— Что ты делаешь, Сью?
— Разбираю вещи моей матери.
— Она уже давно умерла. Пойми это, наконец.
— Я знаю. Хотите посмотреть, какой она была?
— Охотно.
У нее была пара старых афиш. Кроме того, на стенах висело несколько снимков, сделанных в ночных клубах. На них была изображена женщина с красивым, но пустоватым лицом. Не знаю, случайно это получилось или нет, но на снимках она выглядела типичной красоткой — этакой блондинкой без мозгов. На нескольких фотографиях она была снята в компаниях, но везде рядом с ней стоял один и тот же мужчина. Это был тщедушный темноволосый человек с колючими, глубоко посаженными глазами. Он был похож на фанатичного священника, собирающего для ближайшей проповеди материал о грехах прихожан.
— Она была красива, — сказал я.
— Она была прекрасна, — поправила меня Сью. — Я все еще помню ее лицо.
— Но эти снимки были сделаны до твоего рождения, — заметил я.
— Знаю. Но я помню ее. Еще я помню, как она разговаривала со мной. И помню, что она говорила о Торренсе. — Она замотала головой так, что волосы разлетелись. — Я все помню. Она ненавидела его.
— Сью... но ведь они были женаты.
— Это все равно.
Я строго посмотрел на нее:
— Сью, сколько раз я должен повторять тебе одно и то же. (Она пожала плечами и закусила тубу.) Твоя мать была алкоголичкой. Сим пытался отучить ее от спиртного, но ему это не удалось. Мать могла возненавидеть его за эти попытки. Выброси из головы мысль о том, что он убил ее.
— Она сказала мне, что ее убила змея.
— Алкоголикам часто видятся мыши, змеи, слоны и прочие подобные вещи. Не смей вбивать себе в голову эту идею!
— Она еще сказала мне, что я должна найти какое-то письмо. Я его непременно найду.
— Тогда тебе было всего три года. Как ты могла запомнить такие вещи?
— Однако я помню.
— Ладно, ищи это письмо. Но пока ты его не нашла, дай мне одно обещание.
— Какое?
— Не доставляй Торренсу дополнительных трудностей. Я сам занимаюсь этим делом, и не удирай из дома, не предупредив меня. Обещаешь мне это?
— Возможно, — сказала она, улыбнувшись.
— Чего ты еще хочешь?
— Поцелуйте меня! Я проворчал:
— Только что я получил поцелуй от Джеральдины Кинг.
— Негодяй! Но мне это безразлично. — Она обошла стол и стала передо мной, заложив руки за спину. — Я не возражаю против того, чтобы быть второй.
Я поцеловал ее.
— Не так, — сказала она.
— А как?
Я начинал терять контроль над этой опасной игрой. Я умею вести себя с женщинами, но как быть, если на шее у тебя виснет девчонка.
Она показала мне как. Это было похоже на внезапный взрыв — одновременно нежный и страстный, полный огня, о котором я и не подозревал. Поцелуй был недолгим, но он растревожил все мое существо, и я увидел, что Сью тоже задрожала. В потемневших глазах появилось желание, щеки покрыл румянец.
— Надеюсь, что второй вам понравится больше первого, — сказала она.
— Само собой, девочка, но только больше никогда не делай так. — Я с трудом выдавил на лице усмешку и отстранил Сью от себя. — Ну, не вешай носа.
— Хорошо, Майк...
Я вышел из дома, сел в такси и дал шоферу адрес Пата...
Глава 6
Новый инспектор отдела по расследованию убийств перешел из другого ведомства. Это был человек с тяжелым характером, я был знаком с ним уже несколько лет. Его звали Спенсер Гребб, и он терпеть не мог частных детективов и полицейских репортеров. Он бросил на меня многозначительный взгляд. Наверняка в его записной книжке моя фамилия стояла на первом месте, да еще подчеркнутая красным карандашом.
Окружным прокурором был Чарльз Форс Его заботила только карьера. Был молод, талантлив и работал до изнеможения. Кроме того, он был хорошо знаком с тонкостями своей профессии.
Сейчас эти люди сидели рядом, а между ними находился Пат. Они глядели на меня с благосклонностью озорников, которые выпустили из клетки дичь поразмяться, чтобы потом охота доставила им больше удовольствия.
Поприветствовав Пата, я спросил:
— Ты проверил пули?
— Обе они выпущены из одного пистолета — того же самого, из которого был убит Бэзил Левит. Ты упомянул Марва Каниа. Ты сможешь опознать человека, который тогда стрелял?
— Если это Марв Каниа, то да.
— Посмотри на этого парня.
Пат перебросил мне через стол увеличенную фотографию.
Посмотрев на нее, я положил ее на стол.
— Это он.
— Ты уверен?
— Абсолютно. Он дважды пытался убить меня. Один раз в здании, где находится мой офис, а второй раз сегодня, врезавшись грузовиком в такси, в котором я ехал Инспектор Гребб сказал:
— Вам следовало бы тотчас уведомить нас о случившемся.
— А я делаю это только теперь. Это было похоже на обычную аварию, и, кроме того, меня ждали дела, поэтому я не мог остаться на месте преступления.
Инспектор криво усмехнулся:
— Вам известно, что мы можем наказать вас за это? Не правда ли, мистер Форс?
Прокурор формально, без выражения улыбнулся. Это была одна из тех улыбок, которыми он пользовался в зале суда.
— Мне тоже пришло это в голову, инспектор. Я собрал весь свой запас наглости, отпущенный мне Богом, присел на край стола и посмотрел на них обоих.