А рана Вейна стала шире, кровь перепачкала всю кольчугу.
А как он расстегнул свой доспех…? Или я от него избавилась?
Я детально могла рассмотреть блестящие красным колечки: где-то целые, где-то сломанные и разорванные.
Я ведь так старалась.
Я ведь так просила.
Горло стиснуло жжёной болью от собственного крика, которого я не слышала. Глаза горели от слёз.
Почему твои веки сейчас опущены? Ты весь бледен, а я не могу заглянуть тебе в глаза…
И только уродливый хохот не прекращал трещать в моей голове.
И злоба с ненавистью отрезвили меня.
Мне страшно. Мне так страшно. От того, что больше никогда не увижу тебя. От того, какую боль я причиню тебе, оставив одного.
Мне так горько. От того, сколько рассветов я с тобой не встречу, не увижу твою снежную родину, не позову тебя больше по имени, не коснусь твоего лица, не услышу твой смех.
И в то же время что-то тёплое плещется во мне и мерцает.
Я так счастлива, что встретила тебя.
Спасибо.
Спасибо тебе за тепло и ласку, которую ты мне подарил.
Спасибо тебе за то, что помог мне узнать, что такое любовь.
Да… похоже, то чувство, от которого мне сейчас так сильно хочется плакать и кричать одновременно… такая тоска и в то же время нежность…
…кажется, это и есть любовь.
Что же… видимо, такова была моя судьба: стать для тебя искрой и направить тебя вперёд.
На твоих плечах судьба многих людей, нескольких народов. Ты нужен им.
– Я люблю тебя, Вэйн, – прошептала обожжённым слезами горлом, занося его рукой кинжал перед своей грудью.
Всем добрый вечер! Хотелось бы обсудить с вами в комментариях происходящее! Не знаю, как вы, а я, когда садилась ещё за первые главы, даже представить себе не могла, насколько далеко всё зайдёт, и любовное фентези станет не то что героическим, а даже эпическим. А как вам поворот событий? Не кажется ли вам, что история стала от этого хуже?
Глава 78
Боли не было.
Я непонятливо смотрела на кинжал, который не пронзил меня, и заметила накрывшие нас тени.
Оглянулась.
Прямые и изогнутые мечи зависли над нами в светлых и тёмных руках. Пустые взгляды прибили к земле.
Но удара не последовало.
Только сильный ветер, вырвавший оружие из рук. Ветер, опрокинувший кругом чужаков. Ветер, ласково утёрший мои слёзы.
Он приводил в чувство северян и гнал назад темнокожих. Он гудел и свистел, прогоняя багровые облака прочь.
Я чувствовала присутствие Стрибога, его ласку, но сама была совершенно пустой и обессиленной, чтобы его позвать.
Не важно. Нужно было крепче зажать рану Вейна, остановить кровь.
Всё вокруг потемнело.
Грохот. Какие-то вспышки и запах свежести, какой бывает после раскатов грома и блеска молнии.
Крики.
Страшное слово «Отступаем».
А ветер всё обнимал меня мощным дыханием и стремился дальше, на поле боя.
Чьи-то грубые ладони накрыли мои руки, помогая зажать рану.
Из гула криков я могла разобрать разные возгласы: «Смотрите, небо!», «Что это?!», «Что происходит?», «Держать строй!», «Уходим!».
А ветер рассказывал мне, как кубарем катились чужаки, подбрасываемые его мощными ударами. Как жмурились от поднятой пыли, как задыхались в своих же миазмах. Как перемалывались в прах паразиты.
Запах гари. Огонь? Откуда?
Из-за чёрных туч, оставляя горящие хвосты, срывались крупные капли. Пламенный град? Или что это?
Люди в страхе разбегались в разные стороны, каждый в свой лагерь.
– Отдыхай дочка, – чей-то бархатный голос прошелестел прямо в голове, – отдыхай.
И я поняла, что у меня совсем не было никаких сил сопротивляться. Я послушно закрыла глаза, но рук не разжимала.
– Помогите ему, – собрав всю свою волю, я на последнем дыхании прошептала самое важное, самое ценное, что было для меня.