юродивого дурачка. – Но зачем? Они же вроде пообещали хранить нейтралитет, что заставило их подстраховываться? – Возможно, кто-то (и я даже догадываюсь, кто именно) подкинул им информацию о том, что я якобы обладаю неким секретным оружием против вампиров, которое в любой момент могу пустить в ход. Разумеется, они решили узнать наверняка, действительно ли я представляю для них угрозу. – А такое оружие вообще существует? – спросил Снейп. – Подобные сведения мелькали в древних манускриптах, но доказательств его существования не обнаружено, – вздохнул Дамблдор, разводя руками. – В любом случае лучше всего будет пообщаться с самим Сангвини. Хотя бы для того, чтобы убедить его и всех его сородичей в том, что никто из нас не собирается идти войной на их народ.
С этими словами директор поднялся и направился к двери. Уже на пороге он обернулся и произнес:
– Вам лучше вернуться в Хогвартс и как следует отдохнуть. Вы выглядите очень уставшими, оба. А мне предстоит еще один визит, к сожалению, поэтому добираться вам придется самостоятельно.
Когда в дома снова воцарилась тишина, Диана уселась в кресло в глубокой задумчивости.
– Скорее всего, такое оружие действительно существует, независимо от того, знает ли о нем Дамблдор, – сказала она, постукивая пальцами по столешнице. – Иначе почему вампиры так легко купились на этот фокус? – Альбус знает, – не глядя в ее сторону, ответил Снейп. – Он как всегда не договаривает, но знает, что оружие существует. И я даже не удивлюсь, если окажется, что ему известно и его местонахождение.
====== Глава 43 ======
(Примечание: глава содержит цитаты из книги «Гарри Поттер и Дары Смерти», местами точные, местами переработанные).
Дамблдор начал сдавать сразу после Нового Года – это было заметно по увеличившемуся количеству потребляемых им зелий, которыми Снейпу приходилось ему обеспечивать, по все более чернеющей руке, по сероватой пергаментной коже, обтянувшей резко проступившие скулы. Похоже, у директора не было даже того самого года, который Снейп ему предсказывал в тот злополучный вечер, когда «откачивал» Дамблдора после эксперимента с кольцом Гонтов, и развязка наступит даже раньше.
Снейп готов был молиться всем богам, чтобы это именно так и произошло, чтобы ему не пришлось выполнять своего обещания. Все последние месяцы он только и делал, что пытался не думать о том, что ему предстоит сделать, тем более что прекрасно понимал, что сам отрезал для себя все пути к отступлению, когда давал Нарциссе Непреложный обет. Этот обет нужен был не столько для того, чтобы заткнуть рот Белле, которая рассчитывала на то, что Снейп испугается и начнет юлить, сколько для него самого – он всерьез боялся, что в нужный момент просто не сможет навести палочку на директора и произнести нужные слова.