После какой-то нереальной ночи, большую часть которой они провели в тупом сидении вокруг кухонного стола, Бен, Эран и Тьерри отправились в аэропорт Хитроу, чтобы успеть на первый рейс. Плохая погода собрала толпу пассажиров, ожидающих вылета в Ирландию, и, когда они сели наконец в самолет, все уже были в курсе о присутствии Бена Хейли на борту. Люди вытягивали шею, недоуменно глядя на выражение его обычно приветливого лица. Эран была даже рада, когда ветер начал мотать самолет из стороны в сторону, это хоть как-то отвлекло внимание пассажиров от Бена, который вжался в сиденье как можно глубже и смотрел в окно.
И хотя Бен не смотрел на Эран, между ними чувствовалось электрическое напряжение. Напряжение между людьми, которые когда-то безумно любили друг друга, потом не виделись четыре года, а теперь были совсем рядом и ощущали дыхание друг друга. Они плотно сидели на трех соседних сиденьях, касаясь друг друга. Бен не мог не сознавать присутствие Тьерри, да и Тьерри от этого было не по себе, хотя титаническими усилиями он сохранял самообладание. Тьерри держал Эран за руку, был предупредителен в каждой мелочи, подчеркивая свой статус жениха каждым своим движением. Он не рассчитывал когда-нибудь встретить Бена Хейли, поэтому атмосфера была предельно накалена.
Сидя между ними. Эран пыталась отвлечь от этого свои мысли, сосредоточиться на том, что сейчас происходило в Данрасвее. Но она не могла думать о трагедии больше, чем думала о Рианне. Если Бен увидит ее, будет все равно, как если бы он посмотрелся в зеркало.
Но она была вынуждена сказать Бену об Эмери, у нее не было выбора… Бен бы все равно это от кого-нибудь услышал и приехал бы в Ирландию. А что скажут Дэн и Аймир, когда его увидят? Как им выйти из этой ситуации, что же им делать?
Положение было таким ужасным, что Эран едва могла выносить саму мысль обо всем этом. И ко всему примешивалось чувство вины, вины за то, что эти мысли перебивали скорбь о гибели Конора и Дерси! Ее отец и брат погибли, а она продолжала думать о Рианне, которая могла выбежать из дома и лицом к лицу столкнуться со своим настоящим отцом, который…
О, Господи Исусе! Наконец они прилетели в аэропорт в Корк, и Эран не могла говорить от ужаса, когда они стояли в паспортном контроле. Аймир была там, и когда она увидела Бена, то прикрыла глаза, чуть не падая в обморок. Вдруг осознав сложившееся положение, Тьерри предложил, что он будет вести машину, и Аймир молча отдала ему ключи. Ее лицо стало почти белым от волнения.
Никто не проронил ни слова всю дорогу. Все, что смогла сделать Эран, это сжать руку Аймир как бы в подтверждение того, что все будет хорошо. Но Аймир не ответила, и напряжение сгущалось с каждой проеханной милей. Эран чувствовала, что они как будто заморожены в леднике. Ужасно!
Прибыв в Данрасвей, они поехали прямо в гавань. Выпрыгнув из машины еще до того, как она остановилась, Эран пробилась через толпу собравшихся, ища мать и брата.
Первый раз в жизни Молли обняла дочь, заключила ее в свои объятия. Закутанная в черный шарф, защищавший ее от все еще дующего ветра, она выглядела потерянной, лишенной всякой надежды. Спасательная лодка вернулась, но только чтобы сменить экипаж, новостей не было. Взяв Акила за руку, Эран стояла между ними, потом к ним присоединился и Тьерри. Смущенный приездом Бена, Акил смотрел на него, и спустя несколько секунд Бен решился заговорить.
— Эмери. Эмери Чим был моим другом.
Акил кивнул, подумав, как это знаменитый рок-певец мог когда-то играть на пианино в захудалом пабе? Его одежда все еще казалась странной, волосы длиной по плечи шокировали, но глаза были почти как у мертвеца. Такой же был и тон, когда он снова заговорил:
— Ваш отец. Ваш брат. Я очень сочувствую вам. И вам, миссис Кэмпион.
Бен дотронулся до плеча Молли, но та уже не осознавала происходящего. Она простояла в гавани всю ночь и все утро, уже почти сутки, на одном и том же месте. Приехала Валь, умоляя ее подождать в хижине для рыбаков или хотя бы на спасательной станции, но Молли продолжала стоять как статуя. Очевидно было, что она вот-вот потеряет сознание, и Валь пошла принести ей немного чая. Поговорив с мужчинами на пристани, Тьерри взял ситуацию под контроль.
— Спасатели говорят, здесь ждать не имеет смысла, и они правы. Тут очень холодно. Мы пойдем в отель, миссис Кэмпион, и вы должны поесть горячего, — твердо сказал Тьерри.
Молли запротестовала, но она была явно не в себе. Ее убедили тем, что в отеле есть большое окно, через которое им все будет видно. Они все направились туда с несколькими сочувствующими соседями, но есть никто не смог. Сидя у окна, они смотрели на далекую точку на горизонте, то поднимающуюся, то опускающуюся: после столь значительного промедления вертолет наконец прилетел. Но его пилот пока не сообщал ничего по радио.