— Еще посижу. — Ответил он, показав мне бутылку пива. — Не часто у меня выпадает выходной… Свидимся.
— Бывай. — Пожал я ему руку, после чего поднялся, но остановился, обратившись к нему, — Игорь, если не знаешь, как привнести в свою жизнь что-то новое, попробуй создать семью. Идеальное лекарство от одиночества. Да и тебя всегда будет ждать.
— Подумаю. — Ответил он, внимательно меня выслушав. — Только вот я уже старый, наверное…
— Молодой ты. Старый у нас только Кир Львович… — усмехнулся я.
— Да, точнее будет сказать древний… — невесело рассмеялся Седых. — Спасибо, Веня. Правда, подумаю.
Кивнув я развернулся и двинулся к остальным… По дороге я нашел стариков стоящих возле семейной могилы Самойловых, сидевших и пивших водку, но не стал их беспокоить, двинувшись к своим.
— Ты умеешь незаметно исчезать. — Заметила Лиен-Сун.
Ответив ей полуулыбкой, я потрепал ее по голове и посмотрел на остальных, отдыхающих на скамейках в тени берез. Старец тоже расположился там же и просто отдыхал, а вот Николая я увидел в стороне вместе с невестой Елизаветой…
— Не стоит оказывать мне знаки внимания. Это могут неправильно понять. — Тихо ответила Ким. — Тебе придется несладко.
— Испугала ежа… — косо посмотрел я на кореянку.
— Не люблю такие места, здесь нет место для живых. — Задумчиво проговорила Лиен-Сун. — Хоть это и нужно.
— Мы помним тех, кто ушел, именно за то, что они оставили после себя…
— Оказывается, ты способен и на философию. — Заметила Лиен-Сун.
— А вот сейчас обидно было. — Тихо ответил я, чем вызвал у кореянки слабую улыбку.
— Смотрите, ну успели отвернуться, а Веня у нас налево пошел… — заметила Виолетта, когда мы подошли.
— Расслабься, Веня редко дает обещания, но всегда выполняет или пытается. — Устало положила Ева голову на плечо болгарке. — Может домой?
— Поехали. Кир Львович, прошу прощения, но мы не останемся.
— Нет. — Качнул седой головой старец. — Все в порядке. У вас тоже есть дела… Особенно у таких молодых. Даже отдохнуть порой — хорошее дело.
— Тогда до свидания, Кир Львович. Выдвигаемся. — Проговорил я. — Сегодня баня.
— Звучит неплохо… — устало кивнула Ирис.
После этого мы всей компанией двинулись к выходу с кладбища, а после загрузились в транспорт в таком же составе, как и ехали сюда. Виола, сонно зевнула, опершись на плечо Селены задремала. Я же сидел в этот раз с Евой и только тяжело вздохнул…
— Не вздыхай. Знаю, ты не любишь всего этого.
— Да я по другому поводу… Скоро опять учится. На кого район оставить?..
— Придумаешь что-нибудь. В конце концов, в сентябре должны будут направить в район нового главу района. От этого и будешь отталкиваться, ты глава семьи и можешь только временно взять на себя полное руководство над районом. Потом будешь только проверять…
— Со следующей недели буду в лечебнице в основном. Штаб собран, нужно чтобы теперь все это работало.
— Только всеми ночами не пропадай там. Знаю же, как тебе приходилось на обучении у Зубова.
— Как получится, Ева, все-таки я лекарь. Мое дело лечить.
— Но не забывай что ты и глава семьи. Свои обязанности тоже забывать не стоит. — Шутливо провела мне по груди она пальчиком.
— Хорошо, постараюсь. — Ответил я ей, поцеловав в щеку.
Селена наблюдая за нами, слабо улыбнулась и качнула головой…
Габриэлла Железкова тяжелым шагом направлялась на аудиенцию с Борисом III, королем Болгарии и князем Царьгородским, остальные титулы не перечислялись, так как считались слишком ничтожными, чтобы их упоминать.
— Рад приветствовать вас у меня во дворце Габриэлла, — проговорил король, подойдя, проводил старую даму к креслу. — Простите, что пришлось вас вызвать.
— Не надо такого открытого дружелюбия, Борис, переходите к делу. — Опустилась Железкова в кресло, однако король остался стоять на ногах. — Вы озадачены?
— Озадачен? Нет. Это другое… Мы готовимся к войне.
— Да, мой король, война случится, желаем мы того или нет. — Тихо вздохнула Железкова.
— Ваша семья служила нам верой и правдой три сотни лет. Почему именно Стариновы? Вы понимаете, что это почти предательство?
— Предательство? — твердо посмотрела в глаза королю Габриэлла, — когда погибли мой муж и сын, вы защитили виновных в их гибели. Не это ли предательство, мой король?
— Если бы я дал вам…
— Я дольше вас была главой семьи, мой король. Не учите меня политике. Однако вы защитили убийц, потому мне пришлось действовать своими способами.