Эта игра в «гляделки» могла продолжаться сколь угодно долго, а у Дианы уже начинали ныть поясница и ноги – отяжелевшее тело упорно просило отдыха и возмущалось таким неподходящим нагрузкам. Между тем троица пребывала в нерешительности – им хотелось верить в то, что она – это она, однако начинающаяся война развивает осторожность, и они явно были готовы к худшему. Поэтому, не опуская палочки, она вздохнула и произнесла:
– Может быть, зададим друг другу парочку контрольных вопросов и перестанем торчать в коридоре?
Поттер и Грейнджер переглянулись, причем Грейнджер кивнула, а Поттер согласно пожал плечами.
– Ну… – неуверенно начал он. – Что вы мне сказали в тот вечер, когда застукали после отбоя возле Выручай-комнаты? – Что сказала? – Диана задумалась. – Говорили-то в основном вы, живописуя то, какие зловещие планы вынашивает ваш «хорек», крутясь вокруг «Выручайки», куда вы так старались попасть, чтобы вывести его на чистую воду. Помню, я еще советовала вам поскорее надеть вашу мантию-невидимку, пока вас не застукал профессор Снейп.
По напряженному, разительно повзрослевшему за эти несколько месяцев лицу Поттера расплылась довольная, какая-то по-мальчишески озорная усмешка:
– Верно! А я еще сказал, что могу надеть мантию и улизнуть от вас и черта с два Снейп меня потом найдет. – А в этот момент все-таки появился Снейп и влепил вам отработку у Филча, – подхватила Диана, чувствуя, как спадает напряжение. – Думаю, этого будет достаточно? – спросил Поттер, опуская палочку.
Но Диана покачала головой и перевела взгляд на Грейнджер и Уизли.
– Теперь для ваших друзей. Какого цвета было на мне платье на свадьбе Билла и Флер? – Да вас там даже не было! – А вы там вообще были? – Грейнджер и Уизли выпалили эти фразы одновременно, словно сговорившись. – Верно, – Диана улыбнулась через силу и тоже опустила палочку. Все трое тут же отошли от двери, приглашая пройти ее в кухню.
Со дня ухода отсюда Ордена Феникса дом Блэков стремительно возвращался к своему прежнему обветшалому состоянию. Во всяком случае кухня теперь выглядела как обиталище закоренелого холостяка, не заботящегося об уюте совершенно – вкусной едой, как это было при Молли, не пахло, огонь в камине горел тускло и почти не согревал, в чашке чая, которую налила для нее Гермиона, плескалась унылая коричневатая бурда – как видно, чайный пакетик заваривали не единожды, а по углам и на полках образовался толстый слой пыли.
– Давно вы здесь? – спросила Диана, отхлебнув невкусный остывший чай. – Неделю, – ответил Поттер. – Засели тут сразу после свадьбы, так и сидим. Знаете, «упиванцы» пробрались прямо в «Нору», испортили Биллу и Флер весь праздник. Началась паника, нам удалось уйти под шумок. Пытались спрятаться в магловских районах города, но нас и там каким-то чудом достали. Поэтому пришлось остаться в этом доме, все равно идти больше некуда. – Какие планы? – спросила Диана. – Не век же вам тут сидеть. – Пока толком никаких, – вздохнул в ответ Поттер. – Дамблдор поручил мне одно дело, но как подступиться к тому, чтобы начать его выполнение, мы понятия не имеем. – Что за дело? – Дамблдор велел не распространяться об этом. Оно касается Вол… – Давайте без имен, – поморщилась Диана. – Ходят неясные слухи, что на это будет имя наложено что-то вроде Следящих чар, позволяющих найти того глупца, который осмелится его произнести. Может, это всего лишь паранойя, но в военное время длинный язык еще никого до добра не доводил. – Я не боюсь называть его по имени! – Ну и зря. Слухи могут оказаться правдой. Насколько важно то, что поручил вам Дамблдор?
