Почти догнав и второй экипаж, он впервые был пощипан более-менее серьёзно. Кто-то из второго экипажа имел неплохой навык, и когда монстр почти догнал верткую машину, его приложили какой-то розовой вспышкой. После чего зараженный поубавил прыткость, и начал припадать на одну из конечностей. Замедлив тем самым монстра, Серые, наконец, начали чаще попадать по цели. Вновь раздался выстрел пушки, и вскоре шустрый монстр, громко урча, завалился на спину. Попадание пришлось в массивную шею зараженного, и посему последствия для него были существенными. Но от мчащегося на него Чижика его отделяла добрая сотня метров, и поэтому у монстра было время на то, чтобы покинуть поле боя. Чем он и не преминул воспользоваться, но немного не успел. На приличной скорости его сбило ковшом Урала. Монстр, переламывая шипы, прокатился порядка сорока метров, при этом водитель Урала тоже не справился с управлением, и его начало кренить на правый бок. Благо машина эта была достойным представителем военного наследия Союза, и опрокинуть себя не позволила. Сильно взболтанными, но при этом не смешанными, все находящиеся в кузове, в том числе и Герольд, вывалились из Чижика. Поскольку вязать цепью, что находилась в опрокинутом Уазике не было никакой возможности, Сифа скомандовал плавно придавить беснующегося в агонии монстра всё тем же Уралом. Получилось отчасти неплохо, наехать на монстра получилось частично, и при этом, прижатый монстр не имел большого радиуса отпора, но по-прежнему был опасен. Переломанные конечности, слабые попытки вытащить прижатую часть тела, хоть и не были стремительно успешны, но и назвать монстра безопасным пока язык не поворачивался.
Ежесекундного понимания, как быть дальше, у Герольда не было, выходило что безопаснее всего было сейчас его прикончить, но ведь проверить то, ради чего эти вылазки и устраивались — было тоже необходимо. Вообще встретив этот экземпляр, Герольд вновь начал сомневаться в возможности вот так спеленать настоящую элиту. И тут либо он чего-то не знал, либо вся затея Цепы была столь авантюрна, что было не ясно, а как вообще он это планировал провернуть?..
Мысли Знахаря прервал внезапно успокоившийся монстр. Сначала Гер даже подумал,что тварь издохла, но всего через пару секунд монстр начал усиленно дышать, и увеличиваться в размерах… Похоже это был его дар, и дар этот явно не предполагал, что он надуется словно лягушка в летнем лагере и мирно покинет опасную зону по небу, аки божья коровка.
— Отступать, валим бля в темпе… — дал грамотную команду, то же прекрасно понимающий специфику Улья, Сифа.
— Уходим… — вторил ему водитель Чижика, и дав по газам, стремглав слетел с конечностей монстра.
Однако Герольда не покидало ощущение что они не смогут, никто не успеет покинуть радиус действия этого навыка. Озарение, граничащее с помешательством, заполонила мозг Знахаря, и он устремился в обратном направлении, когда все мчались от зараженного в недра транспорта, он бросился к его голове, мысленно обдумывая, что всё это поражение вышло уж как-то совсем нелепо. Добежав до головы, он быстро скользнул в сознание монстра, и содрогнулся увидев, как устроен работающий навык зараженного.
То, что он видел до этого, было ничем иным как зачаточным даром. То бишь первый их рубер не мог делать что-либо не типичное. В отличие от текущей твари.
