– Вот в этом весь ужас войны. Легко быть солдатом: ты точно знаешь, что за твоей спиной – хорошие, перед твоим щитом – плохие. И нет никаких проблем, никаких мук совести.
– Викар говорил о подобном. Ещё сегодня утром с ним говорили, – я кивнула как бы мимоходом.
– О, – послышалось лёгкое удивление. Редкая эмоция для всего того ледяного спокойствия, которое постоянно витало вокруг этого человека, – уже по имени обращаешься? Хотя зная этого хитрого волка, скоро ты его «дядей Виком» называть будешь, – эмоция удивления сменилась усмешкой. – Он хороший воин и человек с большим сердцем. И он прошёл не одно сражение, как и внутри нашей страны, так и на передовой вместе с другими моими приближёнными.
– Внутри вашей страны? – я подняла голову. – Разве в ваших условиях не нужно объединиться, чтобы выжить?
– Голод и холод часто толкают людей на попытки силой получить то, чего им не хватает. А к тому, что ты говорила, что я хороший человек: я вообще считаю, что все люди изначально хорошие. Плохими их делают обстоятельства, из-за которых им приходится совершать какие-либо ужасные вещи. Кто-то может этому сопротивляться дольше, кто-то – меньше. Но в любом случае я считаю, что изначально они были хорошими. Я надеюсь, что когда моему народу станет проще жить, когда он забудет о голоде, об этих морозах, то и намного меньше людей будет направлять свой меч против своих же братьев.
– Простите меня, – я рвано выдохнула, крепче сжав пальцы на своих плечах, – за те слова, которые я сказала вам. Когда хотела, чтобы всё разрушилось, чтобы вы проиграли.
– Тебе не за что просить прощения. Ты ведь не виновата, что раньше не знала о моих мотивах и сложившейся ситуации, – от каждого его слова жгло стыдом. А ведь он тогда мне даже улыбнулся. Не разозлился, а улыбнулся, – никто не способен знать всё и сразу. И каждый человек видит мир исходя из тех знаний, которые ему доступны. Поэтому раньше ты видела во мне одного человека, сейчас – другого. Возможно, в будущем будешь видеть уже третьего. А может и нет – кто может знать, что будет в будущем.
– Я пойду, – голос сорвался на шёпот. Я хотела, было, как можно скорее выползти из чужой постели, но вспомнила про сорочку, – только рубаху надо надеть, – нужно было извиниться за свою рассеянность, но я даже не знала как. И потому помогать одеваться было нестерпимо неловко. Но я старалась изо всех сил как можно меньше тревожить больное плечо.
Собрав сумку, я остановилась уже у дверей.
– Могу ли я задать ещё один вопрос? – он в это время уже снова потянулся к бумагам. Верно, там ведь много срочных дел, а мы с ним столько проговорили.
– Да, конечно, спрашивай, – мужчина читал, видимо, очередное письмо.
– Как вас зовут? – и он поднял свой взгляд, встретившись своими глазами с моими.
– Вэйн, – он представился, и голос в этот момент его прозвучал как-то... мягче. Совсем как тот бархат, из которого по заказу брата мне сшили праздничную корсетку. Как я тогда радовалась и любовалась ею – вся деревня восхищалась.
А теперь вот ни брата. Ни деревни.
Как видите, сегодняшняя глава вышла не по расписанию)) Да, сегодня День Рождения у одной из нашей читательниц – Анастасии! Хотим пожелать ей крепкого здоровья и поблагодарить за активную поддержку нашего творчества!
Дорогие друзья! Как видите, постепенно раскрываем тонкости нашего глобального военного конфликта, и нам интересно ваше мнение!
Глава 24
Вернувшись к себе в мастерскую, я тут же принялась за сложные составы мазей. Только бы отвлечься и не думать о том разговоре, который состоялся недавно.
Викара не было – за мной присматривал один из молодых. Он частенько пытался на меня прикрикнуть, но теперь был тих и кроток. Как подменили.
– О, вот ты где, – дверь отворилась, и я услышала знакомый голос. Лёгок на помине.
Но запах печёных яблок и теста вымел все мысли из головы. Откуда?
– Угощайся, – на стол поставили блюдо с несколькими кусочками самого настоящего пирога. Не иначе, как чудо после каш да сухих краюх хлеба, – к нам наконец-то пришли поставки с провизией, привезли муку, овощи, а мы тут яблок ваших пособирали. Местные умелицы решили всех порадовать «пи-ро-га-ми», – вояка с улыбкой поставил стул ближе к столу и взял один из кусков, – не дышал, пока нёс, не то осталась бы без угощения – аромат сумасшедший!