Черно - серый дождь хлестал по стеклу шлема, пытаясь достучаться, сообщить какую-то одному известную истину. Барабанил нервной морзянкой по рукам и плечам, стекал по телу, ища малейшие дырочки, чтобы залезть внутрь, сжать ледяной рукой холода.
Но моя одежда не позволяла ему это. Кожаная утеплённая мотоциклетная куртка вместе с кожаными штанами обеспечивали надежную защиту от воды. Прочная и устойчивая к повреждениям, она не давала мне продрогнуть.
Но все же толщина кожи не перекрывала стук сердца который я ощущал спиной. Не моего сердца. Тревожный, частый стук. Моя пассажирка боялась.
Обхватив меня за талию и крепко прижавшись всем телом, сзади сидела Любочка. Она была одета так же как и я, но страх заставлял ее тело дрожать.
Рассказы в баре, за второй стеной сделали свое дело. Поселили в ее мозгу кошмары, вытащили из темных закоулков души ужасы и детскую боязнь. Половина сказок этого мира связана с чудовищами из разломов. Сейчас эти воспоминания вернулись к ней, сейчас они мерещатся ей за каждым углом, в каждом овраге.
Сорочинское кольцо. Проклятое и одновременно благословляемое место в центре Империи. Шесть разломов расположенных по окружности диаметром в девяносто километров задают общий тон этому району.
Проклятая земля, дающая одним баснословные богатства, и смерь и горе другим. Веками люди боролись с монстрами приходящими оттуда. Веками люди выносили оттуда сокровища. Четыре города-заставы, Сорочинск, Уран, Загорск и Федоровка, построенные по периметру, контролировали чудовищ и поток драгоценностей. Каменная ограда слишком длинна, чтобы на ее стенах постоянно находились боевые отряды, поэтому весьма часты прорывы монстров за периметр охраняемой территории.
Так что, для защиты мирных граждан в десяти километрах от первой стены, дворяне владеющие этими разломами возвели вторую. Более высокую, более современную. Ее постоянно улучшали и дополняли. Все технологии, которые в итоге пойдут на первый периметр, сначала испытывали в более спокойном и безопасном месте. Поэтому несколько лет назад, на вторую стену начали устанавливать автоматические турели.
Зону меж стен прозвали Оранжевой. Она, по всем документам считалась безопасной, но местные знали, что там ухо надо держать востро, а руку на пистолете.
Вдалеке, сквозь низвергающиеся с небес потоки, я увидел световой отблеск. Чуть сбавил скорость и выключил дальний свет, чтобы не столкнуться и не ослепить встречку и тут же почувствовал, как сидевшая сзади девушка яростно заколотила по спине. Бросил взгляд в зеркало заднего вида и переключил передачу. Движок заревел, выплюнув клуб дыма, тяжелый чоппер рванул вперед.
Подальше от ужаса. Подальше от настигающей смерти.
Сзади, сверкая красными глазами, нас настигала стая. Что-то когтистое, с пеной капающей из клыкастых пастей, жуткое, жаждущее нашей смерти. Они похожи на гиганских псов. Целая стая собак Баскервиля.
Вновь врубаю дальний свет и тут же сворачиваю влево. Посреди трассы, упираясь фарами в небо, лежит перевернутый пикап, а возле него, дожевывают хозяев машины три монстра. Кровавый ручей вытекающий из тел смешивается с текущей по дороге водой.
Буркалы стоящих впереди чудовищ зажглись яростью. Они срываются с мест, несутся наперерез нашему «Уралу».
Выхватываю из кобуры двадцать третий «Глок» и даю пару отсечных очередей. Яркие вспышки рвут темноту в клочья. Резкое стоккато выстрелов заглушает рев движка и стук капель о шлем. Шесть десятимиллиметровых оболочечных пуль с чавканьем пробивают загривок ближайшего адского пса, бросают его на грязный асфальт, заставляют кувыркаться по дороге, разбрызгивая черно-красные кровавые капли.
Второй бегущий монстр натыкается на убитого, валится на него, и только третьий, ловко перемахнув через образовавшуюся кучу, продолжает бежать нам навстречу.
Я чувствую, как руки Любы стискивают мое тело. Панический страх придает это хрупкой девушке поистине богатырскую силу. Казалось, она в состоянии сломать мои ребра.
Резко жму на тормоз, мотоцикл заносит в бок, заднее колесо выбивая тучи брызг вырывается вперед и бьет разогнавшегося пса. Нас трясет, но мне удалось удержаться и не уронить тяжелую тушу чоппера.