— Ладно, я спать. Хватит на сегодня. — Зевнув, потянулся в кресле.
— Тоже немного посижу и спать, уже голова болит.
— Ир, не усердствуй много, мне теперь вот приходится за собой наблюдать, нарушения от переработки сложно исправить. Спокойной ночи.
— Тебе тоже, все хватит, спать ложусь. — Услало, проговорила информатор, после чего выключила камеру.
Да, чувствую я как у меня зрение падает, только вот пока нельзя вмешиваться в этот процесс… Вот когда оно установится тогда и буду заниматься лечением Вот они и вылезли последствия комы, постоянно так, на что-то да влияет тяжелое состояние организма. Да, а меня еще Ева не видела… Сколько еще предстоит выслушать.
Встретится с лекарями, мне не удалось, они все были заняты лечением пострадавших в автомобильной катастрофе на трассе Бирск-Воскресенск, даже от помощи отказались. Впрочем, устраивать концерт я не стал, и весь день просидел с отчетами предоставленными Леоновым в компании Селены уже пытающейся говорить на русском.
А вот утро второго июня началось с извещения о смерти императора Германии Георга Семнадцатого. Это всколыхнуло все мировые СМИ, но какой-то информации о том, как он умер и где, не указывалось. Мне же как-то было безразлично о том, что он умер. "Король умер! — Да здравствует король!". В любом случае у него было… кажется десять жен, а может и больше, точную цифру не помню, это не считая фавориток, так что наследников у него осталось достаточно. Хотя лихорадить Германию это будет долго.
Поднявшись на борт частного самолета семьи Седых, я опустился в кресло.
— Нервничаешь? — спросил Шаман, решивший отправится со мной для безопасности.
— Столько сил и лет было потрачено ради этого статуса, естественно я буду волноваться. Все-таки именно от него зависит то, как и что дальше будет…
— Не волнуйся. — Ломая язык, проговорила Селена, севшая рядом.
— Да и не собирался, только вот какое-то чувство, что все будет не так… однозначно. Там соберется вся российская элита… Хотя "элита" — это громко сказано.
— Попробуй вздремнуть, когда я нервничаю мне помогает сон… Хотя лететь нам всего четыре часа. — Проговорил Шаман, после чего завалился на кресло и закрыл глаза.
Может действительно вздремнуть? Хотя нет, не усну, лучше уже с созданием новой техники посижу, а то я так и не смог ее завершить… Хотя стоит ли вообще мне заниматься техниками? Когда я наконец спустился в архив, обнаружил что есть очень много книг написанных рукописным текстом где описывались свойства, способы создания, а так же формулы техник всех известных стихий. Все-таки семья Стариновых — это семья универсалов, однако комплексные и резонансные техники меня несколько поразили. Десятки лет исследований и улучшений, честно говоря я только мог представить какое сокровище попало мне в руки, однако использовать его я не мог… Пока не мог. Все-таки с этими делами я практически полностью забросил личные тренировки.
Положив руку мне на голову, Селена принялась меня гладить, тем самым успокаивая, она так часто делала, когда Виолетта нервничала…
Благодарно улыбнувшись, я покачал головой, после чего достал ноутбук, поставив его на стол перед собой, открыл так и не завершенный файл с техникой, углубившись в расчеты.
А самолет тем временем с небольшой тряской взлетел, направившись в столицу нашей необъятной родины…
Прибытие в Москву состоялось обыденно, здесь я оказался во второй раз, но тем не менее, мне сразу не понравился этот город… В столицы всех государств всегда стекаются те кто хочет красивой жизни, тем более за чужой счет. Как говорится: "большой город — большие возможности". Однако мне не нравился в этом плане Бирск, так и не нравится Москва…
— Итак, какой у нас план мероприятия? — спросил Шаман, когда мы оказались в такси, везущим нас в гостиницу "Катерина".
— Завтра вечером будем совет Великих семей в Кремле. Сегодня отдыхаем и готовимся, больше ничего.
— Мне нужно платье. — Тихо заметила Селена.
— Хорошо, сегодня вечером и сходим, заодно и по столице погуляем. Нечасто я собираюсь сюда выбираться. Точнее, глаза бы мои не видели столицу.
— Здесь красиво. — Заметила, Селена смотря на улицу.
— Первое впечатление всегда обманчиво. — Ответил я, проводив взглядом один из императорских дворцов, сейчас используемый как филиал банка.
Все имеет свойство меняться под гнетом безжалостного времени. Сменяются эпохи и поколения, но люди остаются неизменны. Изменить этого невозможно, как впрочем, и контролировать этот процесс. "Piscis primuin a capite foetat" — "Рыба гниет с головы". Интересно, насколько он будет долог?..