Сегодня главным призом будет разлом Багратионов. Это листий, это вечная жизнь и нескончаемые богатства. По всем законам император не имел права владеть какими-либо еще разломами, кроме своего родового. А так как официально объявлено, что род Багратионов, очернив себя предательством (о чем имелась видеозапись – признание княжича), прекратил свое существование... Значит, этому разлому нужен новый хозяин.
Именно поэтому, несмотря на явное нарушение этикета, в зал набилось столько много дворян. Каждый из присутствующих считал себя достойным обладать таким дорогим призом.
Весь цвет Российской Империи собрался сегодня в этом небольшом зале. Элита элит. В списке титулярности эти люди занимали высшие строчки. Никого ниже князя или княгини тут просто не было.
И все они ждали, в нетерпении сжимали зубы, мило и притворно улыбались соседям, помня, что каждый из них является конкурентом.
Некоторые, особо приближенные к государю чиновники, называли это сборище элит серпентарием. И они были не далеки от истины. Любой здесь присутствующий с удовольствием бы загрыз любого, с целью присвоения его разломов.
Наконец высокие трехметровые, отделанные вензелями и позолотой двери распахнулись, и вышедший в роскошной ливрее слуга, дождавшись, когда все встанут, объявил:
– Дамы и господа, приветствуйте Божеской поспешествующею милостию Борис Шестый, император и самодержец Всероссийский, Московский, Киевский, Владимирский, Новгородский; царь Казанский, царь Астраханский, царь Польский, царь Сибирский, царь Херсонеса Таврического, царь Грузинский; государь Псковский и великий князь Смоленский, Литовский, Волынский, Подольский и Финляндский; князь Эстляндский, Лифляндский, Курляндский и Семигальский, Самогитский, Белостокский, Корельский, Тверский, Югорский, Пермский, Вятский, Болгарский и иных; государь и великий князь Новагорода низовския земли, Черниговский, Рязанский, Полотский, Ростовский, Ярославский, Белозерский, Удорский, Обдорский, Кондийский, Витебский, Мстиславский и всея северныя страны повелитель; и государь Иверския, Карталинския и Кабардинския земли и области Арменския; Черкасских и Горских князей и иных наследный государь и обладатель, государь Туркестанский; наследник Норвежский, герцог Шлезвиг-Голштейнский, Стормарнский, Дитмарсенский и Ольденбургский и прочая, и прочая, и прочая.
Стуча каблуками, в скромном, по меркам императора разумеется, костюме, в зал вошел государь.
Присутствующие склонились, покорно повинуясь сильнейшей ауре императора. Говорят, разозлившись, он мог так ее усилить, что всё живое в радиусе трехсот метров буквально вдавливало в землю. Раскатывало в блин.
Сейчас же Борис Шестой просто обозначил ее, дабы не забывали о его силе, о его возможностях.
Усевшись на трон, кивнул головой приветствуя собравшихся, и рукой показал, что они могут усаживаться.
Тут же по залу пронесся шепоток недоумения. Зачем зачитывать полный титул среди своих? Обычно все дело ограничивалось сокращенным, а полное наименование всех принадлежащих регалий, земель и стран перечислялось лишь при приеме иностранных послов и делегаций.
Император повернул голову, и к нему тут же подошел слуга, держащий на подносе свиток. Государь развернул его и начал зачитывать:
– За заслуги перед Отечеством Великий князь Голицын награждается орденом Отчества второй степени.
Внимательно слушавшие слова императора дворяне на слове «орденом» расслабились. Если речь идет не про разлом, то интерес к этому могут проявлять лишь те, кого будут награждать всеми этими орденами, медалями и титулами.
Награждение никому не нужными побрякушками длилось еще полчаса. Император называл фамилии, и вызванные под жидкие аплодисменты подходили к правителю, склоняли головы, и им на шею весился очередной орден.
И вот, наконец.
Совсем другой слуга вынес более объемный свиток, завернутый в шелковую ленту золотистого цвета. По залу пронеслась быстро угасшая волна шепота. Дворяне с тревогой смотрели на Императора, который неторопливо разворачивал бумагу.