Я приподнимаю бровь, глядя на Аарона, зная, что с 2018 года девушки на старте были исключены из Формулы-1.
Мы направляемся к трассе, приближаемся к его паддоку. Я рада видеть Волка на гонках и быть рядом с ним. Он выглядит невероятно расслабленным, вероятно, потому, что это всего лишь парад пилотов, гонка начнется через два часа. Я решила надеть белые джинсы, коричневые туфли на танкетке и симпатичную бирюзовую блузку. Я начинаю чувствовать себя хорошо в своём теле, обретаю уверенность в себе. Волк вытрахал из меня прикосновения Стефана навсегда. Теперь я свободна, чтобы собрать недостающие частички себя.
— Пожалуйста, не надо. Я не справлюсь с этим. – Он фыркает, вежливо махая репортёрам, которые нас фотографируют. Он притягивает меня к себе, кладя руку мне за спину, пока я играю с VIP-значком на шее, стараясь не дрожать от его прикосновений. — Все мужчины будут смотреть на тебя, мечтая, чтобы ты принадлежала им, и я не смогу защитить тебя от них.
Я смеюсь над ним.
— Как благородно с твоей стороны, мистер ЛеБо.
— К тому же из-за тебя я потеряю концентрацию, что может плохо кончиться для меня, – добавляет он игривым тоном, от которого у меня тут же спазмируют мышцы живота. Он рискует каждый раз, когда участвует в гонках. Он воплощение безрассудства. Он неукротим. Человек, не знающий страха смерти. Что, если что-то случится?
Мы заходим в его гараж и приветствуем команду, инженеров, которые занимаются последними настройками его машины. После парада Томас дает Аарону последний совет по поводу гонки, приказывая ему одержать победу сегодня. Волк застегивает гоночный костюм, прежде чем запрыгнуть в свой болид, чтобы занять поул-позицию на стартовой решетке.
Томас протягивает мне наушники, чтобы я могла следить за гонкой на мониторах и слушать радио команды Аарона. Я избавляюсь от беспокойства, когда Моника заключает меня в объятия. Тут же улыбаюсь ей, радуясь, что она здесь.
— Ты же знаешь, что он никогда не приглашал женщину посмотреть гонку из своего гаража, верно? – Она одаривает меня ослепительной улыбкой.
Я надеваю наушники, не сводя глаз с Аарона.
— Это странно, Моника. Я знаю его, кажется, около месяца? Но мне кажется, что я знаю его гораздо дольше.
— Со мной и Генри было то же самое. В конце концов, время не имеет значения. Важна только связь между двумя душами.
Все в гараже молчат, наблюдая за экраном, на котором вот-вот начнётся гонка. Толпа выкрикивает имена гонщиков, развеваются флаги, ревут моторы. Осталось семьдесят кругов. Я слышу, как комментатор говорит, что семь гонщиков решили стартовать на шинах средней жёсткости, как и Аарон. Это же хорошо, да? Боже, я волнуюсь.
Красный.
Красный.
Красный.
Красный.
Красный.
Вперёд.
Гонка начинается, и от бешеного темпа машин у меня замирает сердце. От звуков моторов по моей коже бегут мурашки, воспламеняя мою душу. Эта гонка совсем не похожа на квалификационную. Гонщики мчатся вперёд, не боясь, не сдерживаясь. Они словно гладиаторы, сражающиеся за свою жизнь на арене.
— ЛеБо занимает первое место на первом круге, за ним следует Хармил, – кричит комментатор, а я нервно тереблю пальцы.
Томас начинает давать указания Аарону.
— Будь осторожен, Волк. Луис будет торопиться, чтобы обогнать тебя.
Секундой позже комментатор кричит, что Хармил едет прямо на машину ЛеБо в третьем повороте, и моё сердце никогда не билось так быстро. Аарон сохраняет лидерство, не позволяя Луису обогнать его. Ну же.
— Отставание на одну секунду. Поднажми в последнем повороте. Успокойся.
Тридцать пять кругов спустя, а я всё ещё волнуюсь. Аарон рискует на трассе под руководством Томаса. Вся команда напряжена, их взгляды прикованы к мониторам. Когда Аарон слишком долго задерживается на пит-стопе, меняя шины, Луис Хармил вырывается вперёд, а за ним следует его товарищ по команде Марвин. Чёрт. Теперь он третий.
