От жертвы, которая подчиняется добровольно. Мой гнев улетучивается, когда я вижу, как он сидит на полу и чинит мой сломанный радиатор.
Мне следует накричать на него. Поцеловать его. Дать ему пощечину. Что-нибудь. Но что мне делать? Я наблюдаю, как он чинит его, пряча стыд и сожаление, сквозящие в его глазах. Над нами повисает тишина. Прошло несколько минут, и, наконец, он встает и включает обогреватель.
Он починил его. Но сможет ли он починить нас?
Он убирает за собой, а я сажусь на диван, сбитая с толку всей этой ситуацией.
— Спасибо.
Закончив, Аарон садится на стул напротив меня. Держит дистанцию между нами. Когда я вижу противоречие в его глазах, моё сердце замирает в груди, эмоции переполняют меня.
— Прости, Элли. Я отталкивал тебя, я боялся. Я бы никогда не причинил тебе боль. Я хотел защитить тебя от себя.
— Я знаю. – И я понимаю, что сделала бы для него то же самое. Но я не могу забыть его слова.
— Я пытался держаться от тебя подальше, но, чёрт возьми, Элли, ты не даёшь мне покоя. Я бы хотел, чтобы ты дала мне второй шанс. – Он хмурится, словно хочет сказать что-то ещё, но что-то его останавливает. — Я ещё не готов делиться своим прошлым, но я…я хочу попробовать. – Его взгляд прикован к моему, он читает меня, раскрывает себя без прикрас.
Пытаюсь. Пытаюсь исцелиться. Пытаюсь любить.
— Ты не можешь снова оттолкнуть меня. Ты унизил меня, то, что ты мне сказал… Я не смогу пережить это во второй раз. Никогда больше, – твердо говорю я, мои глаза наполняются слезами, выражая боль, которую он мне причинил.
— Я не сделаю так больше.
Слезы текут по моим щекам, когда я отворачиваюсь, потому что, если я этого не сделаю, я расплачусь и приползу обратно к нему так легко – слишком легко. Мы молчим. Я не понимаю, почему нам всегда нужно играть в кошки-мышки. Гоняться друг за другом. Убегать друг от друга. Спасать друг друга или терзать самих себя. Наверное, потому что наше прошлое было сильнее нас. Наша потребность в силе, наша потребность не быть слабым, наша потребность владеть. Но он единственный, кто знает меня.
Он протягивает мне конверт, который достаёт из кармана.
— Я знаю, что не могу предложить тебе то, что мог бы предложить хороший и милый парень. Я погряз в смертельной работе. Ты видела часть меня, я… – Он замолкает, и я понимаю, что он не готов говорить.
Родственные души. Я убеждена, что Аарон – мой. Вероятность будет против нас, и все же мы снова здесь, несмотря ни на что. Из миллиардов людей. На другом континенте. Из-за невероятных обстоятельств, которые нам встретились.
— Ты мне нужна. Я хочу попробовать с тобой. – Он кладет конверт на стол передо мной. — Это билет до Парижа и бронь в отеле. Я бы хотел, чтобы ты поехала со мной на церемонию вручения премии FIA. Я буду ждать тебя в отеле до восьми, после чего уйду. Это твой выбор, Элли. – Он наклоняется ко мне и нежно целует в лоб. — Что бы ты ни выбрала, спасибо, что увидела во мне то, чего никто никогда не видел.
Я в шоке. Меня захлестывает волна чувств, и я не могу говорить. Мой ответ – да. Я не могу жить без тебя, но не могу сказать ему об этом. Я была несчастна без него, но моё эго встало у меня на пути.
Аарон подходит ближе к двери. У меня нет времени.
Думай, Элли. Говори. Борись. Сделай что-нибудь.
Я поворачиваюсь к нему лицом.
Когда это делаю, уже слишком поздно. Он ушёл.
Беру билеты в руки. Париж. Торжественный вечер через два дня. Это официальное завершение гоночного сезона. Люди говорят, что от перемены жизни тебя отделяет одно решение. Но я не думаю, что можно выбирать, кого любить. Я не выбирала, чтобы сильно, глубоко, быстро влюбиться в Аарона. Он – часть меня. Он дополняет меня. Он сильнее моей свободной воли.
