Перо по-прежнему лежало без движения.
— Условия лицензии: десять процентов с продаж отходят Гильдии — стандартная ставка для внешних мастеров. Рецептура остаётся вашей собственностью, но образцы каждой новой партии предоставляются Гильдии для контроля качества. Это не обсуждается.
Он замолчал. Смотрел на меня, ожидая вопроса, который я должен был задать. Я задал.
— А если Индикатор не сработает?
— Тогда ваш товар конфискуется как непроверенная продукция, представляющая потенциальную угрозу здоровью горожан. Это не моя прихоть, а статья четырнадцатая Устава Гильдии, параграф три. Торговля средствами диагностики без подтверждённой эффективности приравнивается к мошенничеству. Штраф в данном случае — полная конфискация. Запрет на торговлю в пределах Каменного Узла бессрочный.
Я мог бы торговаться — попросить гарантии нейтральности арбитра, потребовать присутствия независимого наблюдателя. Всё это было бы разумно, и всё это выдало бы понимание политических механизмов, которого деревенский самоучка иметь не должен.
— Согласен, — сказал я.
Солен кивнул. Взял перо, обмакнул в чернила и написал несколько строк на чистом листе коры. Подписал. Приложил к подписи печатку из бордового камня, которую достал из нагрудного кармана.
— Это не лицензия, — уточнил он, протягивая мне лист. — Это разрешение на демонстрацию. Покажете Стражам на площадке, если будут вопросы. До послезавтрашнего полудня ваш товар неприкосновенен.
Я взял лист. Чернила ещё не высохли, запах был земляной, густой, с лёгкой горчинкой.
— И ещё одно, — Солен произнёс это после паузы, которая выглядела случайной, но не была. — Рен прислал мне отчёт о Пепельном Корне. Аномальный витальный фон в зоне поселения. Алый спектр. Он написал «требует дальнейшего изучения», что на языке Рена означает «я хочу вернуться с экспедицией и разобрать это место по камешку».
Он смотрел на меня, и в его прозрачных глазах я впервые увидел холодный, точный, как формула в каталоге, расчёт.
— Рен — учёный. Ему интересно всё, что он не может объяснить. Мне интересно то, что приносит пользу. Индикатор Мора приносит пользу. Если демонстрация пройдёт успешно, у вас будет лицензия и моё покровительство. А покровительство Гильдии означает, что Рен приедет в Пепельный Корень не с экспедицией, а с рекомендацией не трогать единственного поставщика уникального диагностического средства.
Он замолчал. Пауза была коротко, но весомой.
— Подумайте об этом.
Тэлан ждал за дверью — стоял у стены, сложив руки за спиной.
Мы спускались по внутренней лестнице. На втором этаже дверь в комнату с записями была закрыта, кто-то прибрал или кто-то получил указание прибрать. На первом этаже ученики продолжали работать: стук пестика, бульканье перегонки, тихий разговор у дальнего стола. Запах серы и мха. Нормальный рабочий день Гильдии, который продолжался вне зависимости от того, какие решения принимались тремя этажами выше.
На выходе, когда мы оказались на площадке между каменными скамьями у корней, Тэлан остановился. Он стоял ко мне вполоборота, глядя на лестницу, ведущую вниз, и его профиль на мгновение напомнил мне Горта — та же юность, та же голодная серьёзность. Только Горт был деревенским мальчишкой, который учился считать по черепкам, а Тэлан — учеником Гильдии, встроенным в систему, которая кормила его знаниями и требовала за это лояльность.
— Мастер Солен знал Наро, — произнёс он негромко, глядя вниз. — Они учились вместе в Хранилище Листвы. Наро занял первое место по итогам выпуска, а Солен второе. Разница была в одном балле. Мастер рассказывал об этом однажды, на лекции для старших учеников, в качестве примера того, как «талант без дисциплины приводит в подлесок». Потом замолчал посреди фразы и перевёл разговор на другое.
Я молчал. Тэлан тоже замолчал на несколько секунд, которые тянулись, как загустевшая смола.
— Мастер до сих пор не понимает, почему Наро уехал. Он мог бы получить должность в Хранилище. Мог остаться здесь, при Гильдии. Мог бы стать…
Он оборвал себя. Рука дёрнулась к повязке на запястье, как будто проверяя, на месте ли она.
— Это не моя история. Забудьте, что я сказал.
Он повернулся и пошёл обратно, к двери Гильдии. Спина прямая, шаг ровный, повязка ученика белеет на запястье. Молодой человек, возвращающийся к рабочему месту после того, как сказал больше, чем собирался.