Аарон просит визуализировать трассу, ускоряясь, чтобы вернуться к Луису, но наши экраны размыты. Вероятно, на трассе произошла авария, так как во время поворота распространяется дым.
У меня пересохло в горле – у меня плохое предчувствие, – и команда Аарона тоже начинает паниковать.
— Марвин крутится на трассе в одиночестве. О, нет! Волк приближается сразу за ним и... – Комментатор прерывается, когда я слышу в наушниках панический крик Томаса.
— Аарон, берегись, Марвин едет по средней полосе!
Я не могу этого видеть. Он разобьётся. Он слишком близко. Ему уже не развернуться на повороте. Я закрываю рот рукой, когда вижу, как машина Аарона разворачивается на 360 градусов, чтобы не врезаться в машину Марвина. Он резко съезжает с трассы, чуть не врезаясь в стену перед собой, а я хватаю Монику за руку и крепче сжимаю её.
Волк одним манёвром возвращается на трассу, теряя несколько драгоценных секунд, но он в безопасности. Я наконец-то позволяю себе выдохнуть, моё сердце чуть не разрывается, ладони потеют, я боюсь того, что могло бы случиться, если бы он не удержал контроль над машиной.
— Этот чёртов идиот! Если бы я разбился, всё могло бы закончиться плохо! Так глупо, чувак! Убирайся отсюда на своей грёбаной машине, – ругается Аарон в гарнитуре.
Он возвращается в гонку, ведя машину ещё более агрессивно и безрассудно, чем раньше, и едет за Луисом Хармилом. Он как зверь. Чем ближе Аарон подбирается к смерти, тем сильнее он стремится спровоцировать её, что не помогает мне успокоить нервы. Томас поздравляет Аарона, прежде чем попросить его сохранять спокойствие.
— Это было безумие! Марвин сделал что-то очень опасное! Но какой невероятный манёвр от ЛеБо! Он идёт на Хармила, – говорит комментатор, и я встречаюсь взглядом с Моникой. Она ободряюще улыбается мне, замечая маску страха на моём лице.
— Тебе нужно поджать, вы вплоную. Фредерик поддерживает тебя.
Томас нервно теребит волосы, прежде чем положить обе руки на лоб. По крайней мере, хоть кто-то здесь так же взволнован, как и я. Фредерик – напарник Аарона, он гоняет на P4. Он следует приказам и гоняет не по годам, полная противоположность Волка.
— Я обгоню его на шикане, – добавляет Аарон, готовясь обогнать Луиса на повороте.
Томас приказывает ему придерживаться плана, говорит, чтобы он не действовал сейчас, иначе рискует разбить машину. Но Аарона как магнитом тянет к опасности.
Преодоление небольших трудностей – его сильная сторона. Он не слушает Томаса и ломает свою машину на повороте, чтобы обогнать Хармила. Луис бьёт Аарона по задним колёсам, и тот едва не теряет управление. И это штраф для Луиса. Получай, Золотой Мальчик!
— Потрясающе! Аарон ЛеБо лидирует! Осталось десять кругов, – взволнованно кричит комментатор. Моё сердце бьётся, дыхание учащается, я никогда ни к чему не была так эмоционально привязана.
Я слышу, как Аарон смеётся в наушниках, провоцируя Томаса.
— Ты что-то говорил?
Томас закатывает глаза.
— Ты невозможен. А теперь забери свой гребаный клетчатый флаг домой, приятель.
— Понял.
Зрители аплодируют ещё громче, когда комментатор хвалит гонки Волка. Я начинаю испытывать надежду, чувствуя, как волнение разливается по моим венам.
Развевается клетчатый флаг, и команда Аарона прыгает, обнимая друг друга. Он победил.
Я обнимаю Монику, радуясь за него. Он это заслужил.
— Да! Чертов флаг! Это победа. Отличная работа, ребята. – Я слышу смех Аарона в наушниках. Томас показывает мне большой палец вверх, я улыбаюсь ему в ответ. Он горд, я вижу в его глазах радость от сегодняшней победы и Аарона.
— И это победа ЛеБо. После дисквалификации в Монако он ошеломил нас невероятной победой. У него всё ещё есть шанс выиграть чемпионат мира.
Это последнее, что я слышу, прежде чем Аарон делает круг почёта. Он возвращается в свой гараж, сбрасывает шлем и поднимает кулак в воздух. Его команда поздравляет его, обнимает Волка и дружески хлопает его по плечу.