— Шампанское? Виски? Что я могу предложить вам, молодой человек? — спросил Эмери.
Бен выбрал водку, и ему принесли «Столичную» со льдом. Конечно, он должен был взять с собой Росса, Джессику Хантер и вообще любого, кто мог бы ему помочь сориентироваться на этой встрече, но все же Бен был доволен, что прибыл один. Он немного устал от того, что его опекали, как ребенка, говорили, как поступать, и принимали все важные решения за него.
Эмери был высокий, приветливый человек с синими глазами, седоватый, классически строго одетый. Бен улыбнулся, глотнув водки и откинувшись на спинку огромного кожаного дивана.
— Итак, господин Чим, вот и я. Я думаю, что знаю, в чем ваш интерес.
Эмери взял со стола папку и дал ее Бену.
— Что вы думаете об этом? — спросил он.
Открыв папку, Бен забрал дюжину фотографий, восемь на десять, в полном цвете. Каждая с изображением яхт в веселых брызгах воды, пришвартованных в гаванях.
— Я не могу комментировать технически, потому что я не знаю ничего о яхтах, но они просто произведения искусства! — сказал Бен.
— Вот именно. Произведения искусства. Каждая лодка, которую мы строим, — произведение искусства, Бен. Вас можно звать просто Бен? — Эмери прищурился.
— Конечно. — Бен кивнул.
— Всегда так было и всегда так будет. Традиция! Лодки моей компании — лучшие лодки, мой мальчик, — сказал Эмери.
— Лучшие, вы говорите? Каждый судостроитель так говорит, — сказал Бен.
— Даже наши конкуренты. Если у вас будет время, приезжайте летом, я покажу вам одну из своих яхт.
— Я найду время, — кивнул Бен.
— Хорошо. Теперь, как я уже сказал, мы не занимаемся излишней рекламой. Фактически мы никогда не давали объявлений по телевидению. Но в 1981 году мы празднуем столетие со дня основания, так что мы собираемся сделать три вещи: спонсировать гонку, снять документальный фильм для посетителей нашего морского центра в Род-Айленде и устроить очень высококачественную рекламную кампанию. Конечно, идея будет «обработана» одним из наших агентств на Мэдисон-авеню, но я бы хотел узнать кое-что о молодых людях, которые обвешивают себя цепями, как там они себя зовут? — спросил Эмери.
— Яппи, — ответил Бен. — Не хиппи, яппи!
— Вот именно. В любом случае, у них свои взгляды на свой внешний вид, а у меня свои — на музыку. Я большой любитель музыки и не делю ее на новую и старую, тем не менее позвольте заметить, ваша музыка очень хороша, — сказал Эмери.
— Спасибо, — улыбнулся Бен.
— Так вот, то, в чем мы нуждаемся, — ударная тема! Для телевизионных коммерческих радиопередач, для гонок и документальных фильмов. И нам нужно музыкальное сопровождение. Такое же мощное, красивое, уникальное — подобно нашим лодкам. И в этот момент я представляю себе вас, — сказал Эмери.
— Да? — переспросил Бен.
— Да. Как только я услышал вас, я понял — вы сможете сделать это! Написать музыку! Я прав? — Эмери опять прищурился.
— Да, сэр, — кивнул Бен.
— Гм. Хорошо, это — ваш шанс сделать что-то большое! Вы молоды, но вы уважаете все старое, вы умеете быть популярным и современным, не отказываясь от старых традиций… Я знаком со всей вашей музыкой, я изучал все очень тщательно. — Внезапно Эмери засмеялся, и Бен понял, что он действительно читал все, включая те газеты, что Бен когда-то поджег в офисе Майлса Ирвинга.
— Вы думаете, я могу рискнуть? — спросил Бен.
— Да. Всегда сам любил рисковать! Я дам вам два месяца. Бен. Два месяца, чтобы придумать что-нибудь. Никакой лирики. Только настоящая, сильная музыка! — воскликнул Эмери.
Никакой лирики. Бен почувствовал в этом глубокий смысл. Только чистая, простая музыка!
— Что вы об этом думаете? — спросил Эмери.
— Я думаю, меня услышал Бог! Я всегда хотел делать что-нибудь подобное, уже много лет. Но мне потребуется студия, чтобы записать пробную версию, — сказал Бен.
— Конечно. Вы пишете музыку, выбираете ваших музыкантов, а остальное — уже мое дело, — кивнул Эмери.
— Но я не могу. Моя компания захочет знать, что я делаю, — возразил Бен.
— Вы сообщаете им, что пишете музыку для меня и что они должны позвонить мне. Мои люди обговорят с вашими людьми все условия договора, — сказал Эмери.
Бен вообще не хотел говорить на тему договоров, он вообще не умел обсуждать такие темы.
— Я не могу поверить, что вы хотите осуществить свой замысел с рок-музыкантом, — заметил Бен.