Змий из 70 IV
Глава 1
Матово-черная «Барракуда» рычала, как голодный зверь, прорубая себе путь сквозь густую, влажную стену мадагаскарских джунглей. Снаружи экваториальное солнце 1974 года плавило остатки асфальта на горном серпантине, но внутри бронированной капсулы царил ледяной комфорт. Советский кондиционер работал на убой.
Альфонсо Змиенко развалился на переднем сиденье так, словно ехал не в логово к поехавшему диктатору, а на вечеринку в Монако. Идеально сидящий песочный костюм, расстегнутый ворот рубашки, дорогие темные очки. Он бросил взгляд в зеркало заднего вида и поправил густую челку.
— Расслабься, Пятница, — Ал ослепительно, по-хулигански улыбнулся, глядя на сжавшегося в комок мавра на заднем сиденье. — Ты выглядишь так, будто тебя везут на расстрел. Улыбнись! Мы в тропиках! Солнце, фрукты… Жаль только, местные красотки сейчас слишком заняты партизанской войной, а то бы я устроил нам культурный обмен.
Выпускник Сорбонны только нервно сглотнул. Он трясся не от холода, а от животного ужаса. Пятница не мог отвести взгляд от заднего стекла: там, поднимая тучи красной пыли, за ними плотно шли армейские грузовики. В кузовах, не моргая и не стирая пыль с бледных лиц, сидели големы. Идеальные солдаты-убийцы, лишенные эмоций.
Ал тихо усмехнулся и перевел взгляд на водителя. Виктор Крид вел тяжелую машину одной рукой. На бессмертном главе отдела было всё то же тяжелое, непробиваемое драповое пальто. И ни единой капли пота на ледяном, как мрамор, лице.
— Безумный выдался год, скажи, Виктор? — Ал достал сигарету, щелкнул серебряной зажигалкой и с наслаждением выпустил дым прямо в струю холодного воздуха. Пальцы хирурга как бы невзначай скользнули по нагрудному карману пиджака. Там, в опасной близости от его собственного сердца, лежала свинцовая ампула с ядом. Билет Крида на тот свет. — Семьдесят четвертый. Эфиопия горит, императора скинули. Португальцы бегут из своих колоний, роняя штаны. Весь континент захлебывается в крови и переворотах. А мы катаемся по джунглям с плутониевой бомбой в багажнике.
Крид даже не шелохнулся. Его пустой, древний взгляд был намертво прикован к изгибам дороги.
— Чужая кровь — это отличная смазка для наших шестеренок, Альфонсо, — голос Крида прозвучал сухо и бесцветно, как шелест гравия под колесами. — Война — это просто ширма. Пока они режут друг другу глотки за свободу и делят границы, никто не обратит внимания на пропажу радиоактивных изотопов. Их хаос — наша лучшая маскировка.
— Звучит как тост, — хмыкнул Ал. — Значит, спасать полковника мы будем чисто из любви к науке?
— Мбаса платит нам за жизнь, но для отдела он — просто лабораторная крыса, — равнодушно отрезал Крид. — Полигон для обкатки кибернетики. Мне плевать, сколько людей он расстреляет завтра. Мне нужно знать, как долго искусственное сердце сможет качать кровь в экстремальных условиях. Пусть континент горит. В огне легче замести следы.
Альфонсо цинично рассмеялся, откинувшись на спинку сиденья. Ему нравилась эта игра.
«Говоришь, лабораторная крыса?» — мысленно усмехнулся хирург-трикстер, снова коснувшись кармана с ядом. «Посмотрим, как ты запоешь, когда я решу провести свой собственный эксперимент над бессмертием».
— Обожаю твои гуманистические лекции, Витя, — вслух произнес Ал, выбрасывая окурок в приоткрытое окно. — Ладно, подъезжаем. Кажется, нас уже ждут.
Остатки разбитого асфальта окончательно сменились потрескавшимися бетонными плитами. Из душной, непролазной зелени джунглей вынырнул высокий серый забор, густо оплетенный лианами. Старая французская военная база. Местная природа методично сжирала наследие колонизаторов: крыши ангаров давно провалились, на вышках ржавели прожекторы, а бетон крошился от влаги.
— Французы ушли, а шарм остался, — хмыкнул Ал, поправляя темные очки. — Надеюсь, их медсестры еще где-то здесь прячутся. Я бы не отказался от бокала холодного шабли и хорошей компании перед тем, как копаться в чужих кишках.
«Барракуда» плавно затормозила перед массивными стальными воротами. Они были наглухо закрыты и щедро перемотаны свежей колючей проволокой. Следом с тяжелым скрипом тормозов встали грузовики с големами.
Тишину джунглей разорвал лязг затворов.
Из-за бетонных блоков, ржавых остовов машин и густых кустов вынырнули десятки вооруженных людей. Солдаты Мбасы. Никакой парадной формы или дисциплины — грязный камуфляж, майки на голое тело, амулеты из костей и жуткие ритуальные шрамы на лицах. Зато у каждого в руках — ухоженный, смазанный советский «Калашников». Они обступили машины плотным, хищным кольцом. Вся эта забытая богом база превратилась в одну сплошную параноидальную крепость.