Я покачал головой, но Ангелина встала, взяла себе стакан, поставила на стол, потом вернулась к буфету, взяла стакан и для меня, поставила передо мной. Я махнул рукой, мол, не буду.
— Мне нужно лететь в Верхотомск, — сказал я.
Москва превращалась в плацдарм нестабильности, как и положено после Большого взрыва. Ширяй едва держался, накачиваясь вискарём, служба безопасности явно нуждалась в санации и штопке. А в текущей позиции ничего хорошего мне не светило. Нужно было менять поле. Или, если не менять, то оказаться вне его.
— Здесь начинается настоящий треш, — сказал я. — И что там было после большого взрыва? Расширение Вселенной? Сейчас очень важно не распыляться, а сконцентрироваться и не пропустить удары по другим контурам. Нужно заниматься активами, управлением, делами. Всё это пока идёт нормально, но я уверен, что везде сейчас будут пытаться проникнуть, расшатать и взорвать люди Шаха, люди Чингиза и люди Сенатора, и какие-нибудь другие люди, о которых я ещё не знаю. Можно вообще перенести рабочий штаб в Верхотомск. Мы ведь договаривались, что я войду в курс хозяйства и освою управленческие позиции. Не вижу смысла торчать здесь, лавировать между струями и ловить очередные удары.
— Ты думаешь, там до тебя не дотянутся?
— Дотянуться они могут до меня где угодно, — сказал я. — Хоть в Аргентине. Но вопрос в другом. Откуда мне до них проще дотянуться?
— Да, — пьяно кивнул Ширяй. — Нужно ехать. Там сейчас тоже может стать жарко — проверки, наезды, провокации, поджоги, грабежи… всё что угодно. Другое дело, справишься ли ты с этим грузом… Мне-то уезжать некогда… Да… Давид бы справился, — сказал он.
— Но Давид играл с вами в разных командах, — напомнил я.
— Вот-вот… Да, правильно. Уезжай. Пока я тут буду гасить Шаха, ты будешь на подхвате. Я пошлю с тобой помощника. Дашь поручение Савосе, чтобы разместил его, предоставил машину, водителя, охрану.
— Что за человек? — нахмурился я.
— Консультант по финансам, с опытом кризисного управляющего и администратора активов. Тот, кто поможет тебе войти в курс.
По факту это был поводок, удавка на шее. Но, с другой стороны, без такого спеца войти в курс дела было бы непросто, поскольку Савося-то ясно, что расскажет? Ничего. Там, конечно, были и реальные сотрудники, но это другое.
— Хорошо, — кивнул я. — Очень правильное решение. Я как раз хотел вас об этом спросить.
— Вот и отлично. Значит, летишь завтра. Сегодня уже не успеть.
— Я тоже поеду! — воскликнула Ангелина.
Она сделала большой глоток и со стуком поставила тяжёлый хрустальный стакан на стол.
— Ты останешься здесь, — резко ответил Ширяй. — Никаких возражений.
— Да не хочу я после всей этой мясорубки сидеть здесь. Я хочу быть рядом с Сергеем. Я помогу ему там.
— Чем ты ему поможешь? — недовольно бросил Ширяй. — Рядом с ним сейчас опасно. Даже не думай. То, что он будет там, не значит, что никто его не тронет. Просто здесь он мне не нужен сейчас. Пусть занимается. Но он окажется в большей опасности, если ты будешь рядом с ним.
— Да почему⁈
— Не почему!
— Анже́лик, — кивнул я, — тебе лучше остаться, дедушка прав. Незачем становиться добровольной заложницей войны.
— Какой заложницей? Что ты несёшь? Я буду тебе помогать!
— Ты поможешь, — рявкнул Ширяй, — если прижмёшь свою жопу и будешь сидеть тихо!
— Всем будет спокойней, когда ты будешь под защитой, — кивнул я.
— Под защитой у кого? У дырявой службы безопасности, которая машину проверить не может нормально?
— Разберёмся со службой безопасности! — кивнул Ширяй. — Не твоя забота. Твоя забота сидеть и жениха ждать. И не высовываться. Ты видишь, какие дела пошли?
— А если дрон прилетит, как к Чингизу?
— Значит, будешь в подвале сидеть. Всё. Вопрос решён.
У Ширяя зазвонил телефон.
— Тихо! — крикнул он. — Олег звонит. Вот Олег приедет и будет тебя охранять. Не переживай за службу безопасности. Слушаю тебя, Олежек…Так…
Он замолчал, внимательно слушая Олега и только качал головой, вставляя время от времени:
— Так… Так… Сука… Сука… Вот сука!
А Олег говорил и говорил.
— Ладно, давай, побудь там, — подвёл итог дед. — Ты мне здесь, конечно, нужен, но Фокус сейчас важнее… Нет, не через Алексея… Нет, я сказал! Напрямую через меня. Да, все эти вопросы буду решать лично я… Ничего страшного, в любое время, я вообще не сплю… Всё, давай… Давай…. Давай, молодец, работай.
— Чё ты про Олега скажешь? — спросил он у меня, отключившись.
— Про Олега? — переспросил я. — Парень вроде нормальный. Резкий, соображает хорошо. Дело знает, похоже, но что у него внутри, сказать не могу. Внешне всё норм. По поводу преданности не знаю. На риск идёт без раздумий. Не отчаянный, но дерзкий.