— О нет, нет... — несколько раз повторила она. Потом взяла себя в руки и спросила:
— Как это произошло, Майк?
— Мы этого не знаем.
— Это ужасно. Избирательная кампания...
— Дело обстоит гораздо хуже. Кандидата всегда можно заменить. Лучше всего позвоните в свой офис. Там, конечно, большой переполох, и, если вам удастся победить на выборах, это будет чудо. А времена чудес, можете мне поверить, давно прошли.
Джеральдина хотела расспросить меня поподробнее, но в этот момент зазвонил телефон. Это была Вельда.
— Майк, я только что услышала... Это правда?
— Да. Его застрелили. Что тебе удалось узнать?
— В указанное тобой время Торренса никто не видел. Он отсутствовал неизвестно где примерно два часа.
Каждый думает, что он был у кого-то другого, но можно предположить, что его вообще не было в офисе. — Ну что ж, это меня и интересовало. Возвращайся. Мне не хотелось оставлять у себя Джеральдину и Сью, потому что я ожидал кучу посетителей и знал, что буду по горло занят. Я позвонил в отель, заказал две комнаты и вызвал такси. Женщинам не хотелось уезжать, но я объяснил им, что другого выбора нет. Они должны были совершенно исчезнуть из виду. Я предупредил Джеральдину, чтобы они ели у себя в комнате и никуда не выходили до тех пор, пока я не разрешу этого.
Когда они ушли, я сел за письменный стол и вытащил из кармана письмо. Старая бумага хрустела, и от нее исходил еще слабый аромат духов. Письмо было написано сплошными каракулями, как обычно пишут пьяные, но буквы можно было разобрать.
+++
"Дорогая Сью!
Я чувствую, что приближается день моей смерти, и хочу предостеречь тебя от одного человека. Этот человек — мой муж, Сим Торренс, которого мы в разговорах часто называли “змеей”. Опасайся его, моя девочка, потому что он хочет нашей смерти и вполне может пойти на убийство.
Я познакомилась с Симом, когда меня обвиняли в торговле наркотиками. Он помог мне избежать суда при условии, что я свяжу его с Сонни Мотли, которому он предложил план ограбления. Это ему было легко сделать, потому что, как окружной прокурор, он знал все маршруты, связанные с деньгами. Сима деньги не интересовали. Он хотел выдать банду, чтобы людей Мотли схватили и чтобы потом, благодаря судебному процессу, он стал героем дня. Так и произошло. После этого мы продолжали встречаться, и, когда у меня родилась ты, я решила выйти замуж за Сима, чтобы завоевать тебе прочное положение. Я никогда не любила Сима, и он ненавидел меня, как и всех людей, которые мешали его карьере. Я вышла за него замуж ради тебя, дорогая. Это письмо я прячу туда, куда он не доберется, а ты когда-нибудь найдешь его. Будь осторожна, моя радость. Торренс попытается убить тебя, если сможет. Опасайся несчастных случаев. Он постарается обставить твое убийство именно так...
Твоя любящая мать”.
+++
Торренс — “змея”! Человек, которого все боялись. Крупный политик, удачливый юрист, наводчик, организатор убийств и, в конце концов, сам убийца, — и все это в одном лице. Подходящая кандидатура на пост губернатора! Избиратели так никогда и не узнают, какого счастья они лишились.
Змея. Подходящее прозвище для него. И я оказался прав в своих предположениях. Торренсу так и не удалось получить три миллиона, но они чертовски безразличны ему. Его интересовала только его карьера, когда он обдумывал ограбление и затем обвинил банду Сонни Мотли в суде. Это был его первый шаг наверх по лестнице успеха, и он его тщательно обдумал.
Мне было интересно, как Торренс собирался покончить с Салли, если бы та сама не помогла ему. Хотя это не важно — у него в распоряжении было сколько угодно способов. Ведь женитьба на ней позволяла ему контролировать каждый ее шаг и исподволь готовить убийство, которое впоследствии можно будет выдать и за несчастный случай, и за самоубийство, и вообще за что угодно.
Сейчас я явственно представлял, как, явившись однажды в имение, Торренс нашел Эннет Ли спящей, а Салли совершенно пьяной. Ему осталось только вынести жену под ледяной дождь, а холод доделал остальное. К сожалению, таким же способом нельзя было отделаться от ребенка — возникли бы подозрения, началось бы расследование И Сью на долгие годы оказалась занозой, сидящей у него в мозгу.
Торренс терпеливо ждал. Чтобы повысить свой политический рейтинг, он разыгрывал роль заботливого и любящего отчима. Когда наступил подходящий момент, он обратился за помощью к Левиту. Но его выбор оказался неудачным. У Левита был слишком длинный язык, и смерть настигла его раньше, чем он выполнил дьявольское задание.
В каком-то смысле Сью сама почти спровоцировала Торренса на убийство. Она так и не смогла расстаться с мыслью, которую вбила ей в голову мать. Наверное, Сью знала, кого подразумевала Салли под “змеей”. Очевидно, Салли часто называла его так. Неудивительно, что он почти не допрашивал ее на процессе. И неудивительно, что он почти обезумел от страха, узнав, что Сью ищет какое-то письмо своей матери. Он стал обыскивать ее вещи. Этот поступок был продиктован полной растерянностью. Он боялся, что рано или поздно эти факты всплывут на свет и это будет означать его политическую смерть... и смерть вообще.
Но Салли ошибалась. Змеей был не Торренс, а тот, кто сидел в норе с тремя миллионами долларов. И ядовитее этой змеи не найти. А Торренс?.. Торренс был червяком.
Я сложил письмо и спрятал его, но в это время раздался звонок в дверь. Пришла Вельда. Пока она готовила кофе, я рассказал ей обо всем, что произошло в этот день. Она дважды прочитала письмо и сразу же поняла его значение и связь с происшедшим — Пат знает о письме?