Она успела обработать таким образом почти все раны и уже взялась за его голову, когда поняла, что что-то не так. Края только что сращенных ран на боку разошлись и снова начали кровоточить. Она повторила все с начала, но буквально через пару минут на разошедшихся краях раны снова показалась кровь. Она мысленно чертыхнулась и еще раз проделала то же самое, и снова безрезультатно. Снейп продолжал истекать кровью.
Диана схватила палочку и еще раз провела ею над ним Сканирующим заклинанием. Ничего, никаких признаков вредоносных чар или яда, но факт налицо – кровь упорно не желала останавливаться.
Снова она бросилась в кладовую, теперь уже в поисках коагулянта. Необходимое нашлось далеко не сразу, видно, Снейп пользовался им куда реже, чем остальными лекарствами. Зато она нашла не только зелье, повышающее вязкость крови, но и мазь с аналогичным действием. Схватив обе баночки, она вернулась в комнату.
Снейп лежал в той же позе, в какой она его оставила. При ее появлении он чуть приоткрыл глаза, но затем снова закрыл их, чуть слышно спросив:
– Что-то не так? – Все в порядке, просто кое-что забыла, – ответила она. – Как вы себя чувствуете? – Терпимо. – Тогда выпейте это, – она протянула ему зелье-коагулянт. Он поднес его к носу, открыл глаза и с подозрением поглядел на нее. – Это поможет быстрее остановить кровь, – сказала Диана, стараясь не выдать своего беспокойства насчет того, что и это средство может оказаться бесполезным.
Снейп перевел взгляд на свой живот. Кровь, сочившаяся из ран, тонкими струйками стекала с его бока вниз, впитываясь в обивку дивана.
– Заклинания пробовали? – спросил он. – Конечно, – с легкой обидой в голосе ответила Диана.
Когда Снейп все же выпил зелье, она снова смыла кровь, после чего нанесла мазь-коагулянт на все раны. Подождав еще некоторое время и убедившись в том, что кровотечение постепенно прекращается, принялась сращивать края ран заклинанием и наносить на них теперь уже заживляющую мазь.
Закончив все процедуры, Диана оглядела результаты своего труда. Края ран стянулись и больше не кровоточили, а ожоги стали более бледными. Она провела палочкой над его головой, убирая с волос кровь. Кроме всего прочего у него наверняка еще и сотрясение мозга, но по сравнению с остальным это было не столь серьезно. Теперь ему нужен просто покой и сон. Она почувствовала, как свинцовая усталость наваливается на нее, однако расслабляться было еще рано.
– Вас не тошнит? – спросила она, дотрагиваясь до его лба, чтобы проверить температуру. – Немного, – ответил Снейп. Он попытался подняться, но Диана опустила руки на его плечи и мягко заставила лечь обратно со словами: – Вам не стоит пока вставать, раны могут снова открыться. – Мне уже лучше, – пробормотал он. – Вы можете идти, дежурить дальше. – Я могу быть уверенной в том, что после того, как уйду, вы не вскочите на ноги и не ринетесь куда-нибудь еще? – Беркович, не испытывайте моего терпения, – он попытался изобразить свой «фирменный» взгляд, приводивший в трепет толпу третьекурсников, но слабость не позволила сделать это в полной мере, да и Диана уже давно вышла из того возраста, когда на нее еще можно было произвести соответствующее впечатление подобным образом. – И не собиралась даже. Просто желаю знать наверняка, что мои труды не пойдут насмарку. Я вам с трудом кровь остановила и не хочу, чтобы кровотечение началось снова.
Он удрученно вздохнул и добавил уже более миролюбивым тоном:
– Я никуда не собираюсь отправляться в таком состоянии, не волнуйтесь. Просто ваше отсутствие на посту могут заметить. – Хорошо, я пойду, но прежде… – и Диана снова направилась в кладовую, где захватила еще два фиала – с кроветворным и Сном без сновидений. – Вы выпьете все это, и я тут же уйду, – и протянула ему кроветворное. Пока он его пил, она накапала солидную дозу снотворного в стакан с водой и, не дав Снейпу опомниться, протянула стакан: – И это тоже.
Через минуту он уже спал. Диана глубоко вздохнула и с силой провела ладонями по лицу. Спина болела, глаза щипало от бессонной ночи, а во всем теле появилась неприятная слабость, какая бывает после приступа сильнейшей боли или длительного напряжения. Она перевела взгляд на Снейпа и неожиданно для самой себя улыбнулась. Лицо его было спокойным и расслабленным, отчего он казался моложе и как будто уязвимее. Продолжая удивляться самой себе, она протянула руку и дотронулась до его щеки, ощущая под пальцами иголочки щетины.
