Питер невольно отступил на шаг назад. Он не строил иллюзий, стоит им со стариком Мори угодить в лапы Ведьмы, языки им развяжут без труда. Русские давно и далеко опередили просвещённые страны в данном направлении, он и сопротивляться не будет, лишь бы его не отдали этому русскому мальчишке с мёртвыми глазами. Ван дер Линден отступил ещё на один шаг — проверку на прочность, в отличие от того же русского колдуна, он не прошёл. И японец тоже чтобы он там о себе не думал.
Конфликт с «Витязями» произошёл у поворота на госпиталь после того, как пограничники увели пленников, а Пётр с Дженом и Джу скрылись за высоким забором дома Ли.
— Господин Огнёв, следуйте за мною, — заступил перед Владимиром командир «Витязей».
— Капитан, вы следуйте куда вам надо, а мне необходимо в госпиталь, — не оглядываясь на Трофимыча с Маккхалом, которые остались с ним, сразу пошёл на обострение Владимир. — Во-первых, мне необходимо позаботиться о сестре. Во-вторых, у меня осталась пациентка, которой необходимо закончить сеанс лечения, иначе предыдущая работа полностью пойдёт насмарку и всё придётся начинать сначала. В-третьих, кто вы такой, чтобы что-то требовать от меня?
— Мальчик, ты, наверное, не понял, — капитану не понравился задаваемый тон, — не хочешь по-хорошему, пойдёшь по-плохому…
Но приступить к силовому варианту капитану не дали несколько бронированных джипов в армейском камуфляже, обдавших людей дорожной пылью и остановившихся возле отряда.
— По-плохому — это как? — задал уточняющий вопрос Владимир. — Потащите силой? Дяденька, есть три варианта развития событий: первый — я иду в госпиталь, а ты сопровождаешь меня пока я не завершу дела. Потом мы сходим туда, куда тебе надо. Второй вариант разделяет походы: я иду к себе, ты к себе, я завершаю дела, после которых мы встречаемся. Третий вариант вовсе прост: кое-кто (и это не я), сразу идёт окучивать хрен на ближайшем огороде. Дяденька, мне срать, кто там и чего хочет из твоего командования. Вы бездарно просрали всё, что можно, и не в вашей ситуации и условиях что-то требовать от меня. Требовалка не выросла. Или попробуешь уволочь меня на глазах у всего госпиталя?
— Капитан Беззубко и его «орлы», стоило догадаться, — из первого джипа вышла княжна Вяземская, облачённая в женский вариант полевой формы. — А где же генерал-майор Усольцев? Где-то рядышком, я полагаю.
— Товарищ генерал-лейтенант! — вытянулись в струнку «витязи» и Трофимыч с Маккхалом.
— Вольно. Не тянитесь, не на плацу, — холод в голосе княжны можно было черпать ложкой. — Вы не ответили на мой вопрос, капитан. Впрочем, можете не отвечать.
Ошпарив бойцов спецподразделения высокомерно-снисходительным взглядом, княжна удостоила вниманием группу машин, подъезжающих к госпиталю со стороны станции, где несколькими часами ранее приземлились вертолёты.
— А вот и господин Усольцев собственной персоной пожаловали, как мило, — княжна встретила полноватого широколицего генерал-майора улыбкой крокодила, завидевшего вожделенную добычу, только что зубами не клацнула. — Поди ж ты, и вертолётики у вас сыскались, и люди нашлись… Откуда, мил человек? Не было же ничего! Капитан, я вас не задерживаю. Владимир Сергеевич, не уделите мне тридцать минут вашего драгоценного времени после того, как я побеседую с господином Усольцевым о том, как так вышло, что вражеские агенты средь бела дня разгуливают по Харбину, а группы прикрытия киллеров разъезжают по губернии на машинах? Сотник Горелый, вам, до особого приказа, поручается организация охраны господина Огнёва, его семьи и учеников. Разрешаю привлекать любые ресурсы. Вам в подчинение передаётся группа поручика Коваля.