Поток коснулся границы.
И я почувствовал ответ, но не от рубца — от живой ткани на его краю. Тепло — слабое, едва уловимое, как пульс спящего человека, которого нащупываешь через одеяло. Клетки на границе отреагировали на поток. Они не мертвы — они подавлены, придавлены рубцом, как трава под камнем.
Сорок пять секунд. Поток рвался. Я пытался удержать, но контур расползался, энергия рассеивалась.
Пятьдесят. Всё.
Я открыл глаза. Руки упали на колени. Дыхание тяжёлое, частое. Лоб мокрый. Правая рука остывала, красноватый оттенок таял, вены опадали.
Результат: рубец не поддался. Прямое давление бесполезно. Фиброзная ткань не реагирует на поток. Камень остаётся камнем, сколько ни лей на него воду.
Я сидел и думал, пока дыхание не выровнялось. Живые клетки на краю рубца ответили — они не мертвы, а лишь спят. Придавлены, ослаблены, но живы. И когда поток коснулся их, они откликнулись.
Хирург во мне хотел резать — выжечь рубец, вырезать мёртвое, заменить протезом. Это рефлекс.
Но я не хирург — не здесь. Здесь у меня нет скальпеля, нет наркоза, нет аппарата искусственного кровообращения. Здесь у меня есть поток энергии и клетки, которые отзываются на тепло.
Не резать — растить.
Мысль оформилась медленно, как проклёвывается лист Тысячелистника из почки. Не разрушать рубец. Будить то, что вокруг него. Подпитывать живые клетки на границе, давать им энергию, чтобы они росли, делились, отвоёвывали миллиметр за миллиметром. Пусть живое наступает на мёртвое не одним ударом, а накатом в тысячу дней.
Не хирургия, а садоводство.
Я усмехнулся. Сидел у стены, мокрый от пота, с дрожащими руками, и усмехнулся, потому что вся моя прошлая жизнь была про нож, а эта, выходит, про лейку.
Встал. Ноги держали, но слабо. Зашёл в дом. Взял шестнадцатый черепок — чистый, гладкий, ещё тёплый от обжига.
Нацарапал:
«Рубец не поддаётся прямому воздействию. Фиброз мёртв, поток обтекает. Но граница живое/мёртвое реагирует. Клетки на краю рубца живы, подавлены, отзываются на фокусированный поток. Гипотеза: не разрушать рубец, а будить клетки вокруг. Пусть живое отвоюет территорию у мёртвого. Не хирургия — садоводство. Метод: ежедневный фокус на границу рубца, 30–50 сек, мягкое давление. Контроль: автопальпация раз в неделю. Прогноз: месяцы. Если вообще сработает».
Положил черепок на полку. Шестнадцать записей в ряд. Стена росла.
Голубой мерцающий свет мигнул в углу зрения. Привычный, холодный, лишённый эмоций.
│ Порог 1-го Круга Крови: 16 % (+1 %) │
│ Резонанс Витальной Сети: 9 % (+1 %) │
│ Техника зарегистрирована: «Фокусированный поток» │
│ Описание: Асимметричное распределение витальной энергии │
│ с концентрацией в одном канале. Применение: │
│ внутренняя диагностика, точечное воздействие на ткани. │
│ Автономность при фокусе: ~50 сек. │
│ Предупреждение: расход энергии ×3 относительно │
│ равномерного потока. Перегрузка каналов возможна. │
Я закрыл глаза и открыл снова. Табличка растаяла.
Шестнадцать процентов, а месяц назад было двенадцать. Четыре процента за месяц при том, что первые полтора месяца в этом теле были равны нолу. Кривая пошла вверх. Медленно, как рост побега из почки, но пошла.
Фокусированный поток — новая техника. Система зарегистрировала её, как врач регистрирует диагноз: название, описание, ограничения, предупреждение. Сухо, точно, без поздравлений.
Пятьдесят секунд — этого мало. Для того, чтобы «разбудить» клетки на границе рубца, нужно воздействовать дольше, мягче, регулярнее. Минуту, две, пять. Каждый день. Неделями. Месяцами. Как поливаешь росток в горшке — не ведром, а ложкой, по капле, терпеливо.
Я теперь садовник.
Горт вернулся, когда я разогревал кашу на углях.
— Варган спрашивает, правда ли ты завтра в лес идёшь?
— Правда.
— С Тареком?
— С ним.
Горт помолчал. Поставил на стол миску с остатками каши, которую принёс от Варгана.
— Варган сказал, чтоб ты ножом не махал, ежели чего. Говорит, от тебя с ножом толку, как от слепого с арбалетом.
— Передай Варгану, что я тронут его верой в мои способности.
— Чего передать?
— Скажи, что понял.
Горт кивнул и сел к столу, развернув свою кору с записями.
— Лекарь, а пиявок завтра кто доить будет? Они ж через два дня проголодаются.
— Ты. Знаешь как — мембрана, кровь, тёплая вода. Двадцать минут, не больше. Фильтрат в склянку, пиявок обратно в миску.
— А ну как они не присосутся?
— Присосутся. Ты видел, как я делаю. Повтори.
Горт почесал затылок.