Я тяну её на кровать и нависаю над ней. Она стягивает с меня футболку – кажется, она так же, как и я, жаждет физического контакта. Делаю то же самое с её рубашкой, которая слишком велика для её идеального тела. Стягиваю с неё штаны, пока она лежит на кровати в нижнем белье передо мной. Боже, я скучал по этому виду.
Она краснеет, когда я скольжу взглядом по всему её телу. Я выучил её наизусть, но она реагирует так, будто я только что увидел её впервые. И, честно говоря, мне кажется, что так и есть. Она всё такая же чертовски потрясающая. Я стягиваю с неё трусики на пол, и она начинает прикусывать нижнюю губу. Ухмыляюсь, замечая, что она пытается скрыть свою влажность. Расстегиваю бюстгальтер, отбрасываю его в сторону и встаю перед ней, чтобы полюбоваться её знойным обнажённым телом. Великолепным. И моим.
— В тебе всё прекрасно.
Я стону, когда она смотрит на меня, как ангел. Ангел с телом, которое мучает меня.
— Мне нравится, какой ты сильный. – Она проводит рукой по моей груди, по бицепсам, наблюдая, как напрягаются мои мышцы.
— Ты моя, Элли. Ты моя женщина.
Это утверждение, но в то же время так я прошу её стать моей девушкой – или, лучше сказать, сообщаю ей об этом.
— Да, – она прикусывает нижнюю губу. — И ты тоже мой.
Теперь, когда мы официально установили нашу исключительность, я наклоняюсь к ней, располагаясь между ее ног. Завладеваю ее ртом, прежде чем медленно прикусить и пососать ее нижнюю губу. Я целую нежное местечко на ее шее, и она начинает стонать. Элли двигает бедрами, чтобы почувствовать трение наших тел, прежде чем я опускаюсь, целуя ключицу, в то время как ее пальцы перебирают мои волосы.
Я беру в ладони обе её маленькие идеальные груди, играю кончиками пальцев с её розовыми сосками, потягивая их. Затем ласкаю языком. Элли выгибает спину, её веки начинают закрываться, дыхание учащается. Я веду её туда, где хочу видеть. Горячей и готовой. Останавливаюсь на долю секунды, и она открывает глаза, умоляя меня продолжить. И снова это то, чего я хотел. Продолжаю сосать и целовать её соски, пока она наблюдает, как я ублажаю её. Боже, я мог бы кончить, просто наблюдая за ней.
Продолжаю ласкать её грудь, моя рука скользит по внутренней стороне её бёдер. Она начинает покачивать ими, полностью отдаваясь трению, мои пальцы нежно рисуют круги вокруг её клитора, собирая влагу. Моя красавица стонет громче, и я вижу, как напрягаются мышцы её живота. Я оставляю дорожку из поцелуев на её животе, прежде чем сосредоточить внимание на внутренней стороне бёдер.
— Раздвинь ноги, – приказываю я, и она смущённо смотрит на меня, как будто ей стыдно.
Наконец раздвигает ноги, вероятно, понимая, что это не обсуждается, и предоставляет мне полный доступ. Я опускаю голову между ног, мой рот начинает исследовать её, подготавливая к тому, что будет дальше, даже если она уже влажная и готова к моим прикосновениям. Элли втягивает ртом воздух и хватается за простыни рядом с собой, пока я уделяю внимание её клитору. Целую его. Лижу его. Сосу его. Она хватает меня за волосы, словно хочет глубже погрузить мою голову в себя. Не то чтобы я был против.
— Ты божественна на вкус, – стону я, ответные стоны Элли становятся громче. Она возбуждает меня, просто наблюдая за тем, как теряет контроль.
Если честно, мне никогда не нравилось делать куни женщине. Я был придурком, я брал минет и никогда ничего не давал взамен. Это был жёсткий секс с женщинами, которые знали, что делают, и чьих лиц я никогда по-настоящему не видел. Это никогда не было связано с эмоциями. Но она другая. Я хочу смотреть, как она кончает, как она дрожит от удовольствия под моими прикосновениями, я хочу обращаться с ней правильно.
Я продолжаю целовать, мой язык и губы ласкают её клитор, и я чувствую, что она близка к оргазму. Ввожу в неё один палец, прежде чем она начинает выкрикивать моё имя своим сладким голосом, и это почти заставляет меня кончить. Я ускоряюсь, сильнее посасывая её клитор, надавливая на лоно, и сжимаю одну из её грудей, а она выгибается ещё сильнее. Ввожу ещё один палец, обхватываю её сосок указательным пальцем, языком касаюсь её клитора, и она взрывается. Я поддерживаю темп, позволяя ей наслаждаться оргазмом столько, сколько она сможет.
