В голосе Аймир было столько недоверия, словно было первое апреля — она была совершенно уверена, что ее разыгрывают.
— Но к свадьбе готовятся месяцами! Нужно договориться в церкви, заказать гостиницу, угощение и цветы, одежду, составить список приглашенных, потом — подарки, музыка, подружки, надо организовать свадебное путешествие, машины, торт… — Аймир умолкла.
— Да у нас и так получилось свадебное путешествие, гостей не было, а на мне было сари, — сказала Эран.
— Сари? — переспросила Аймир.
— Да, из желтого шелка. Я купила его на рынке накануне, — сказала Эран.
— На рынке? — Аймир была поражена.
— Ну, я сама там когда-то начинала. В рынках нет ничего плохого, правда? — засмеялась Эран.
— Да нет же — о Эран! Что ты наделала? Что скажет твоя мама? — Аймир просто слов не находила.
— «Поздравляю», я надеюсь, — фыркнула Эран.
Они обе расхохотались: Аймир у себя в Ирландии, Эран — в Лондоне.
— Ну, я тебе скажу, вы оба — темные лошадки! Я бы хотела, чтобы ты сказала нам, мы бы прислали телеграмму… о, как бы я хотела там быть, это, наверное, было очень красиво? — спросила Аймир.
— Так прекрасно, ты просто не можешь себе представить! Извини, что не предупредила, я и сама заранее не знала, и в любом случае, ты бы не смогла приехать.
— Нет, но — Рианна… — Аймир запнулась.
Эран почувствовала, что Аймир прикусила язык, и догадалась, о чем она подумала. Однажды они уже собирались поручить Рианне нести шлейф свадебного платья на несостоявшейся свадьбе Эран с Тьерри. Правильная свадьба с неправильным мужчиной — и по неправильным соображениям. Ух!
— Аймир, я хочу поговорить с тобой насчет Рианны, — сказала Эран.
— Господи, Эран, ты… ты… ты не… — Аймир умолкла.
— Прости, Аймир. Я не собиралась тебя встревожить. Послушай, мы не можем говорить об этом по телефону, но я приеду в Данрасвей в следующую субботу. Ты можешь быть дома с Дэном, и чтобы Энни присмотрела за детьми? Надо поговорить обо всем, спокойно, без эмоций. Я возьму машину напрокат, чтобы не оставаться там на ночь, — сказала Эран.
Последовала долгая пауза.
— Хорошо. Я сделаю, как ты сказала. Но… — Аймир не знала, что сказать.
— Пожалуйста, Аймир! Не паникуй, все будет в порядке, я обещаю. Мы все устроим, уже скоро, — сказала Эран.
— Ты когда-то сдержала свое обещание, Эран. Я надеюсь, сдержишь и на этот раз, — сказала Аймир.
— Конечно, сдержу. Увидимся в субботу. — И Эран повесила трубку.
В субботу Эран проснулась в шесть часов, и когда она оделась, то разбудила Бена.
Его глаза медленно открылись, и он потянулся, чтобы Эран перестала его тормошить.
— Что такое? Который час? — пробормотал он.
— Еще рано. Послушай, мне надо идти. Ты сегодня работаешь в студии? — спросила Эран.
— Да, а куда ты собираешься? — спросил Бен.
Ей было противно врать, она растерялась.
— За покупками. На Камден-Лок — там лучше всего с самого открытия. Ты сегодня обедаешь дома? — Эран суетилась, чтобы не встречаться с Беном глазами.
— Это зависит… Скорее всего, нет. Мы можем задержаться допоздна и тогда пойдем ужинать в ресторан. Я тебе позвоню, и ты сможешь к нам присоединиться, — предложил Бен.
— Хорошо. Тогда договариваемся на поздний ужин, там и встретимся. Поспи еще немного, — сказала Эран.
Вместо этого Бен сел и посмотрел на жену, откинув волосы с лица, взъерошенный и сбитый с толку.
— Там страшный ливень. Ты вся промокнешь до нитки, — сказал он.
— Не имеет значения. Я возьму зонт. Пока, милый, — бросила Эран.
И прежде чем Бен успел ответить, она чмокнула его в щеку и умчалась. Она быстро шла по Хэмстед-роуд, пока не увидела такси и не остановила его. Эран попросила отвезти ее в аэропорт Хитроу.
Дождь заливал окна машины. Эран была довольна, что водитель был неразговорчив в этот ранний час — она бы не могла вымолвить ни слова. О чем можно было бы говорить в этот жуткий день, день, который начался со слез, какой-то серый от предчувствия страшной печали?
Глубоко несчастная, Эран сидела, глядя прямо перед собой, проезжая по пустым улицам, страдая от бесконечной душевной муки, предощущая боль, которую ей предстояло причинить.
На этот раз самолет в Корк был наполовину пуст. Его немного поболтало над океаном при посадке. Над океаном, поглотившим Конора, Дерси, Эмери и другие свои жертвы. Мрачная и тоскливая, Эран была похожа на Корк: он был мрачный, безлюдный, занавески на всех окнах задернуты в еще не проснувшихся домах. На полдороге Эран остановилась в придорожном кафе, посидела над чашкой чая, не желая приехать слишком рано. Не желая приезжать вовсе!