Никто не вышел, и я позвонил еще раз.
Третьей попытки я делать не стал, а просто нажал на дверь, и она открылась. Я вошел в вестибюль, Пат последовал за мной, держа в поле зрения углы. В доме царила неестественная тишина. Горел свет, но нигде не было видно ни души. Мы прошли нижний этаж, осмотрели все, но никого не встретили. Я указал на лестницу. Спальня Сима Торренса находилась как раз рядом с лестницей. Дверь была приоткрыта, и в комнате горел свет. Мы распахнули дверь.
Карьера Сима Торренса окончилась. Он лежал на полу лицом вниз, и в голове у него была дырка от пули. Мы обежали все комнаты в поисках убийцы, но безрезультатно. Тогда мы вернулись к Симу. Обернув носовым платком трубку, Пат сообщил в полицию об убийстве. Положив трубку, он сказал:
— Мы в дурацком положении, Майк.
— Почему?
— Нужно было позвонить из Бруклина сюда и все передоверить здешней полиции.
— Ну и что? Мы всегда можем сказать, что просто хотели нанести визит мистеру Торренсу. Я был здесь вчера сразу же после пожара и хотел сегодня еще раз убедиться, что все в порядке. Это очень просто.
— А как насчет женщин? С ними нужно поговорить прежде всего.
— Конечно.
В ожидании полиции мы осмотрели комнаты в поисках следов убийцы, но ничего не нашли, даже гильзы. Я обошел все комнаты, чтобы понять, каким образом убийца попал в дом. В конце концов я это обнаружил. Окно в спальне Сью было открыто. Вероятно, убийца перелез через ограду, когда поблизости не было полицейского, а потом взобрался на второй этаж по шпалерам.
Постель Сью была смята. Наверное, Джеральдина очень спешила. Плюшевый медвежонок еще лежал под одеялом и был похож на спящего человека. Я подошел поближе и заметил в одеяле дырочку. Откинув его, я увидел в теле медвежонка пулю. Сью опять пытались убить.
Я уже хотел положить одеяло на место и позвать Пата, когда заметил кое-что любопытное. Медвежонок был старый, он принадлежал еще матери Сью. Часть швов давно распоролась, и оттуда торчала грязная вата, но один шов казался свежераспоротым. Вероятно, во время сна Сью надавила телом на игрушку, и шов разошелся. Я увидел торчащий "из него белый уголок.
Это было письмо.
Я вытащил его, но не успел просмотреть. Завыла полицейская сирена, и в доме появились представители власти. Я сунул письмо в карман и позвал Пата. Он быстро разобрался в ситуации, но промолчал. Дело напоминало обычную кражу со взломом, однако в нем намечались такие сложности, о которых Пату не хотелось говорить, прежде чем мы не обсудим все детально.
На улице уже дежурили репортеры. Дело обещало быть громким. Как-никак речь шла об убийстве кандидата на пост губернатора штата... Завтра утром об этом будут кричать заголовки всех газет, а происшествию в Бруклине они отведут от силы три строчки.
Пат промолчал еще и потому, что убийство Торренса следовало сначала обсудить в вышестоящих кругах, и только потом оно могло стать добычей газетчиков.
Только через час нам удалось покинуть дом и вернуться к машине. Приехали партийные тузы, их атаковали репортеры, но они не сказали ни слова. Они были достаточно влиятельны, чтобы проникнуть в дом, однако там высший полицейский чин тотчас взял их в оборот и стал расспрашивать.
Пат молчал почти всю дорогу, потом сказал:
— Одна твоя теория лопнула.
— Какая?
— Ты утверждал, что Торренс собирался убить девушку. Как же он мог в таком случае отвести от себя подозрение?
— Очень просто. Тебе известно, что ему часто угрожали?
— Да.
— Ну, так он мог сказать, что ему угрожал отомстить какой-то неизвестный, он-то и застрелил девушку.
— Но Сью жива.
— Кто-то пытался сегодня ее убить. Держу пари, что первый выстрел был сделан в ее постель. Потом убийца зажег свет и увидел, что попал в медвежонка. Тогда он дождался возвращения Сима и убил его. Все было подстроено так, будто имела место попытка грабежа, и грабитель в испуге застрелил неожиданно появившегося хозяина дома. Если полиция пойдет по этому пути, тогда убийце не грозит никакая опасность.
Я посмотрел на Пата:
— Тут есть еще кое-что. В ночь первой попытки убийства Сью было две группы: Левит и Кид Хэнд с Марвом Каниа. Они работали порознь, но охотились за Сью.
— Ну, и чем это объяснить?
— По-моему, тремя миллионами долларов.
— Чьими?
— Блэки Конли.
— Ты думаешь, деньги у него?
— Хочешь пари?
— На что?
— Как-нибудь повеселимся вечером в городе: ты, Вельда, я и какая-нибудь девушка. Мы найдем тебе даму. Проигравший оплачивает все расходы.
Пат кивнул:
— Согласен. Но можешь не подыскивать мне даму. Я сам себе ее нашел.
— Она работает в полиции?
— В твоем обществе это не помешало бы... Пат довез меня до моего дома, и я обещал позвонить ему и рассказать о том, что удалось узнать Вельде. Он хотел доложить о деле Торренса начальству и получить указания.
Я постучал в дверь, окликнул Джеральдину и попросил ее открыть мне. Вельда еще не возвращалась. Сью лежала на диване в гостиной. Она еще была под действием успокоительного. Я посадил Джеральдину рядом с ней и рассказал им, что произошло.
Поначалу Сью вообще никак не прореагировала, потом спросила:
— Он действительно мертв?
— Да.
Казалось, она повзрослела за последние несколько дней. Глядя в пол, она пожала плечами:
— Мне очень жаль, Майк, но я не чувствую боли. Я ощущаю только свободу и облегчение.
У Джеральдины был такой вид, будто она сейчас потеряет сознание.