ГЛАВА 3
Только посмотрите на них! Холли Митчелл по привычке рассуждала про себя. Она уже шестнадцать лет, как уехала, а ирландцы ничуть не изменились. Громкий смех и красные возбужденные лица, которые, как они думают, скроют, что они ощущают себя не в своей тарелке. Опущенные робкие глаза девушек, их простенькая одежонка, их неуверенность. И это еще были счастливчики, которые нашли средства на самолет, которых ждала работа официантов или продавцов в отелях, или даже должности в офисах. По крайней мере, они не будут рыть канавы или шататься повсюду в поисках работы, безудержно пить или употреблять наркотики. Но все эти «новенькие» выглядели такими потерянными и виноватыми, как будто уже стали пропащими людьми. Почему они не могут высоко поднять голову и дать этой стране понять, что ей тоже есть чему поучиться у Ирландии? Раз они вынуждены сюда приезжать, почему никто не организует специальные курсы для них, не научит их правильным манерам?
А вот и новая няня. Хорошо хоть, что не перевязала свой чемодан веревкой! Но заметно, что она плакала, и наверняка будет плакать и сегодня ночью. Будет плакать всю неделю! Надо надеяться, что это не будет продолжаться вечно. Прошлая помощница вообще плакала без конца. Улыбалась бы хотя по воскресеньям…
— Эран Кэмпион? Добро пожаловать!
— Миссис Митчелл? Здравствуйте! — ответила та.
Девушка немного неуклюже поклонилась, улыбнувшись Холли. Эта, пожалуй, окажется лучше прежней. Но разве ей уже восемнадцать лет? Не может быть, она же совсем ребенок! Она просто накрасилась для той фотографии, но это ничего — хоть проявила инициативу. Видно, ей очень хотелось получить эту работу, значит, она будет за нее держаться.
— Ну вот ты и приехала, Эран. Добро пожаловать в Лондон, — сказала Холли.
— Спасибо, а где же ваш малыш? Где Олли? — спросила Эран.
— Дома. Я не таскаю его с собой повсюду, — ответила миссис Митчелл.
Эран вспомнила — мама брала их всех с собой, куда бы ни шла, пока они достаточно не подросли для того, чтобы оставаться дома. Но кто же тогда сейчас присматривает за Олли? Наверняка не его папа. Папы этого не умеют. Но каким бы ни оказался этот папа, мама выглядела просто очаровательно, имея уже двухлетнего ребенка и ожидая второго. Миссис Митчелл, в общем-то, не то чтобы очень красивая, но очень видная. И на ирландку она совсем не похожа, скорее уж на француженку или на итальянку, как и те женщины, что спрашивали у Эран дорогу в Ферлиг прошлым летом. Она похожа на женщин из журнала, который выписывает Аймир. А сама, должно быть, думает, что Эран выглядит, как Мэри Хик.
Да. Холли точно так и подумала, только увидев Эран. Но, рассмотрев ее поближе, когда они шли к машине, она заметила, что девушка от природы грациозна, и это даже заставляет забыть об ее убогой одежде. У нее свежий цвет лица, большие невинные глаза, золотистые кудри. У нее такая легкая поступь, она выглядит такой хрупкой, словно в ней есть что-то от сказочной нимфы, и это заставило Холли невольно захотеть оберегать девушку.
Дом Митчеллов располагался в Ислингтоне. Эран разговаривала всю дорогу до дома, скромно, но чистосердечно и с явной наивностью она восхитилась Ровером, городом, по которому они ехали. От ее ясных серых глаз не ускользала ни малейшая деталь. Ее живой интерес ко всему окружающему был очевиден, и Холли поняла, что Эран не могла не заметить ее хорошо скроенное пальто, уложенные волосы, отполированные ногти, новенькие туфли и шарфик. Таков был обычный гардероб работающей женщины, однако значительно более богатый, чем Эран наблюдала даже у Аймир.
— А вы уже долго живете в Лондоне, миссис Митчелл? — спросила Эран.
— Зови меня просто Холли. Эран, — сказала та.
— Холли, а когда вы уехали из Корка? Вам здесь нравится? — продолжала расспрашивать Эран.
— Да, нравится. Я приехала сюда работать медсестрой, когда мне было всего лишь девятнадцать лет, и в двадцать восемь уже открыла свое сестринское агентство. Через меня прошли тысячи ирландских женщин. Из них получаются отличные сестры.
— Правда? Почему? — с интересом спросила Эран.
— Потому что они очень заботятся о своих пациентах. Они делают это не для себя, а для них, вкладывая в работу всю душу. У них также удивительное чувство юмора, так что никто из больных никогда не чувствует себя одиноким и не впадает в депрессию. Некоторые из сестер тяжело привыкают к работе, потому что слишком близко принимают к сердцу чужую трагедию и боль. Но потом они полностью сосредоточиваются на работе, порой забывая даже про свою личную жизнь. Они никогда не теряют духовную связь со старым Бларни… — Холли вздохнула.