После обеда у них оставался час свободного времени и Диана, не мешкая, схватила Хильду под локоток и поволокла ее к себе в комнату. Та, впрочем, не особо и сопротивлялась.
Усадив подругу в кресло, Диана забралась на кровать и спросила напрямую:
– Колись, что случилось. Только не сочиняй сказки про головную боль и предменструальный синдром, не поверю.
Хильда глубоко вздохнула и тихо сказала:
– Похоже, я выхожу замуж. – Что, прямо сейчас?! Ты залетела?! – Нет, сразу по окончании школы. Родители нашли мне мужа.
Диана понимающе хмыкнула. Что ж, браки по расчету среди чистокровных магов были делом совершенно обычным. Хильде уж точно должно быть об этом известно, наверняка ее готовили с детства к тому, что она должна будет выйти за того, чью кандидатуру одобрят родители. Хотя, даже если тебе давно это внушали, все равно – перспектива скорого замужества с человеком, которого даже толком не знаешь, может выбить из колеи. Мало приятного, когда твои родители спят и видят, как бы сбыть тебя с рук, да еще получить при этом дивиденды.
– Кто он, ты знаешь?
Хильда отрицательно покачала головой.
– Лично я с ним не знакома, нас познакомят на Рождественские праздники. Его зовут Ульрих фон Лаубш. Он из Германии, но давно живет здесь, на родине бывает лишь наездами. Род Лаубшей очень древний и известный среди европейских магов. Он очень богат – у него огромное поместье в Баварии и астрономический счет в Гринготтсе. – Он хоть симпатичный? – Понятия не имею. Да и так понятно, что в придачу к своим богатствам и статусу этому старому хрычу нужна молоденькая чистокровная жена-девственница, которую он станет использовать только в качестве сосуда для вынашивания потомства! – последние слова Хильда буквально выкрикнула.
Диана помолчала, а затем осторожно спросила:
– А откуда такой пессимизм? Может, он неплохой человек, несмотря на то, что богат и знатен, такое вполне может быть. – Не знаю… Мне просто страшно. Мне кажется, он не так прост. Слишком быстро все решилось – родители молчали-молчали, а за неделю до начала учебного года огорошили меня новостью. Я понимаю – финансы нашей семьи давно уже дышат на ладан, вот они и уцепились за такой великолепный шанс их поправить.
Ну да, семья Мелвиллов нуждается в притоке капиталов, а эти Лаубши наверняка нуждаются в притоке свежей крови, пока их род не выродился окончательно из-за близкородственных браков. Все понятно, но от этого не менее мерзко. Диана хотела сказать, что чистокровные волшебники в своем желании сохранить в неприкосновенности свою «чистую кровь» недалеко ушли от Средневековья или какой-нибудь Саудовской Аравии, где мнением женщины интересуются в последнюю очередь, но благоразумно промолчала – незачем усугублять.
– Думаешь, он – Темный маг? – Да я не думаю, я знаю, что он из рода Темных магов! Но это ерунда, ты права, можно быть из темномагического рода и быть приличным человеком. Просто у меня плохие предчувствия. Мне просто до колик страшно, никогда так страшно не было, хоть с башни бросайся! – и Хильда, уткнувшись лицом в ладони, тоненько заскулила.
Диана села рядом с ней и неумело попыталась обнять ее за плечи. Утешать кого-то в горе – это был не ее «конек», но и просто так сидеть и смотреть, как подруга впадает в истерику, она тоже не могла.
– И что делать? – погладив Хильду по спине, спросила она. – Есть два варианта, – Хильда подняла голову, вытирая слезы и хлюпая носом. Как видно, она уже хорошо поразмышляла над этим, так как ответила сразу же, – первый – спихнуть свою девственность первому попавшемуся парню, чтобы этот Лаубш узнал обо всем и сам от меня отказался. Но есть риск, что родители от меня отрекутся и просто выкинут на улицу. – Неужели такое возможно?! – Не знаю, но проверять не хочется. В свое время с моей прабабкой по материнской линии так и поступили. Второй – в течение этого учебного года найти молодого и чистокровного и желательно небедного мага из студентов, охмурить его и выскочить за него на следующий же день, после того, как нам вручат аттестаты. Тогда есть шанс, что родители сначала попроклинают меня, но потом все же примут мой выбор. – Есть еще третий вариант – побольше узнать о твоем женихе. Может, все не так уж и плохо? – Как мы будем узнавать? – Смотри, – Диана наклонилась к Хильде, – он немец, а значит, учился, скорее всего, в Дурмстранге. У меня там есть знакомый, он может навести справки от твоем женишке – кто он, чем себя запятнал или прославил во время учебы и так далее. По крайней мере, позволит хоть в общих чертах узнать, что он за фрукт. – Ты можешь это устроить? – Хильда вскочила с кресла и села рядом с Дианой, предано глядя ей в глаза. – Без проблем. Завтра же отправлю письмо в Дурмстранг.
