— Советую отоспаться, пока есть возможность, — приоткрыл один глаз Владимир.
— А, э-э, почему? — растерял весь апломб «святоша».
— Хороший солдат всегда мечтает о двух вещах, — начал Владимир, затем взял мхатовскую паузу.
— О каких? — не подвёл его ожиданий наивный пугливый сосед.
— Жрать и спать! А раз жрать нам сейчас не дают, то стоит воплотить хотя бы одну мечту.
— А я о бабе мечтаю, — пробасил рыжий Игорь.
— Дунька Кулакова теперь твоя баба, — между рядов сидений куцего пассажирского салона в сторону туалета прошёл ефрейтор.
— Ага, — хохотнул Игорь, когда широкая спина пограничника перестала маячить в проходе, — то-то он с ней на свидание отправился, извращенец. Хотя мысль подрыхнуть принимается. Зачётная идея.
«И не говори, — под гул турбин, подумал Владимир, проваливаясь в лёгкую дрёму».
— Шевелите булками, недоноски! Ржавый, тебе особое отношение нужно?! Ножки не переставить?
Здоровенный унтер-офицер Василий Мальков, габаритами и статью напоминавший вставшего на дыбы матёрого бурого медведя, но, в отличие от дикого собрата-увальня, не отличавшийся добрым и покладистым нравом, легко, будто играючи, догнал рыжего стрелка Игоря Ржавого, приотставшего от бегущего кросс отделения.
— Шевелись! Шевелись!
В помойном ведре, которые некоторые несведущие недоумки называют кулаком, сама собою образовалась крепкая тальниковая хворостина, с тонким свистом врезавшаяся запыхавшемуся Ржавому ниже поясничной области.
Молча приняв «мотивацию», Игорь припустил вперёд, вскорости догнав шлёпающих по грязи стрелков.
— Сука! — сплюнув в чавкающую жижу и смахнув грязным рукавом пот, заливающий глаза, выдохнул Ржавый, поравнявшись с Владимиром.
— Разговорчики! Ржавый, два наряда вне очереди! — догнал пыхтящего стрелка крик унтера, кроме героических пропорций отличавшегося великолепным слухом.
Скривившись, Игорёк одними губами повторил давешнее слово.
— Не слышу ответа! — «Малёк» так просто никогда не отпускал своих жертв.
— Есть два наряда вне очереди! — выкрикнул за спину Ржавый, тут же запнувшись о выступающий из земли корень и рухнув в последождевую мякину.
— Куда?! — громогласный рык «Малька» остановил Владимира и ещё одного стрелка, было кинувшихся на помощь товарищу. — Кросс с индивидуальным зачётом. Ржавый, подъём! Устал, бедненький? Тебе подушечку под голову не подложить, а?
Не дожидаясь, очередного милого «свидания» с хворостиной подскочившего к нему унтера, Игорь, ловко извернувшись вскочил на ноги и с низкого старта бросился догонять бегущих.
— Смотрите, люди добрые, что хворостина животворящая делает! — усмехнулся безжалостный садист в обличии добропорядочного пограничника, как думало большинство стрелков в отделении. — Вам километр остался, висельники. Если кто обрадовался, то я его разочарую — через неделю отделение бежит десятку в полной выкладке. Как вам сюрприз? Что-то не слышно криков радости. Запомните, доходяги, для вас самое главное, чтобы я не разочаровался вашими результатами на финише, иначе всем отделением будете зубными щётками сраные очки в нужниках надраивать. Всем всё понятно?! Ржавый, тебя это особо касается, санчасть я предупрежу относительно некоторых наглых рыжих симулянтов, хотя они и лысые сегодня. Ха-ха-ха!
Смахнув с носа грязную каплю, Игорь шёпотом помянул двуногую самку собаки, что с хворостиной наперевес подгоняла умудохавшуюся вусмерть дюжину «личинок» пограничников. Впрочем, большинство немногочисленных ефрейторов, унтеров и офицеров заставы даже этот статус считали незаслуженным. До личинок прибывшим недоразумениям ещё дорасти нужно. Однако, среди трёх отделений пополнения встречались исключения, достойные особого внимания и перевода в табели о рангах на пару ступеней выше, но воспитательный процесс не позволял сразу отделять зерна от плевел, дабы некоторые не словили эхо звука медных труб и не возгордились.
Пусть пограничная стража не армия, строевой подготовки и шагистики в ней на порядок меньше, зато всего остального на тот же порядок больше. С первых дней новобранцев плотно взяли в оборот «физухой», ориентированием на местности, боевой подготовкой и рукопашным боем. Пока ничего серьёзного — общефизическая подготовка, простейшие приёмы защиты с оружием и без оного, да изучение образцов оружия, стоящих на вооружении пограничной стражи. Дальше «добрые» наставники в погонах обещали темпы и количество занятий только наращивать. Особо впечатлительных Малёк пугал глухотой после стрельб на полигонах и сломанными ногами с руками у недотёп, которым не посчастливится на «тропах разведчика и пограничника». Уж там-то с мамкиными Аника-воинами никто цацкаться не собирается. На «тропах» всё по-взрослому. Помимо вышеперечисленного на горизонте маячили и ждали своего часа маскировка, тактика и организация замаскированных НП, тактика контрабандистов и методы борьбы с ними и браконьерами с сопредельной стороны, и доморощенными ублюдками, японский, китайский и корейский языки и многое другое. Конечно, никто не заставлял учить языки дословно, но по несколько десятков основных слов, типа: «Стой, кто идёт» и «Руки вверх!», должны были у всех отскакивать от зубов. Одна радость, кормили на заставе от пуза и мяса простым стрелкам не жалели.