Вцепившись в баранку, Варя вела машину с таким видом, словно ехала по минному полю, время от времени шарахаясь от проносившихся мимо автомобилей, а Лера с Марком тем временем обсуждали, что же сказать работникам спортивной школы, чтобы их пропустили в конюшню.
Когда Варе надоело слушать их фантазии, она сказала:
– Да просто хотим учиться верховой езде, и все тут. И покажите нам ваших лошадей раскрасивых, жаждем с ними познакомиться.
– А если нам не тех лошадей покажут?
– Скажем, что всех желаем посмотреть!
– Если там не один рыжий конь, как мы своего узнаем? – Лере хотелось предусмотреть заранее все возможные варианты развития событий.
– Я запомнил Марсика в мельчайших подробностях, – сказал Марк. – Так что сразу его узнаю, даже если там все кони будут рыжими.
– Вот, считай, одна проблема решена, разыщем нужную коняку. А теперь все, тишина, дайте сосредоточиться, если хотите добраться до места.
Сверяясь с картой в смартфоне, Варвара напряженно следила за дорогой, и пассажиры послушно замолчали.
Школа находилась на выезде из города в живописном парке с деревянными беседками, мангалами и спортивными площадками.
Проехав парк практически насквозь, Варя остановила машину на стоянке у главного входа на территорию «Аллюра». Уже издали стало понятно, что ворота закрыты и на них висит какое-то объявление.
– Похоже, зря приехали, – сказала Варя. – Сидите в машине, посмотрю, что там написано.
Она вышла из салона, прогулялась до ворот, через минуту вернулась обратно и сообщила:
– Объявление гласит, что школа временно не работает по техническим причинам.
– Уж не связаны ли эти технические причины с инцидентом на съемках? – сказала Лера. – В любом случае надо попасть в конюшню.
– Каким образом?
– Пока не знаю, идемте, посмотрим, подумаем.
Друзья вышли из машины и направились вдоль ограды, выискивая лазейку. Вокруг не виднелось ни души, лишь из зеленой чащи доносились голоса кукушек.
Глухие железные секции забора сменились сеткой, сквозь которую просматривалась территория: главное здание, манеж и прямоугольная постройка, в которой можно было опознать конюшню. Туда друзья и направились.
На подходе к конюшне в заборе обнаружилась дверь, которую, судя по ее виду, давно не открывали. Замка в ней не имелось, из чего можно было сделать вывод, что запирается дверь на задвижку.
– Марк, сможешь перебраться через забор и открыть нам? – спросила Лера.
– Перебраться смогу, но вот открыть…
– Там должна быть обычная щеколда: если она не насквозь проржавела, то справишься.
– Хорошо, попробую.
Парень даже не стал разбегаться, а просто подпрыгнул в воздух и, едва касаясь руками сетки, перелетел через забор с легкостью птичьего пера и приземлился на траву.
– Ух ты! – Варя удивленно приподняла брови. – Красиво! Еще бы с дерева спускаться научился, цены бы ему не было.
– Постепенно всему научится.
Как показалось, с ужасающе громким скрипом дверь приоткрылась, и появился Марк.
– Заходите, – сказал он.
Против всех опасений, на звук не сбежались работники школы, обозримая территория оставалась пустой, и можно было понадеяться, что в этот час сотрудники отсутствовали.
Но надежда оказалась напрасной.
Когда друзья подошли к конюшне, они увидели, что дверь распахнута настежь, на пороге стоит ведро с водой, а к дверному косяку прислонены вилы. Однако конюха внутри не было видно, тишину нарушало лишь лошадиное похрапывание.
Оставив Варю на входе, чтобы она следила за обстановкой и вовремя предупредила о возвращении конюха, Лера с Марком прошмыгнули в конюшню.
Три стойла из десяти пустовали, в остальных мирно пожевывали сено лошади. Рыжих оказалось трое.
Марк прошелся по конюшне, выискивая Марсика, и указал на сонную лошадиную морду:
– Вот он.
Лера подошла к стойлу и открыла деревянную дверцу. При появлении чужаков конь проснулся и занервничал, захрапел, переступая копытами.
– Миленький, успокойся, тише, ну, пожалуйста. – Девушка попыталась к животному подступиться, но Марсик шарахался и волновался все сильнее.
Ничего не оставалось, как прочитать зачаровывающее заклинание и трижды дунуть ему в нос. Конь замер с широко распахнутыми, будто удивленными глазами, и Лера смогла зайти в стойло.
Приподнимая рыжую гриву, раздвигая пальцами шерсть, девушка принялась осматривать лошадиную шею. С левой стороны никаких повреждений не обнаружилось, зато на правой повезло сразу: небольшая, но довольно глубокая ранка с засохшей на шерстинках кровью походила на след от удара тонким шилом.