Но отправить письмо он так и не успела. Вечером Хильда подошла к ней в общей гостиной и, наклонившись к самому ее уху, спросила:
– Сову отправила? – Нет еще. – И правильно. У меня возникла идея. Точнее, предположение, – она схватила Диану за локоть и потащила в самый дальний угол, подальше от любопытных ушей. – Мой женишок живет в Англии с конца семидесятых годов, и я вот о чем подумала – не был ли он в свое время как-то связан с Упивающимися смертью?
Диана округлила глаза, а Хильда продолжила:
– Все может быть. Он богат, он чистокровный, он из темномагического рода и ненавидит маглорожденных и полукровок. Просто идеальная кандидатура для такой банды!
«Черт, а ведь она права!», – подумала Диана, а вслух спросила:
– У тебя есть идеи о том, где мы будем искать на него компромат?
Хильда потерла лоб и неуверенно сказала:
– Пока, кроме библиотеки, ничего в голову не приходит. – Точно! Отдел периодики, там могут быть сведения о процессах над Упивающимися! – Завтра вечером? – Да, будем искать вдвоем, так быстрее.
Отдел периодики находился в самом дальнем углу библиотеки. Это было что-то вроде подсобки без окон, стены которой с трех сторон представляли собой сплошные, под самый потолок полки, забитые газетными стопками с указателями годов выпуска. В центре стоял массивный прямоугольный стол с ножками в виде лап грифона.
Едва библиотекарша Пинс исчезла за дверью, Диана и Хильда бросились к полкам, жадно оглядывая их.
– За какой год будем искать? – спросила Хильда. – Когда Сама-знаешь-кто исчез?
- В восемьдесят первом, кажется.
- Значит, смотрим «Ежедневный пророк» за восемьдесят первый и восемьдесят второй годы, не раньше.
Хильда взялась за подписку за восемьдесят второй год. Положив на стол толстенную стопку пожелтевших газетных листов, сшитых между собой шелковым шпагатом, она с помощью палочки (страницы были пыльными и пахли плесенью) неторопливо перелистывала их. Диана на другом конце стола просматривала номера за восемьдесят первый год.
Многие страницы слиплись, видимо, с того самого дня, как их подшили, к ним никто не прикасался. Диана искала информацию с процессов над Упивающимися смертью, пару раз она натыкалась на заметки о том, что тот или иной сторонник Волдеморта получил длительный срок в Азкабане или, напротив, был оправдан, но имени «фон Лаубш» ей не попадалось.
– Нашла! – в голосе Хильды слышалось мрачное торжество.
Диана бросилась к ней. Хильда ткнула пальцем в газетную страницу, на которой красовалась колдография весьма симпатичного молодого светловолосого мужчины в одежде заключенного. Судя по выражению лица и улыбке, мужчина на колдографии был чем-то очень сильно доволен.
– «Ульрих фон Лаубш, владелец поместья в графстве Дербишир и крупнейшей на территории Британии коллекции магических артефактов с Тибета,- читала вслух Хильда, – подозреваемый в связях с Тем-кого-нельзя-называть, отпущен прямо из зала суда. Визенгамот не нашел достаточных доказательств сотрудничества с Тем-кого-нельзя-называть, в процессе дознания свидетели постоянно путались в показаниях относительно причастности фон Лаубша к тем или иным преступлениям, кроме того, известно, что фон Лаубш никогда не принимал Темной метки и, значит, не мог входить в ближний круг сторонников того, кого они называют Темным лордом»… – Отпущен за недостатком улик, – констатировала Хильда, хотя ясно было, что написанное в газете ее ни на грош не убедило. – Небось, клялся, что был под «Империо»! – Да, подруга, с интуицией у тебя всегда было прекрасно, – вздохнула Диана в ответ. – Попробую еще что-нибудь поискать,- Хильда снова потянулась к полкам и выудила оттуда очередную пыльную стопку.