И лишь я вытянула руку перед собой, позволяя приземлиться на бархатный рукав мощным чёрным когтям.
Погладив смолянистые перья птицы, я тихо шепнула слова ворону, и отпустила его в глубь леса.
– Что это было?! – Колль не расслаблялся, как и Гест, взглядом провожая хлопающие крылья.
– Есть птицы, которые умеют подражать чужим голосам. Видимо, этот ворон застал чужую гибель. Впрочем, не удивительно: таких, как он, у нас считают спутниками смерти, ведь они всегда там, где лежат мёртвые тела. Они запоминают плачь и смех, крик и даже слова. Умные птицы. А теперь нам пора.
Это должно выиграть нам хоть немного времени.
И снова бег, от которого грудь исходилась дымом, будто горящий костёр или кипящий котёл.
Я не чувствовала усталости. Меня гнал сумасшедший страх и непрерывная мольба к богам. Только бы успеть.
Глаз коснулся свет луны: лес вывел нас на опушку – высокий крутой холм.
Мы оглянулись.
– Похоже, нам нужно взбираться наверх, верно? – Гест оглядел предстоящий путь и поудобнее прикрепил топор на поясе. Колль проделал то же самое.
Я не стала отвечать словами, а просто пошла вперёд.
Холм казался не слишком крутым, пусть и высоким, но с каждым шагом я всё чаще искала взглядом клочки земли ровнее, где нога бы не соскользнула ненароком. С каждым шагом задержка перед следующим становилась чуть дольше прежнего.
Всё ближе и ближе руки тянулись к земле, чтобы помочь корпусу не опрокинуться назад.
Всё чаще моей спины касалась ладонь то Геста, то Колля, подталкивая вперёд и вверх.
– Госпожа, отдохните, – Гест удержал меня, когда нога предательски оступилась.
– Нельзя, – я упрямо качнула головой, отряхивая сорочку.
– Эй, что там? – Колль указал рукой на вершину холма.
Какой-то силуэт. Тёмное пятно. Не человечье.
И это пятно двинулось к нам.
Меня тут же оградили мужские руки, выставив вперёд топоры.
А пятно становилось всё больше и больше, приближаясь к нам.
– Это же… – Гест удивлённо пробормотал, опуская руку.
А я потянулась, обхватывая шею большого оленя с поистине царской короной из рогов.
Глава 70
Гордое и величественное создание заботливо подставило под мои ладони сильную шею. Дивная корона мощных ветвистых рогов, спокойное дыхание – зверь был могуч и прекрасен в холодных лучах лунного света.
Олень медленно опустился на колени.
Большего намёка для приглашения было не сыскать.
– Спасибо тебе, друг мой горделивый, – я погладила жёсткую тёмную шерсть и забралась на спину.
Бережным похлопыванием по шее я дала знак, что уже устроилась, и зверь поднялся на ноги. Ошарашенно наблюдавшие за этим Колль и Гест двинулись за нами на вершину холма.
– Госпожа, а это вы…?
– Это лес прислал помощь, – я с улыбкой погладила оленя по шее. Зверь радостно прогудел.
– Вот же! – шикнул Колль позади, когда мы взобрались на холм: у подножия нас поджидали два крупных медведя.
– Всё хорошо, – я заверила спутников, – это товарищи для вас. Времени мало, лес это чувствует. Тропы тропами, а звериные лапы куда сильнее и быстрее человечьих.
Медведи внизу проревели с нетерпением, и мы поторопились спуститься. Мужчины чуть ли не съезжали по склону холма, скользя по траве. Когда же мы поравнялись с сидевшими на земле мишками, те встали на все четыре лапы и снова проревели.
Я взглянула на Колля и Геста, которые нерешительно переглядывались между собой: с высоты оленя они были на несколько голов ниже меня и казались совсем забавными мальчишками, не верившими в то, что попали в настоящую сказку. Было видно, что с медведями сталкивались, знают, что могут быть они опасными и свирепыми, но моё присутствие и сцена с оленем вселяла веру в настоящее чудо.
– Забирайтесь, пока они вас сами не потащили, – я улыбнулась, и мужчины дёрнулись, точно опомнившись.
Колль был осторожен при приближении, отслеживал каждый вздох медведя и забирался с опаской. Гест же попробовал погладить своего медведя, почесать шею, и когда зверь радостно замычал, так же радостно забрался ему на спину.