В этот момент дверь в кухню со скрипом начала отворяться, и в образовавшемся проеме появилась начала острая морщинистая физиономия Кричера, а затем и он сам протиснулся в кухню, старательно избегая встречаться взглядом с присутствующими и по привычке бормоча под нос что-то явно нелестное. За то время, что Диана него не видела, эльф, казалось, приобрел еще более неопрятный вид – набедренной повязкой, которая болталась на его тощей талии, казалось, мыли полы на вокзале Кингс-Кросс, а дряблая кожа на теле отвисла еще сильнее и напоминала смятую сероватую бумагу. Бросив быстрый взгляд своих бесцветных, в красных прожилках, глаз на Диану, Кричер чуть слышно пробурчал:
– И эта тоже здесь – босячка, не пойми какого роду-племени, якшающаяся с маглами… – Заткнись, а то зааважу, – лениво произнесла Диана и на всякий случай красноречиво поиграла палочкой.
Кричер замолчал, но взгляд, которым он в ответ ее одарил, был красноречивее всяких слов. Диане стало почему-то смешно – раздражение на это существо куда-то пропало, до такой степени жалким в своей слепой ненависти ко всему миру выглядел домовик. Она поморщилась и спрятала палочку в рукав:
- А он-то что здесь делает? Его же вроде в Хогвартс перевели!
Поттер скривился:
- После смерти Дамблдора он почему-то вернулся сюда. Выкинуть его я не могу – он как-никак – моя собственность. А после того, как два года назад он практически сдал Волдеморту Сириуса… с него вообще лучше глаз не спускать, продаст – и дорого не возьмет!
– Вот кого я с удовольствием пустила бы на форшмак!
Рон довольно хрюкнул, а Гермиона наставительно произнесла:
– Вообще-то форшмак – это рыбное блюдо… – Да какая разница, – беспечно ответила Диана, глядя на Кричера, бесцельно слонявшегося по кухне и заглядывающего в углы и шкафы с видом недовольной домохозяйки, продолжая неслышно шептать под нос проклятия. – Между прочим, – она пристально посмотрела на домовика и зло усмехнулась, – говорят, мясо домовиков по вкусу похоже на рыбу, так что форшмак из него получится недурной!
Своего она добилась – прохрипев что-то невразумительное, Кричер отчаянно зыркнул на нее и вылетел за дверь, хлопнув ею на прощание, провожаемый довольным смехом Поттера и Уизли.
– Ну, зачем вы так с ним, – укоризненно произнесла Грейнджер, – он же и без того несчастный… – Зато он наконец-то свалил из кухни, а то, зачем я сюда пришла, ему знать необязательно, – с этими словами Диана набросила на дверь «заглушку» и пояснила: -Я здесь хранила одну вещь, которая, если попадет в руки Сами-знаете-кого, будет означать смертный приговор для всех, кто входит в состав Ордена. – Вы имеете в виду карты-«следилки»? – спросил Рон. – Откуда вы про них знаете? – Билл рассказывал.
Диана кивнула:
- Билл, кстати, на них прекрасно обнаруживается. И Чарльз тоже, и ваши родители, и Джордж с Фредом. Так что сами понимаете – лучше будет их перепрятать так, чтобы никто из «упиванцев» не смог до них добраться. Надеюсь, они вообще не знают об их существовании…
– Зря надеетесь, – со злым блеском в глазах сказал Поттер. – Если о картах знал Снейп, он наверняка уже рассказал своему хозяину обо всем. А может быть даже и успел вынести их отсюда!
Диана внутренне напряглась. Та ненависть, с которой Поттер произнес «Снейп», больно резанула по сердцу. Конечно, Снейп о них знал – она ведь при нем демонстрировала членам Ордена опытный экземпляр. Если бы он все-таки сдал карты Волдеморту, всех (или почти всех), кто на ней был отмечен, давно бы уже уничтожили. Теоретически он вполне мог это сделать – сразу после убийства Дамблдора у него было время пробраться в дом и обыскать его еще до того, как Муди наложил специальную защиту. Но практически… Северус не мог, повторяла она про себя, он не может быть предателем…
– Гарри, проводите меня, – решительно сказала она, вставая.
Вместе с Поттером они поднялись на второй этаж, в комнату, которую использовали очень редко. Именно здесь, между двумя старыми матрасами, члены Ордена и хранили карты. Комната была пуста, сразу было заметно, что последний раз по назначению ее использовали очень давно. Диана тут же бросилась к кровати и отбросила пыльный матрас в сторону. На втором матрасе, завернутые в брезент и обмотанные заговоренными ремешками, лежали карты. Облегченно выдохнув, Диана сняла заклинание, расстегнула ремешки и развернула плотную ткань – карты были в полном порядке.