Но Трикстер лишь криво усмехнулся. Он чувствовал, как симбиот внутри него довольно заурчал, словно гурман перед изысканным блюдом.
— Вообще-то, — Альфонсо лениво поправил воротник штормовки, глядя прямо в бездну вместо лица монстра, — я пришел провести инспекцию. Твои показатели эффективности, дедуля, крайне низки. Слишком много пафоса, слишком мало реального влияния на метаболизм региона.
Монстр замер. Такого приема он не встречал последние лет пятьсот. Зеленые огни в его глазницах вспыхнули яростью.
— Ты смеешь дерзить богам, прах⁈ — вопль сущности ударил по ушам физической волной. — Я выпью твой разум и превращу твое тело в удобрение для черных мхов!
Разана бросился вперед, пытаясь раздавить наглеца своей массой. Но Змиенко не шелохнулся. Он лишь мысленно щелкнул тумблером, активируя инфернальный интерфейс.
— Система, — коротко скомандовал москвич. — Режим «Полевой хирургии». Объект — энергетическая паразитарная форма жизни. Приступаем к дезинфекции.
Черная нефть под кожей хирурга взбунтовалась. Сгустки абсолютного мрака вырвались из его ладоней, мгновенно принимая форму длинных, глянцевых игл. Врач сделал молниеносный выпад, уходя от удара божества, и вонзил черные шипы прямо в энергетические узлы твари, которые он отчетливо видел благодаря «Оку».
Бог Гнили взвыл. Его крик был слышен не ушами, а самой душой. Иглы симбиота не просто ранили — они начали жадно выкачивать из него суть, перекачивая ее в Систему.
— Что ты такое⁈ — прохрипела сущность, пытаясь рассыпаться прахом и ускользнуть в туман.
— Я — твой лечащий врач, — Змий нанес еще один удар, вскрывая центральное ядро монстра. — И у меня для тебя плохие новости: случай неоперабельный. Придется удалять всё целиком.
Начинался не бой, а изысканная, жестокая вивисекция. Хирург кружил вокруг древнего духа, с хирургической точностью отсекая куски его структуры. Каждое касание черных щупалец оставляло в теле Разаны зияющие дыры, которые больше не затягивались. Бог Гнили слабел на глазах, его изумрудная аура таяла, поглощаемая инфернальным даркнетом.
Спустя пять минут всё было кончено. Тварь издала последний, затухающий хрип и рассыпалась кучей гнилых листьев и сухих костей. Желтоватый туман мгновенно развеялся, а в овраг вернулись звуки ночных джунглей.
Перед глазами Альфонсо вспыхнуло золотое, торжественное окно интерфейса.
«Уничтожена высшая энергетическая сущность (Ранг: Падший Бог). Получена Душа Высшего Порядка. Бонус за первичное изъятие: Разблокирован элитный отдел Магазина».
Змиенко обессиленно опустился на алтарный камень, вытирая пот со лба. Сердце колотилось, а в венах всё еще гудел остаточный жар битвы. Он заглянул в свой «кошелек». На счету красовалась единица, но эта единица стоила тысяч обычных людских душ.
— Ну вот, — врач достал папиросу и прикурил ее дрожащими пальцами. — А Поль говорил — сказки. Плохой из тебя аналитик, полковник. Очень плохой.
Он глубоко затянулся, глядя на рассветные лучи, которые начали робко пробиваться сквозь листву. Первый трофей был добыт. Трикстер почувствовал вкус настоящей крови — крови тех, кто считал себя бессмертным. И этот вкус ему определенно понравился. Теперь Мадагаскар стал для него не просто базой, а огромным, переполненным деликатесами супермаркетом, где он был единственным покупателем с неограниченным кредитом доверия.
Альфонсо подхватил саквояж и зашагал в сторону базы. Впереди был длинный рабочий день, отчеты для Москвы и, возможно, еще пара бутылок ямайского рома с киборгом, который даже не подозревал, что его «старые боги» только что пошли на запчасти для советского хирурга.
Глава 8
Бакинский кондиционер в ординаторской надрывно хрипел, выплевывая в комнату потоки ледяного воздуха, но москвичу всё равно было жарко. Внутри, под самыми ребрами, клокотало жгучее, пьянящее чувство абсолютного триумфа. Охота на ночного духа оказалась не просто успешной — она открыла двери туда, куда ни один советский ученый в здравом уме даже не мечтал заглянуть.
Хирург сбросил грязную штормовку прямо на кафельный пол, подошел к массивному холодильнику «ЗИЛ» и достал бутылку минералки. Скрутив крышку, сделал несколько жадных глотков, плеснул остатки ледяной воды себе в лицо и тяжело опустился на дерматиновый диван.
Пора было тратить заработанное.
Трикстер прикрыл глаза и мысленно потянулся к багровому интерфейсу. Система отозвалась мгновенно, радостно разворачивая перед внутренним взором светящиеся списки. В самом верху, там, где раньше висели тяжелые призрачные цепи, теперь приветливо мерцал золотом открытый элитный раздел. На балансе гордо светилась одна-единственная монета, но ее вес ощущался как золотой запас небольшой европейской страны. Душа Падшего Бога.