– Вас не хватятся днём?
– Военный совет уже прошёл, так что немного свободного времени у нас есть, – он бережно поправил мои волосы, – к тому же с дороги в любом случае стоит отдохнуть, – и меня сжали в крепких нежных объятиях, одарив напоследок поцелуем.
Глава 61
Открыть глаза и увидеть кого-то рядом оказалось удивительно непривычным. Вспоминать при этом Снорта было бы совершенно неуместным.
У Вэйна была крайне тяжёлая рука, но ещё перед тем, как мы задремали, он переложил её мне на рёбра, так что по пробуждению у меня ничего не было передавлено и не болело.
Я прислушалась к тихому дыханию рядом. Вгляделась в прямые, но приятные черты лица.
Отчего-то вспомнила нашу первую встречу. Как боялась и ненавидела его. Каким холодным и усталым взглядом он пронзал меня, видя насквозь и пресекая каждую мою отчаянную попытку вырваться из ледяного плена.
А сейчас он открыл глаза, и взгляд его был теплее майского солнца.
– Как себя чувствуешь? – его рука крепче обняла меня, прижимая к себе. Касание обнажённой кожи было непривычным, но ничего неправильного я не испытывала.
Стало быть, я теперь женщина?
– Я в порядке, – пальцы коснулись густой поросли волос на мужской груди, – а вы как?
Совсем рядом его тихий смеющийся голос казался особенно бархатистым и обволакивающим.
– “Мы” очень даже хорошо, – он улыбнулся, а я не совсем поняла его слов, – а вообще, можешь обращаться на “ты”. По крайней мере в постели.
– Я постараюсь, – и смущённо прикрыла глаза, прижимаясь к груди. Немного щекотно. – Как... сон? – я обогнула непривычное обращение. Но по услышанной усмешке поняла, что это не осталось незамеченным.
Вэйн вдруг ущипнул себя за руку.
– Не сон – ты действительно лежишь рядом, – и улыбнулся, завидев моё непонимание и зарождающееся возмущение, – а если хочешь верного ответа, то и скажи, как полагается.
– Чётко и ясно, чтобы нельзя было подобрать двойного смысла? – я чуть улыбнулась, и его пальцы невесомо коснулись моей щеки.
– Верно, – Вэйн ответил улыбкой, голос его стал чуть тише.
– Как ваш сон? – я выдохнула, отчего-то ощутив лёгкое волнение внутри.
– Уже лучше, – меня погладили по волосам, – теперь попробуй ещё раз.
Я чуть помедлила.
– Как твой сон?
Мне ответили нежным долгим поцелуем. Вдруг Вэйн, не прекращая поцелуя, перевернул меня на спину, нависнув сверху надо мной, но вскоре оторвался от губ.
– Благодаря тебе я уже почти месяц сплю крепким сном, – и это действительно ощущалось в его движениях. От него исходила не просто внутренняя мощь, давившая скалой – нет, теперь от него бурным потоком расплёскивалась незримая сила.
Очередной поцелуй – лёгкое, почти воздушное касание.
– Как бы мне хотелось остаться с тобой, но я вынужден идти, – я разобрала в его выдохе едва уловимое сожаление, – а вот тебе не помешает отдых, – меня поймали его руки, уложив обратно в постель.
– Прямо здесь? – я растерянно моргнула.
– А где же ещё? – он уселся на край кровати, и мой взгляд пробежался по его крепкому сильному телу, постепенно скрывающемуся под одеждой. – Привыкай. Или ты против того, что мы будем ночевать вместе в одной постели?
– Не знаю, – я притянула одеяло к себе. Жаль, я сейчас не носила сорочку – в ней лежать было гораздо удобнее, чем в этих платьях, – постараюсь привыкнуть.
Вэйн на это усмехнулся, встал с кровати, накинул свой плащ, подошёл ко мне, одарив лёгким поцелуем, и покинул комнату, оставив меня одну.
А ведь когда-то это была для меня самая страшная угроза – оставить меня в комнате наедине со своими думами.
Вспомнились покрасневшие кисти калины, которые я увидела сегодня, проезжая в карете. Подошёл сентябрь.
Мы сблизились всего за пару месяцев.
Почти месяц провели в пути и лагерях, были всё время друг рядом с другом.
Я привыкла к тому, что Вэйн всегда был со мной, и в то же время новые прикосновения были совершенно другими и незнакомыми.
Я прикрыла глаза. Лежать в постели одной показалось не так тепло и приятно, как с Вэйном.
Это ли волнение и трепет внутри называлось влюблённостью?
Из дремоты меня вырвала тяжесть провалившейся постели, горячий шёпот “Всё хорошо, спи дальше” и крепкие объятия.
Пробуждение под чужое негромкое дыхание почудилось таким знакомым и привычным. Будто каждое утро я встречала только так и никак иначе.
От моих шевелений проснулся и Вэйн.