И их сердцам была не чужда любовь и ласка.
Глава 25
– Вам уже лучше здесь? – Силлека первая заговорила, когда мы неспешным шагом направились по саду.
– Не знаю, – я честно призналась, – конечно, я перестала злиться и тосковать, но теперь всё стало намного сложнее. Кажется, мне теперь очень страшно.
– Почему же страшно? – женщина взглянула на меня с лёгким удивлением. – Вас здесь обижают?
– Нет, – я покачала головой, – наоборот, проявляют заботу и… от этого мне и страшно. Я совсем не понимаю, на какой стороне я должна быть.
– Будьте на своей собственной, на человечьей, – она мягко улыбнулась. – Вы живёте по совести – вот и продолжайте дальше так жить. Конечно, это сложно. Легко оставаться человеком, когда не надо бороться за жизнь. Легко быть другом, когда вам не нужно делить последний кусок хлеба. Легко жить по совести, когда её почти не испытывают. А сейчас это трудно. Поступайте так, чтобы вы потом не боялись взглянуть на себя со стороны.
– Так ведь в этом и дело, – я мотнула головой, – помогая одному, можно навредить другому.
– Чтобы прокормить птенца, нужно убить червя, – женщина пожала плечами. Все её движения были плавными и неспешными, мягкими, – разве червь не заслуживает жизнь так же, как и птенец? И от одного, и от другого есть польза. А вы лекарь, вы помогаете тем, кто сейчас нуждается в этой помощи. Так что не нужно бояться. Просто поступайте так, как вам велит долг. Вы ведь помогли мне.
Я зажмурилась, вспомнив, как меня молил о помощи Грехтер, и как я была груба с ним.
– Я была жестока с вашим мужем, – я проговорила с сожалением.
– Он не сердится на вас. Напротив, он вам безумно благодарен. И что мы, не люди, что ли – понимаем ведь, как вам тяжело. Думаете, мне не совестно по этой земле ходить, зная, что мы вторглись в чужой город? – Силлека грустно усмехнулась. – Но нашим детям тоже нужно будущее. Но не за счёт чужого.
– Я понимаю, – я тяжело вздохнула. А ведь неделями назад было страшно принять это понимание.
Мы вернулись к скамье, у которой остались Грехтер, помощник и мой сопровождающий.
– Госпожа лекарь, – ко мне обратился Грехтер, – сегодня-завтра мне нужно будет зайти к вам с нашим главным лекарем. Это касается одного дела, связанного с травами.
– Да, конечно, – я кивнула, – я после ужина зайду на осмотр к вашему правителю, утром тоже будет повторный осмотр, – я задумалась, – я могла бы принять вас ночью, но я теперь не ночую в мастерской… – от мысли о ночёвке на новом месте стало неуютно. Вдруг страшно захотелось, чтобы время тянулось как можно медленнее – только бы ночь не приближалась.
– Мы можем подойти завтра к обеду, – мужчина кивнул и нежно взял подошедшую Силлеку за руку. И в этом жесте была вся его благодарность за спасённое здоровье супруги.
После этого мы вернулись в мастерскую.
– Нет желания прогуляться по городу? – тот юноша последовал за нами до самой мастерской.
– Нет, – я принялась за сухие заготовки. Нужно будет попросить ещё один шкаф, а то места начинало не доставать, – я и так его знаю. Не хочу видеть, как он изменился.
– Он изменился, но не к худшему, – юноша мягко отметил, оставаясь стоять у окна.
– И что же тебя подтолкнуло стать помощником? – я подняла взгляд, испытывая какие-то неприятные чувства. Вот так, даже сейчас я видела в нём кого-то вроде предателя, хотя и почти приняла всю ситуацию.
– Отношение к нам. Моя семья пострадала во время нападения, но всем нам оказали помощь: дали кров, мою матушку осмотрел лекарь, – юноша прислонился к стене, внимательно глядя на меня. Словно оправдывался, не оправившись до конца от внутренних сожалений. – Я долго наблюдал. Я жил на границе с их страной, мы первыми попали под удар, и им нужен был нужен человек, обученный грамоте и знающий местные обычаи. Поначалу мною правил страх за семью – затем… не знаю, я увидел, что местный правитель не был плохим человеком. Я Есислав. Если нужен буду – обращайся.
– Ива, – коротко кивнула, ощутив, как сама смягчилась. Ему было не лучше, чем мне.
– Ивушка, значит, – хохотнул парень, но не от веселья. Скорее от каких-то внутренних тревог.
– Ивушка, – я слабо улыбнулась, – а ты, стало быть, Еся или Еля?
– Уж лучше Еля, – парень совсем рассмеялся, и я подхватила его тихий смех.
Не нужно было его осуждать – сама в такой же ситуации была.
– Боги о нас помнят и всегда помогут, – я улыбнулась.