Диана устроилась за самым дальним столом. Старательно изучив свое задание, она поплелась к шкафу с ингредиентами. Задание не показалось ей сложным, нужно всего лишь сосредоточиться и точно следовать основным правилам приготовления данного зелья. Набрав все необходимое, она отлевитировала компоненты на свой стол и взялась за их подготовку – нарезку, растирание и прочие манипуляции. Мысли блуждали, в ощущениях была некая раздвоенность – с одной стороны желание спрятаться от Снейпа подальше, загородившись спинами других студентов и поменьше привлекать к себе внимание, с другой – странная эйфория от одного его присутствия.
Руки ее действовали автоматически – что-то нарезали, что-то крошили, отправляли в кипящий котел. В какой-то момент она, видимо, окончательно потеряла контроль над процессом и заметила это только тогда, когда варево начало пузыриться и «чпокать», хотя должно было испускать легкие серебристые искры и кипеть мелкими пузырьками. Опомнившись, она погасила огонь и сунула нос в котел, пытаясь понять, что и когда она сделала не так.
Зелье было запорото окончательно – одного запаха гнилых помидоров было достаточно, чтобы это понять. Она в панике посмотрела на часы – времени на повторный эксперимент было всего полчаса – можно успеть при условии, что она все будет делать в два раза быстрее. Только бы никто не заметил, что слизеринская всезнайка испортила зелье.
Поздно. Пока она судорожно размышляла над возможностью незаметно переделать работу, справа от нее возникла высокая фигура в черном, и насмешливый голос произнес:
– Минус десять баллов со Слизерина. И это работа человека, который собрался поступать в Аврорат. Я впечатлен, мисс Беркович.
Диана обреченно вздохнула. Она ожидала издевательских смешков со стороны, провал студента Слизерина – чем не повод для веселья, но все молчали, занимаясь своим делом и почти не обращая на них внимания.
Снейп нагнулся над ее котлом, поморщился и одним движением палочки убрал испорченное зелье.
– В чем была ваша ошибка? – спросил он. – Я не знаю, сэр, – подавленно ответила Диана. – Замечательно, – Снейп скривил тонкие губы в издевательской усмешке. – Судя по всему, в процессе приготовления вы пользовались чем угодно, только не мозгами.
Он знал, в какое место бить – любой намек на ее интеллектуальную несостоятельность ранил ее больше всего, гораздо больнее, чем снятые баллы и взыскания. Она чувствовала, как ее щеки заливает краска.
– О чем вы только думали, когда бросали в котел заунывники, прежде чем отправить туда корень мандрагоры? Не иначе, уже представляли себе свой триумф при поступлении в Аврорат?
Он решил довести ее до слез? Не дождется! Она, конечно, тоже хороша, несчастная разиня, но и унижать себя она не позволит никому. Даже ему.
– О чем я думала, вам бы лучше не знать, профессор, – ответила она с внезапно проснувшейся злостью.
В классе воцарилась зловещая тишина, все затаили дыхание, казалось, даже котлы перестали булькать. На бледных щеках Снейпа проступил тусклый румянец, глаза сузились.
– Еще минус десять баллов со Слизерина за вашу наглость, – прошипел он. – Мисс Беркович, я очень не люблю студентов, которые вынуждают меня лишать баллов мой собственный факультет. – Думаю, факультет это переживет, сэр, – в тон ему ответила Диана. – Я на других уроках наберу больше, чем вы можете с меня содрать!
Теперь уже все присутствующие пялились на них во все глаза. Да уж, нынешнее зрелище было поистине историческим – лучшая студентка школы, слизеринка, препирается с собственным деканом прямо на уроке!
Снейп подошел к ней почти вплотную.
– Сегодня, в шесть вечера, отработка. Здесь. А сейчас вон отсюда, или я за себя не ручаюсь!
Диана не заставила себя просить дважды. Схватив сумку, она вышла из класса, гордо подняв голову. Ею овладело какое-то злобное торжество. Ничего, пусть побесится! Это ему за то, что заставляет слишком много о себе думать!
