— Тхан! Тхан! Я не знаю — где Бен, как он сейчас?
Тхан поджал губы.
— Он не здесь. Умотал на «харлее». Может быть, в клуб, может быть, в паб, может быть, пьет. Очень опасно!
— А ты почему же не с ним? — спросила Эран.
Тхан вздохнул и проводил ее в большую комнату, беспорядочно уставленную дорогой мебелью, над которой доминировал рояль.
— Садись. Эран. Выпьешь чего-нибудь?
— Нет. Разве что воды, — сказала она.
Тхан принес ей стакан воды. В его глазах Эран увидела осуждение.
— Тхан, прости. Я понимаю, ты, наверное, не поверишь, но я так скучала по тебе, так скучала, но… была одна причина, я не могу тебе все рассказать сейчас, — сказала Эран, задыхаясь.
Его лицо смягчилось, зеленые глаза потеплели, Тхан опустил свое гибкое тело в кресло рядом со стеклянным кофейным столиком.
— Мне тоже очень жаль… я слышал про твоего отца и брата. Почему ты мне не перезвонила, когда я звонил тебе? — спросил он.
— Я не знала о звонках до сегодняшнего вечера, — ответила Эран.
— Ну и вечерок ты выбрала для визита! С Беном очень трудно. Он не в порядке. — Тхан замялся.
— Ты имеешь в виду, что он заболел? Но ты же сказал, что он просто развлекается в городе… — Эран растерялась.
Тхан снова вздохнул, некоторое время разглядывал Эран, потом наклонился к ней:
— Эран, я тебе доверяю, да? Я скажу тебе кое-что, что останется между нами, хорошо? — спросил он.
— Конечно, я никому не скажу, — кивнула Эран.
Какое-то время он изучал рисунок обоев у нее за головой.
— Эран, Бен рассыпается на части, — наконец сказал он.
— «Рассыпается»? Что ты имеешь в виду? — не поняла Эран.
— Наркотики. Кокаин. — И Тхан умолк.
— О Господи! — У Эран побелели щеки.
— Кокаин, водка, все вместе… в прошлом месяце он чуть не умер в Нью-Йорке. Пропал на целую неделю. Мне пришлось искать его с помощью полиции. Нашли в какой-то жуткой гостинице, чуть не при смерти. Большая проблема, — сказал Тхан внешне бесстрастно.
Кокаин! Полиция! Эран вполне могла себе представить, что это за беда. И через что пришлось пройти Тхану, чтобы выдернуть Бена оттуда, притащить его домой.
— Но полиция… неужели Бена не напугало все это? — спросила она.
— Да, напугало — на несколько дней. Он обещал никогда больше не употреблять. Но сейчас употребляет. Отправляется в город, не разрешает мне идти с ним, домой приходит вообще никакой. Эран, он погубит себя!
— Господь милосердный! Что же я могу сделать? Он звонил мне, наверное, из Нью-Йорка, но меня не было, я не… а ты говорил с ним? А Рани?
— Конечно. Мы все ему говорим. Не слушает. — Тхан покачал головой.
Прикусив губу, Эран на минуту задумалась.
— А раньше он употреблял наркотики?
— Нет. Начал, когда Эмери умер. Он ужасно переживал. Эмери устроил Бену новый контракт. Но Бен его профукал. Я говорил ему, что Эмери был бы очень сердит, — Тхан развел руками.
Неожиданно Эран разозлилась. Она тоже потеряла отца, но она же не стала употреблять кокаин!
— Тхан, я могу здесь остаться? Подождать тут с тобой, пока Бен вернется домой? — спросила она.
— Да, пожалуйста, я буду очень рад, если ты его подождешь. Сама все увидишь. Но он придет не раньше трех-четырех утра, — ответил Тхан.
— Не важно, я подожду.
Покачивая головой, Тхан пошел варить кофе, оставив Эран осматриваться в помещении. Такая громадная квартира! Оглядываясь по сторонам, она явственно ощутила, как много денег зарабатывает теперь Бен, тот уровень, на котором он живет. Весь домик ее матери поместится в одной из его ванных комнат!
Он просто дурак! Какая-то смутная злость закипала в ее груди.
Когда Тхан вернулся, он изложил Эран во всех подробностях, что произошло с тех пор, как они с Беном расстались, о его друзьях, о музыке, о его страшной ссоре с «Шваб», его близкой связи с Эмери Чимом, который стал его менеджером. Эмери оставил все свои деньги благотворительным организациям и музыкальным фондам, а Бен унаследовал его квартиру в Нью-Йорке.
— Нехорошо это, Эран. Нью-Йорк — плохое место для Бена, совсем неподходящее.
Но для наркомана любой город был неподходящим местом! Наркотики могли затащить его даже в Корк — его, наркомана. Слово это захлестнуло ее, как петля, наброшенная палачом.
К тому времени, когда часа через четыре внизу на улице послышался треск мотоцикла, Эран была в таком состоянии, словно ее бросали попеременно то в огонь, то в ледяную воду. С пониманием Тхан посмотрел на нее.
— Он может быть с девушкой, Эран. Но ты не беспокойся. Девушки — моя забота, я с ними быстро управляюсь, — сказал он.