Потом девушка обратилась к градоначальнику:
- В какой гостинице нам лучше расположиться, господин Огер? Похоже, придется задержаться в вашем славном городе на пару дней.
Мужчина тяжело вздохнул, смирившись с тем, что быстро избавиться от участия в этом деле не получится:
- В нашем городе нет гостиниц, комиссар Жево. Горожане по необходимости сдают приезжим меблированные комнаты в своих домах. Но при Управлении есть неплохие гостевые покои. Если вы не побрезгуете, то там будет удобнее всего. И следователи под рукой, и морг в непосредственной близости.
- Мы не побрезгуем! – с широкой улыбкой заверила Дренна.
Глава 3
Гостевые покои располагались прямо в Ратуше и знавали свои лучшие времена никак не меньше, чем пол века назад. Краска на стенах поблекла, полы и петли на дверях нещадно скрипели. Памятуя о том, что один из столичных следователей женщина, им выделили две комнаты, по обстановке ничем друг от друга не отличающиеся. Узкая кровать у окна, прикроватная тумбочка и одностворчатый шкаф в углу, рядом с дверью.
Лестант Фирен и Дренна переглянулись и обменялись одинаковыми понимающими улыбками, когда хмурая худая женщина, в простом сером платье и белом переднике, остановилась перед дверями и безапелляционным тоном распределила гостей в разные покои.
В процессе расследований им приходилось ночевать и в грязных лачугах на одной койке, и под открытым небом, тесно прижавшись и завернувшись в единственное одеяло. Но провинциальные нравы гласили, что мужчина и женщина, не связанные священными узами брака, ночевать в одной комнате, даже на разных кроватях, не могут.
Оспаривать эти правила следователи не собирались, хоть им было бы гораздо удобнее в одном помещении. И с точки зрения безопасности, и с точки зрения обмена идеями. Оставив хмурую женщину стелить постели и наводить порядок, они сгрузили нехитрые пожитки каждый на своей тумбочке и вышли на улицу.
По меркам Преска Ратуша представляла собой грандиозное строение. Словно каменное серое чудовище с высоченной головой-башней и двумя крыльями в три этажа, оно тяжело нависало над небольшой, мощеной булыжником площадью с кривоватым фонтаном посередине. По сравнению с нарядными деревянными домиками, с белеными стенами и яркими разноцветными крышами, главное здание города смотрелось, как замок злого колдуна, посреди сказочной цветочной поляны.
В нем располагались все основные службы города. Верхние этажи правого крыла занимал градоначальник Огер. Под ним размещалось судейство, библиотека, а под библиотекой архив. В другом крыле властвовало Управление порядком, находилась общая столовая, гостевые покои и в подвале морг. Башня традиционно отдавалась под нужды магов, в том числе погодных, которым требовался обзор с высоты.
Погодный маг в Преске имелся, и неплохой. Что больше объяснялось почтенным возрастом и накопленным опытом, чем дарованными от природы способностями. Невысокий седобородый старец с возмущением подтвердил слова Ранта. По утвержденному губернатором плану, он лично проследил за посевными дождями, после чего отвел грозовой фронт дальше на юг. Никаких ливней, тем более таких сильных, он не планировал, и по факту столь вопиющего нарушения и хулиганства, уже отправил жалобу в Погодное Управление.
Выразив сочувствие негодующему магу, похожему на маленький пыхтящий сугроб, Дренна и Фирен отправились в библиотеку, в поисках карты округа. Не хотелось надолго оттягивать поездку. Библиотекарь, статный и высокомерный, как дворцовый камердинер, высказал им свое возмущение и несогласие тихим, выработанным долгими годами работы в библиотеке, очень выразительным голосом.
Все карты для его книжного царства делал лучший маг-множитель на дорогой глянцевой бумаге и марать их он не позволит, даже если ему прикажет лично Владыка. На вопрос, где же им, в таком случае, найти искомое, он сослал следователей в подвал, в архив.
Архивариус был похож на умершего и поднятого упыря, не отличаясь тем самым от большинства представителей своей профессии. Сказывалось длительное пребывание в местах, где отсутствовал солнечный свет. Высокий, худой, с серой кожей и длинными волосами, собранными на затылке в тонкий крысиный хвост, он выслушал их, задумчиво постукивая острым крысиным же коготком по деревянной конторке. Потом сам себе кивнул и удалился в темные недра, наполненные стеллажами и шкафчиками.