Навык навскидку имел порядка четырёх сотен элементов, что было безусловным рекордом по силе. Но помимо количества, был интересен и набор этих элементов. В одном «зрелом» даре, более всего напоминающем плотную, стремительно летящую комету с хвостом, состоящую из множества разных элементов. Находилось сразу два типа звездочек. Яркие, жёлтые словно родное солнце звёзды, спокойно соседствовали с быстро мерцающими синим цветом, магическими элементами. Герольд слышал, что такими дарами обладали долгожители Улья. Но рубер не мог прожить так же долго, как и древние рейдеры. В среднем до рубера заражённый эволюционирует за пару — тройку лет. Возраст же рейдеров, именуемых Хватами, достигал нескольких десятков, а возможно и сотен лет. Да, у хигтеров дары зачастую уже на ранних стадиях имеют редкие вкрапления иных структур элементов. Но те ребята — не меньшая загадка Улья чем Хваты. Однако монстры похоже не обременены схожими ограничениями, ибо тогда бы всё сейчас было иначе…
Мысли эти, отрывисто и быстро проносились, пока Герольд искал сдерживающий общий каркас, за который нужно было потянуть, но строение навыка было иным, и поиски были безуспешны. Отрешиться хоть и было сложно, но прочитать суть навыка Гер смог достаточно уверенно. И другой трактовки его не предполагалось. Буквально через тридцать сорок секунд рубер рванёт. И заполонит миазмами смерти всю округу. Этот монстр был своеобразным химическим оружием Стикса. Спасения на участке до одного километра не предполагалось…
— Если нет внешней сдерживающей структуры, то как этот навык держится? — задевал себе главный вопрос Герольд. И тут же вслух отвечал — Если нет внешнего, должно быть что-то внутри…
Быстро вклинившись в середину звездной россыпи, Знахарь попытался найти главенствующий объект. Поиски эти проходили на огромной скорости, Гер чувствовал, что времени совсем нет, и если в ближайшие секунды, он не сможет найти способ «разминировать» дар, то он станет очередной жертвой Улья.
Ментально, звёзды монстра ощущались как горячие шарики из подшипника, они были тяжёлыми, обжигающими и частично враждебными. Герольд понимал, что слушаться его они безусловно будут, но не как человеческие, что были покладистыми, и верными воле Знахаря. Грубо расталкивая данный хоровод, Гер уже десять секунд пробирался вглубь. Там его не желали видеть, звёзды мешали, крутились, запутывали. В какой-то момент это Герольда настолько взбесило, что он неимоверным усилием воли выставил вокруг себя подобие купола. И словно в танке, на всех парах прорвался-таки в центр кометы. Пульсирующая альфа была по-своему красива. Яркая, мерцающая большая звезда, была примой этого театра. Столь красивых и притягательных элементов он пока не видел. Желание обладать ей превысило все иные, и Герольд, не понимая приятно следственных связей, и вовсе не обдумывая свои действия просто забрал её себе. Окутав собственным полем, изолировав её от иных объектов, он разорвал хрупкую связь. И весь хоровод, до этого назойливо ему мешавший просто разлетелся во все стороны. Сталкиваясь сдруг другом, звёзды покинули ранее густо заселённый участок. А Герольд находился в центре некогда сильного навыка и держал красивейший из объектов. Спустя какое-то время, он прижал звезду к себе, и та словно приобретая нового хозяина, проникла к нему во вселенную, где, возможно когда-нибудь, вновь станет Альфой…
Вернувшись в мир людей, Герольд обнаружил перед собой подрагивающего Зараженного. Сначала он подумал, что монстр издох, а судороги лишь агония, что частенько сопровождала умирающих монстров. Но понимание всё же пришло к не вовремя затупившему Знахарю. Монстр был жив, а тряска, что была сейчас по всему телу рубера, не что иное как страх. Монстр боялся, помимо страха в его эмоциях было ещё много всего. Но страх был главенствующим. Отчего Герольд чувствовал эмоции твари, он пока не догадывался, и списывал на близкую связь с монстром.
Заражённый начал действовать первым, плавно подобрав конечности, он начал крадучись отползать, при этом не поворачиваясь спиной к объекту его ужаса. Всё быстрее и быстрее, он перебирал изломанными конечностями, и тем самым всё дальше и дальше уходил от Знахаря. А Герольд, не понимая происходящего, всё так же стоял перед взором заражённого с отрешённым лицом. Лишь когда расстояние меж ними достигло пятнадцати метров, тварь развернулась и коряво и дёргано, словно не она же несколько минут назад грациозно и быстро уничтожала технику, рванула от Знахаря.