Девушка взглянула на приготовленные ею ранее бинты. Раны лучше будет перебинтовать, чтобы в них не попала инфекция. Она взяла несколько марлевых салфеток, обработала их дезинфицирующим заклинанием и осторожно стала закрывать ими раны на его боку и груди, закрепляя их на коже пластырем. Она поймала себя на том, что непроизвольно разглядывает его. Он был худой – не тощий, а скорее тонкокостный и жилистый, с очень светлой кожей, странно контрастирующей с его черными волосами. В глаза бросилось несколько старых шрамов – один довольно глубокий, под левой ключицей, неровный и явно как попало залеченный. Другие, потоньше, на животе и плечах, очень похожие на те, что остались у нее после побега из Малфой-мэнора. Спину его она видеть не могла, но не удивилась бы, если бы обнаружила и там что-нибудь подобное. Сколько же раз он возвращался от этого красноглазого урода в таком состоянии, сколько раз ему приходилось самому себя «латать»? Как, зная обо всем этом, Дамблдор лишил его возможности получить нормальную врачебную помощь? Что было бы, если бы она не узнала о том, что с ним произошло, смог бы он сам выявить «подарок» в виде сепсиса, который почти гарантированно убил бы его через три дня? При мысли о том, что он мог умереть, ей стало по-настоящему плохо.
Уходить не хотелось, но и оставаться здесь до утра, рискуя навлечь на себя его гнев, когда он проснется, тоже был не вариант, и Диана решительно направилась к двери. Но тут ее ждал сюрприз – Снейп запер дверь собственноручно, видимо, своим личным заклинанием, ей неизвестным, и «Аллохомора» не сработала. Она попробовала «Фините инкантатем», но и это не помогло. Скорее всего, заклинание было основано на пароле, который знал только сам автор. Тратить время на длительную процедуру взлома не очень хотелось, и Диана направилась к камину, рассчитывая попасть сначала к себе в комнату, а затем – обратно в подземелья, которые ей надлежало караулить до утра. Каково же было ее раздражение, когда в баночке с Дымолетным порохом, стоявшей у каминной решетки, она обнаружила лишь его тонкий слой на самом дне. Такого количества не хватило бы даже для того, чтобы вызвать кого-нибудь по каминной сети. Был ли у Снейпа запас пороха, и если был, то где он его хранил, она не имела ни малейшего понятия.
– Черт! – она отошла от камина и подошла к дивану. Снейп спал крепко, и добудиться его после того количества снотворного, что она ему подсунула, было вряд ли возможным. – Замечательно, – пробурчала она, – может, мне стоит припрятать вашу палочку, чтобы вы прямо с утра не превратили меня в крысу?
Она тяжело вздохнула и опустилась на пол рядом с диваном, привалившись спиной к его краю. Вариантов у нее было немного – или остаться тут до утра, или устроить тут обыск на предмет обнаружения запасов Дымолетного пороха, рискуя быть застигнутой проснувшимся хозяином, так как обыск мог затянуться надолго. Причем первый вариант представлялся более безопасным – Снейп точно взбесится, если узнает, что она рылась в его вещах, да и кто бы не взбесился на его месте.
Устраиваться на ночлег, похоже, придется в глубоком продавленном кресле у камина. В комнате было довольно прохладно и Диана, пользуясь тем, что хозяин все равно возразить не в состоянии, сама разожгла в нем огонь. На спинку кресла был небрежно брошен толстый шерстяной плед цвета мокрого асфальта. Этот плед Диана набросила на спящего Снейпа, а затем стащила с него ботинки и сняла оставшуюся одежду с помощью заклинания. С усмешкой представила себе, как он будет недоволен завтра тем фактом, что она его раздела спящего. Ничего, зато в другой раз будет вовремя пополнять запасы Дымолетного пороха.
Тонкс, наверное, волнуется, подумала она и негромко вызвала Патронуса. Пристально глядя в глаза призрачно-серебристой пантере, произнесла мысленно текст послания, в котором уверяла Дору, что в подземельях все спокойно, и взмахом палочки отправила ее прочь. Буквально через несколько минут в комнате оказался «ответ» – крупный зверь, похожий то ли на немецкую овчарку, то ли на волка, голосом Тонкс произнесший: «У нас тоже все тихо». Она удивилась – у той раньше был другой Патронус, кажется, чайка, непонятно, что могло стать причиной его смены.