Но зачем? Они были счастливы, у них будут дети, они едины по духу. Бен заставляет ее душу петь, а это уж побольше всего того, что сделал для Валь ее муж! И кроме того, Эран давно поняла, что заставлять Бена делать что-нибудь насильно — это вернейший способ добиться того, чтобы он вообще этого никогда не сделал. Ему нужно было чувствовать себя свободным, нужна была иллюзия, что он во главе, что он все решает, а не наоборот.
В глубине души Бен прекрасно понимал, как Эран нужна ему, как нужен ему всякий человек, кто поддерживает каждый его шаг, который публика видит на сцене. Но если бы он признался в этом, то, скорее всего, никогда бы больше не смог диктовать настроение и соответствовать ожиданиям людей, которые поклонялись ему, как Богу. Предполагается, что у кумиров нет охранников, матерей, нет обычной семьи, они не живут обычной жизнью, не попадают в трудные положения.
Дорога до Лакнау была очень долгой, с пересадкой в Дели. Всю вторую половину путешествия Эран восторгалась восхитительными пейзажами, над которыми они пролетали, а после, предоставив Бену смотреть фильм, она погрузилась в мысли о нем и об их дочери. Некоторое время назад в Данрасвее случился крупный скандал из-за того, стоит ли идти Рианне к причастию со всем классом. Дэн и Аймир не были религиозны и не нагружали девочку католическими премудростями, а сам ребенок особо не интересовался мероприятием, разве что их денежной стороной: по традиции после церемонии надо было посещать знакомых, и в результате собиралась некоторая сумма, которую можно было потратить на сладости. Рафтеры полагали, что это не самый духовный мотив, так же как и Эран, — и даже, напротив, считали, что мелкие подношения развивают в ребенке корысть и жадность, а белые платья, как у невест, тешат тщеславие. Но потом вмешалась Ханнак Лоури, по мнению которой не надо было выделять ребенка из остальных детей. Пусть примет причастие вместе со всем классом. Но тут уже сама Рианна закатила истерику, она топала ногами и вопила, что она не наденет платье с дурацкими рюшками и никуда не пойдет, а потом ворвалась мисс Кэрролл и заявила Рафтерам, что они растят маленькую язычницу.
Результатом всего этого было то, что Рианна пошла к причастию в своей обычной одежде, что потрясло всю деревню. Аймир послала все деньги, сбереженные на нарядное платье, церкви Св. Винсента и Павла, остаток поделили между Эмметом и Соркой, а Рианне достались шесть фунтов. В ответ на ее сердитый взгляд Дэн сказал, что она очень эгоистичная девочка. На что она пробурчала какую-то грубость, за что была отправлена спать раньше времени; в общем, в духовном плане важное событие потерпело фиаско.
Но что очень беспокоило Эран, так это то, что ее не было в тот момент рядом, не было возможности объяснить своей дочери, что такое причастие и для чего оно нужно, и что, достигнув «разумного возраста», Рианна должна уже думать не только о себе, но и о других. Естественно, Дэн и Аймир говорили с девочкой об этом, но не Эран. Она давно не видит свою дочь, и со временем это становилось уже физически больно. Боль не утихала, она становилась сильнее, казалась неизлечимой. Вдобавок ко всему Эран понимала, что девочка не скучала по ней — ни в день причастия, ни в любой другой день. Рианна смутно помнила ее, Эран была для нее только другом, приезжающим из далекого туманного Лондона, который может приехать, а может и не приехать.
Но вместо этого Эран отправилась в Индию, и эта поездка стала своего рода духовным паломничеством для Бена. Он был еще менее религиозным, чем Рафтеры, с любой формальной точки зрения, но ему было очень интересно все, связанное с его местом рождения, у него было некое чувство наследственной связи с ним. В отличие от Рани, Бен не говорил на хинди, не имел предрассудков, как Молли, но эта поездка очень многое значила для него, это было гораздо больше, чем просто отпускное путешествие.
Может быть, из-за этого он был так напряжен в аэропорту? Он мог стоять один на один перед огромной толпой, но в Индии ему предстояло увидеть часть самого себя, землю, где его бенгальская прапрабабушка встретила его британского прапрадедушку, и впервые смешались две крови, две культуры. Индия не интересовалась Беном, но, возможно, поэтому Бен заинтересовался ею, он хотел увидеть жизнь своих ровесников, жизнь, которой он мог бы жить, если бы Дива не поехала в Англию, вернувшись по следам предков мужа.