Меня перестали мучить головные боли и тошнота. Выровнялся сон. За моими руками следил другой лекарь. Он иногда что-то пытался у меня спросить, но я ничего не говорила. Я вообще ни с кем почти не разговаривала. Только по необходимости отвечала кратко и по делу. На каждую попытку приглядывающих пригрозить, я всегда задавала один и тот же вопрос:
«Я стала хуже работать?»
Никто так и не нашёлся с ответом.
Их должна была волновать лишь моя трудоспособность. Их это и волновало с самого начала.
А тот мужчина больше ко мне так и не приходил.
– Приветствую вас, – ранним утром ко мне вошёл… земляк. Чёрные кудри совершенно точно принадлежали южанину, как и медовые глаза. Окуляры на переносице говорили о своей дороговизне, – милорд просил вам передать, что он убывает на несколько дней. Сказал, что вам это, конечно, будет неважно, но он хотел бы, чтобы вы знали. Он отправляется снова на фронт. Он сказал, что я пока что в вашем распоряжении, и если вы захотите увидеть свою комнату или выбраться в город, то лишь скажите мне, я буду рад вас сопровождать.
И ведь как прав оказался – мне действительно не было до него никакого дела.
– Мне ничего не нужно, – я подписывала склянки и сортировала их по полкам, которые в свою очередь были распределены по разным симптомам, целям и видам применения. У меня было ещё много, очень много работы.
Проигнорировав присутствие юноши, я вышла из помещения и обратилась к стражникам, чтобы меня проводили в лес по расписанию. Там уже наконец-то добралась до ягод.
– Я соберу землянику. Ягоды крошечные, не идите за мной – затопчете всё по неосторожности.
Страже это не понравилось, но хмурый старший, обдумав что-то, наконец-то кивнул.
Так что тихий шорох возле себя я не ожидала услышать. И уж никак не ожидала увидеть золотистые глаза зверя прямо перед собой.
Я замерла напротив так же неподвижно застывшего волка. Мы смотрели друг на друга не мигая. А ведь не так давно я бы потянулась к нему, чтобы он вгрызся мне в глотку. А сейчас только коснулась чужой шерсти. Мягкая на ощупь. Хорошо питаешься, друг серолапый.
Едва я убрала ладонь, как волк просто развернулся и ушёл. А я вспомнила Красимира. Я ведь даже не проводила его душу за всё это время.
Что же, нужно было бы сделать хоть что-то доброе и полезное по отношению к своему роду.
Собрав ягоды и отдав их страже, я ушла на поляну. Словно Лада взяла меня за руку и вывела на это прекрасное место. Бледно-розовые и синие васильки, ромашки от белых до солнечных, живокосты разных оттенков. Отыскала розовый клевер с его длинными гибкими стеблями. Я сидела и плела венок, радуясь тому, что меня никто не беспокоил. Может, в моих наблюдателях действительно ещё теплилось что-то человеческое?
Помнится мне, как Красимир вывез меня в седую ковыльную степь. Мы ехали несколько дней, я сильно устала и немного капризничала, но когда я увидела эту красоту, это дыхание степи… я плакала от счастья и восторга. Годами позже, когда наставница легла в землю, у меня уже не было такой возможности покидать поселение на несколько дней, ведь моя помощь могла понадобиться в любой момент.
Венок я скрепила лентами, которые когда-то давно подарил мне Красимир и которые оплетали мои косы столько лет. Прошла к речушке, которая текла совсем рядом, и опустила послание в воду.
Покойся с миром, мой брат. Пусть эти пёстрые цветы станут яркими огнями и покажут тебе дорогу в далёкий мир. Не блуждай потерянным духом. Спасибо, что напомнил о себе.
– И кому ты отправила послание? – к моей шее приставили меч.
– Брату. В Навь, – ровно и равнодушно ответила я. Я не боялась.
Попытавшегося что-то сказать молодого охладил старший из сопровождающих, и мы вернулись обратно в город.
По расписанию я перебирала травы для засушки.
Прости, что только сейчас попрощалась с тобой, братец. Наверное, ты страдал не меньше, чем я. И, наверное, презирал меня. Хотя нет. Ты гораздо добрее меня. Я знаю, что ты меня простил. А я себя – нет. Не прощу.
И я снова вернулась к работе. Засушка трав и ягод, заготовка мазей и притирок. А потом за ужином помощник лидера оповестил меня о том, что я ночую здесь ровно до прибытия их господина, после же я, как наложница, должна буду спать в его покоях. Я молча кивнула, соглашаясь. Но как только тот человек вернётся, я поговорю с ним. Я исправно исполняла свою часть уговора. Ни к чему эти новые детали.
Дорогие друзья! Большое спасибо, что читаете "Знахарку"!