Элли начинает расслабляться, как только оргазм обрушивается на нее со всех сторон, и я останавливаюсь, наблюдая, как она запыхалась, с довольной улыбкой на лице. Она выглядит раскрасневшейся. Хорошо. Я облизываю губы, проглатывая последний ее вкус. Полностью прижимаюсь к ней, когда она прижимает наши тела друг к другу, ее груди соприкасаются с моей грудью.
— Это было очень вкусно, – шепчет она, в то время как мои губы соприкасаются с ее губами. — Ни один мужчина никогда так не делал, – я напрягаюсь, когда она говорит о других ублюдках, недостойных её. Но это в прошлом. Я нежно глажу её по щеке, зная, что подарю ей много оргазмов.
Её рука начинает ласкать мой член, губы изгибаются в улыбке. Чёрт. Она всегда стеснялась прикасаться ко мне здесь, я никогда не хотел навязываться ей или просить её сделать что-то, чего она не хочет. Она начинает поглаживать меня, и я падаю на спину рядом с ней, позволяя ей быть сверху. Я уже возбуждён от того, что делал ей куни, и если она продолжит меня дразнить, я могу кончить прямо здесь. Глажу её по спине, пока она целует меня в грудь, лаская меня быстрее. Ощущение её прикосновений к моему члену настолько приятно, что мои мышцы начинают напрягаться от удовольствия.
Но когда я беру её за затылок, чтобы наклонить к себе и поцеловать, в её глазах появляется страх. Что-то её пугает. Она опускается на мой член, чтобы пососать его, но что-то не так. Я чертовски хочу ощутить её рот на себе, и мне требуется вся сила в мире, чтобы усадить её к себе на колени, не давая ей сделать то, что она, очевидно, собиралась сделать, потому что я опустился на нее. Я хочу, чтобы она согласилась.
— Ma belle – моя красавица, что случилось?
Когда она замечает мое беспокойство, то отводит взгляд, боясь посмотреть мне в глаза.
— Знаешь, до тебя я спала только с одним мужчиной. – Этот засранец Стефан, что он с ней сделал? Он ее не заслуживал. — И Стефан, он заставил меня... – смотрит на мое мужское достоинство и начинает чувствовать смущение. Я целую ее, поощряя продолжать. — Сосать ему. Жёстко. Его не волновало, что меня тошнит или что я чувствую себя шлюхой. Он сказал, что это моя работа. Что мужчины хотят этого. – Я сжимаю челюсти и обещаю себе, что если когда-нибудь встречу этого ублюдка, то проучу его. Я засуну его член ему в голову. — Что он изменит, если я не дам ему это. И я не хочу терять тебя. – Ее голос слаб и дрожит. – Я не хочу терять тебя.
Боже, Элли. Как будто она думала, что я изменю ей, если не сделает мне минет? Я бы никогда так с ней не поступил. Я не ублюдок. По крайней мере, не с ней. Конечно, прикосновение её сладких губ заставило бы меня кончить в рекордно короткие сроки, но я не животное. Я могу подождать. Глажу её по щекам, заставляя поймать мой взгляд.
— Этот парень был мудаком. Ты не потеряешь меня, и если однажды захочешь попробовать – я не стану тебя принуждать. – Я меняю позу, ложусь на неё сверху, прежде чем заглянуть в её прекрасное лицо. — Я займусь любовью с твоим ртом так же, как я занимаюсь любовью с твоим телом. Между нами ничего нет. – На этой ноте я целую ее. — И если ты не хочешь, как я уже говорил, все в порядке.
Она расслабляется, и я начинаю восстанавливать свою твердость, пока ее руки ласкают мою спину.
— Ты займешься со мной любовью сегодня вечером?
Ей не нужно повторять это дважды.
— Да.
Элли уверяет меня, что принимает таблетки. Хорошо. Я не хочу, чтобы между нами был кусок латекса. Она обвивает меня ногами и игриво прикусывает нижнюю губу. Мысль о том, что Стефан прикасался к ней и причинял ей боль, вызывает у меня злость и собственнические чувства. То, что я так долго не прикасался к ней, усилило мою потребность завладеть её телом. Но что, если…что, если я не способен быть нежным?