Однако, чем больше приближалось время отработки, тем сильнее ею начала овладевать паника, даже мелькнула малодушная мысль о прогуле. До нее только сейчас начал доходить смысл того, что она натворила. Нахамить «Грозе и Ужасу подземелий» – это еще полбеды, но вот что способен сделать с ней за такое поведение Упивающийся смертью, пусть даже и бывший!
Нет, трусливо прятаться не имеет смысла. Ничто не помешает Снейпу достать ее хоть из-под земли, попробуй она не выполнить его приказ. И поэтому ровно в шесть часов вечера она постучала в хорошо знакомую дверь в подземельях, предварительно сделав несколько глубоких вздохов, чтобы унять нервную дрожь.
Услышав разрешение войти, толкнула тяжелую резную дверь и неторопливо вошла, засунув руки в карманы мантии. Снейп сидел, за столом, заваленным пергаментами и заставленном склянками с зельями. Сухо поздоровавшись, Диана встала посреди кабинета, ища взглядом груду грязных котлов и заранее подворачивая рукава мантии. Но Снейп внезапно произнес:
– Переделайте свою сегодняшнюю работу. – Переделать? – не поняла Диана. – Что непонятного? Я велел вам переделать сегодняшнее зелье, которое вы непостижимым образом умудрились испортить на завершающей стадии. Мне очень любопытно – причина в вашей рассеянности или же вы просто неспособны выполнить работу по зельям на уровне «ТРИТОНов»? Приступайте!
Диана пожала плечами, взяла один из котлов, набрала на полке с реактивами все необходимое и направилась за тот самый стол, за которым работала в последний раз. Условие задачи она помнила на память, поэтому воссоздать рецепт не составило труда. Теперь она уже не отвлекалась на посторонние мысли, помня о том, что причина ее провала заключалась всего-навсего в том, что она перепутала порядок добавления компонентов зелья.
Тем не менее, взгляд ее против воли то и дело скользил в сторону Снейпа, погруженного в процесс проверки письменных заданий студентов. Судя по выражению его лица, радоваться там было нечему. Время от времени он кривился, что-то писал на пергаменте красными чернилами, затем двумя пальцами отбрасывал пергамент на противоположный край стола и принимался за следующий.
Зелье было готово, и на этот раз ошибки быть не могло – цвет жидкости в котле был бледно-голубым с серебристыми высверками, от поверхности поднимался легкий беловатый пар с ароматом полыни. Диана вежливо кашлянула, привлекая к себе внимание, но Снейп не реагировал, склонившись над столом и растирая кончиками пальцев виски. Волосы падали ему на лицо, скрывая его, но по его позе было понятно, что он с трудом сдерживается. Наконец он поднял голову и вопросительно взглянул на нее. На мгновение на его лице мелькнуло страдальческое выражение, но тут же его сменила обычная холодная непроницаемая маска.
– Готово, – неуверенно произнесла она.
Снейп подошел к ее столу и заглянул в котел, а Диана в этот момент решилась вглядеться в зельевара попристальнее. Он был бледнее обычного, под покрасневшими глазами залегли коричневые круги. Да уж, приступ мигрени никого не красит. На мгновение в душе шевельнулось нечто похожее на жалость, но она тут же отогнала это чувство.
Ничего не сказав по поводу ее зелья (что следовало понимать, что придраться не к чему), Снейп вернулся к своему столу. Диана растеряно глядела ему вслед, дожидаясь, что он позволит ей уйти, но он принялся перебирать пергаменты на столе.
– Я могу идти? – наконец решилась спросить она. – Ваша отработка еще не закончена, – тихо ответил Снейп и, взяв одну из стопок пергаментов, подошел к ней. Бросив их на ее стол, пояснил: – Это тесты четвертого курса.
Диана в недоумении уставилась на них.
– Зачем они мне? – Проверяйте.
Диана нерешительно взяла листки.
– Как проверять?
Ровным тоном, за которым, впрочем, отчетливо слышалось раздражение, Снейп повторил:
– Проверьте эти работы. Найдите ошибки, исправьте их и выставьте оценки так, как это сделал бы я сам.