— Хотелось бы с ними встретиться, — задумчиво проговорила Циан Дэйю, — думаю, придется задержаться.
— Понятно, совет — так совет. Пусть решают. — Ответил я.
А мама у Виолетты довольно привлекательна, несмотря на свои сорок, однако даже понятно в кого она такая маленькая… Однако, взгляд у нее жесткий, даже сейчас разговаривая с дочерью, она не изменилась в лице.
— Знахарь, говорит Шаман, — раздалось по рации.
— Слушаю, Шаман, — ответил я.
— Тебя Калинин зовет, говорит тут что-то важное. Мы у выхода.
— Понял. Иду.
— Прошу прощения, — кивнул я Седых и Циан, после чего развернулся и пошел в обход между могил, чтобы не оказаться задавленным в толпе.
На выезде устроили пункт связи, так же сейчас здесь дежурил реанимационный автомобиль, врачи узнав меня устало помахали, на что я ответил и быстро найдя Шамана и Калинина, нашел еще и Звягина оказавшегося здесь.
— Что случилось? — спросил я.
— Мне нужны люди, точнее ранговая охрана чтобы начать работу. Да, держи, здесь то, что ты просил, — протянул он мне папку, — откроешь только в безопасном месте. Сергей тоже в курсе дела, поэтому на него можно положиться.
— Буду рад поспособствовать в этом деле. — Кивнул подполковник.
— Так, сегодня я буду разговаривать с Киром Львовичем, там и решим, кого тебе дадим в охрану. Все-таки не самое безопасное мероприятие. За это спасибо. — Похлопал я по папке. — Изучу и посмотрю, что можно будет сделать.
— Гробову не доверяй, он прикормлен Ивановыми. — Заметил Глеб, — ладно, вы пока здесь, я буду в Бирске, начну собирать своих людей.
— Хорошо. — Кивнул я и невесело усмехнулся, — словно у нас есть кто-то не "прикормленный"?
— Есть, офицеры, но далеко не все. — Ответил он, после чего развернулся, покинув штаб, сел в машину и начал осторожно отъезжать от кладбища.
— Шаман пока убери к себе, потом заберу, — протянул я папку главе гвардии.
Да, а затем стали слышны выстрелы парадного караула, хоронили уже федералов и милиционеров. Подполковник посмотрел поверх голов, видя все кладбище, в полном молчании отдавал честь.
— Я добьюсь того чтобы погибших приставили к награде, — заявил я подполковнику, — все равно в августе ехать в Москву. Буду настаивать на встрече с президентом и министром обороны.
— А ты?
— А что я? Мне-то, зачем награда?
— За тот бой в горах, когда ты остался и прикрывал выживших пассажиров? Почему наши гости ничего не говорят по данному поводу?
— Я ранговый, поэтому вопрос обо мне будет решаться на совете Великих семей. Поэтому я знаю как они меня наградят… Не унесешь потом. — Невесело усмехнулся я, — пойду я, нечего мне здесь прохлаждаться.
Вернувшись к остальным, я продолжил молча стоять и смотреть, как уходят в землю погибшие. Видеть горем убитых родителей и детей… Одну старушку пришлось буквально вытаскивать из могилы, вызвали медиков, она была в истерике. Даже с сердцем плохо стало.
После этого на могилы начали украшать цветами, очень многие… Люди все шли и шли, особенно отмечая погибших детей, они не должны были умирать. Впрочем и это все быстро закончилось… Несмотря на жуткую июльскую жару люди неспешно покидали кладбище.
— Итак, я вернусь в мэрию, а вы пока давайте в гостиницу — отдохнете. — Проговорил я.
— Думаю нам лучше всем вместе сесть и поговорить, — заметила Мария Железкова, — есть вопросы, которые необходимо обсудить безотлагательно.
— Хорошо. Тогда все в мэрию. Циан Дэйю, вам бы отдохнуть…
— В гробу отдохну. — Шутливо ответила она, — нам всем нужно поговорить, ведь все родственники встретились впервые.
Кивнув, я двинулся к выходу сообщив Шаману что нам нужны машины… Все-таки мы здесь дольше всего задержались, наши гости дружной компанией сбежали в гостиницу после возложения цветов. Впрочем, когда буду в Москве, я подниму этот вопрос.
Вернувшись в мэрию, мы заскочили в магазин и взяли прохладительных напитков, после чего, наконец оказались в прохладном помещении… Девушки расселись по креслам и позволили себе расслабится.
Шаман уже снявший парней с защиты кладбища отправил их отдыхать. Сейчас он в полной боевой экипировке сидел на кресле и просто наблюдал за окружающим, оставив только свою группу для нашей охраны. Впрочем, десять китайских мастеров прибывших сопровождать мать императора рассредоточились внутри и вокруг здания, заняв контрольные точки. Кир отправил Николая в кабинет мэра в компании двух китаянок, которые весело переговаривались с ним… Парень, конечно, не млел в их присутствии, но держался довольно строго. Мне было понятно, почему сюда направили этих двоих. Они владели русским языком на довольно приличном уровне.