Мы притягиваемся, как магниты.
Плюс и минус.
Мы не идеальны.
Мы равны нашему хаосу, но свет не может существовать без тьмы.
И вместе мы нашли равновесие.
Я бегу к своему окну, открываю его и смотрю на улицу. Его машина всё ещё здесь. Я не пропустила его. Я вижу, как Аарон идёт по белому снегу. Я хочу поговорить о картине, хочу поговорить обо всём, что он для меня сделал, но единственное слово, которое мне удаётся произнести, – это…
— Вечность!
— Вечность, – произносит он одними губами, его губы изгибаются в улыбке.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ
Злодей
Париж, город любви.
Церемония награждения.
Идеальная смесь денег, власти и…любви.
Я беру Аарона за руку, и он выводит меня из лимузина. Моё тело бунтует. Ноги дрожат. Сердце колотится.
Он дарит мне успокаивающую улыбку, мы идём бок о бок ко входу. Вы знаете тот сюрреалистичный момент, когда всё кажется таким чистым и идеальным? Когда это не может быть правдой? Я отправилась в Париж, готовая бороться за мужчину, без которого не могу жить. Мужчину, который ждал меня у своего лимузина после восьми вечера, хотя и сказал, что не будет этого делать. Я собрала волосы в тугой хвост. На мне длинное чёрное атласное платье с разрезом сбоку.
Элегантная ложбинка красуется между грудей; плотная ткань платья подчёркивает все мои изгибы, открывая фигуру под ним. Красная помада, немного подводки для глаз, и я чувствую себя Грейс Келли. В конце концов, у сказочных принцесс есть бал, на котором они могут встретить принца.
Но я никогда не была принцессой. Я просто женщина.
Смотрю на Аарона, играющего роль принца, в смокинге, с рукой, обвивающей мою талию, красивого и исполненного божественного превосходства. Я ослеплена, когда его взгляд скользит по всему моему телу, наслаждаясь им в полной мере, не уставая от созерцания меня. Но это не просто похоть, это что-то другое. Что-то мощное. Я вижу себя в его лазурных глазах. Я чувствую себя прекрасной – такой, какая я есть.
Но Аарон тоже не принц. Он падший бог.
Смертная и бог. Это похоже на греческую мифологию, и мы знаем, чем это заканчивается. Вместе мы одинаково сильны и разрушительны.
Всю дорогу до гала-концерта мы испытывали желание целовать, ласкать, гладить друг друга. Но я не хочу торопить события. Я хочу желать его всю ночь. Я хочу, чтобы наше влечение распространилось по всему залу, чтобы все могли это увидеть. Я хочу, чтобы они знали: душа Аарона ЛеБо принадлежит мне. Это душевная пытка, и чем больше мы страдаем, тем сильнее наше удовольствие взорвётся фейерверком. Сегодня вечером я хочу, чтобы он желал меня до тех пор, пока не достигнет своего предела. Мне нужно знать, на каком мы этапе. Принадлежим ли мы сказке или греческой трагедии.
Как только входим, кажется, что мы на красной ковровой дорожке. Огромные люстры и французская архитектура семнадцатого века доминируют в комнате. Это мероприятие похоже на монархию. Элита потягивает дорогое шампанское, женщины надевают свои самые изысканные платья, закуски подаются на французском сервировочном столике.
Это первоклассное мероприятие с самыми ценными гостями, среди которых знаменитости, бизнесмены и инвесторы. Я уже бывала на подобных мероприятиях – с не тем мужчиной рядом. Это мир, где деньги – в центре каждой дискуссии, где люди улыбаются тебе в зависимости от твоего состояния, твоих достижений или того, с кем ты пришёл. Вежливость необходима для того, чтобы скрыть, насколько этот мир фальшивый. Это соревнование вне трассы.
Соревнование, в котором Аарон преуспевает. Он занял первое место и излучает харизму. Харизму, которой люди в этом зале дышат и которой завидуют.