— Лучше я поставлю вещи на воздух, чтобы ужасный рыбный запах улетучился хотя бы немного к субботе, — сказала Эран.
На рассвете в субботу Уолтер отвез Эран на рынок Камден, где в теплом опалесцирующем свете витрин продавцы начинали свой рабочий день с чашечки чая и с обмена дружескими приветствиями. Было теплое летнее утро, солнце приятно грело щеки Эран. И тут вдруг она поняла, что сейчас — самый неподходящий сезон для продажи свитеров! Двадцать восемь градусов уже сейчас, в семь часов утра! Но она должна была одеть один из свитеров на себя и постараться при этом выглядеть мило и обаятельно.
— Боже, да ты настоящая мазохистка! — усмехнулась ей девушка за соседним прилавком.
Эран только улыбнулась в ответ:
— Привет, меня зовут Эран Кэмпион.
— А меня Бронвен Ривз, — отозвалась девушка.
Бронвен была ненамного старше Эран. Ей было максимум двадцать, она была маленькой и худенькой, в простоватой одежде. Ярко-зеленая юбка с кремовым обрамлением, ярко-рыжие волосы, завязанные в тугой узел на затылке. На ее прилавке стояли различные напитки, в том числе и вина. Здесь же были и рюмочки для дегустации. Сегодня жарко, и чего люди действительно захотят, так это немного выпить. Значит, у Бронвен очень ходовой товар.
— Да ты не сомневайся ни в чем, Эран. Люди покупают здесь все, независимо от сезона, а твои свитера таких чудных расцветок, прямо как мороженое! Так что если ты продашь не все, то уж половину — точно!
Дай Бог, чтобы Бронвен оказалась права. Надо хотя бы отработать место и не расстроить маму, которая рассчитывает на нее. Надо стараться думать о лучшем.
Эран удивилась, когда небольшая пластиковая чашка чая неожиданно оказалась у ее локтя.
— Привет. Это тебе, — сказал парень.
— Привет, спасибо. Кто ты? — спросила Эран.
— Я Тхан. Дит Тхан, — ответил он.
— Рада познакомится с тобой, Дит. Меня зовут Эран Кэмпион. Спасибо за чай, — кивнула девушка.
— Да нет. Мое имя — Тхан. Во Вьетнаме сначала говорят фамилию, а потом имя, — пояснил Тхан.
Вьетнам! Вот что Эран нравилось в Лондоне! В Данрасвее можно было целую вечность прождать, пока встретишь кого-нибудь из Вьетнама или другой экзотической страны. Он совсем не похож на европейцев, но, кажется, даже моложе самой Эран.
Эран очень удивилась, узнав, что Тхану уже двадцать четыре года; он один из восьми детей в семье военных беженцев, которые пытались начать жизнь в новой стране.
— А тебе здесь нравится? — спросила Эран.
— Да. А ты откуда? — улыбнулся Тхан.
— Из Ирландии, Данрасвей, район Корка, — ответила девушка.
— Из Ирландии? Здорово! — отозвался он.
Люди всегда так отвечали, когда не знали, о каком месте идет речь. И их совершенно не волновало, была ли там война или нет, или это вообще где-то на другой планете. Но ведь и Эран не видела разницы между северным и южным Вьетнамом. И если Тхан теперь ушел от разговора, так, скорее всего, потому, что не хотел говорить о политике своей страны, так же как и Эран. Девушке не хотелось портить себе настроение еще и такими сложными вопросами.
— А что у тебя за товар? — спросила Эран.
— Коробочки с табаком. Папа делает, а я продаю, — ответил Тхан.
— Забавно! Я тоже продаю то, что производит моя мама и ее подруги, — улыбнулась Эран.
Вдруг Эран подумала, что никакие это не мамины подруги. Молли считала женщин из своего кружка по вязанию лишь знакомыми. Но если Бронвен и Тхан были дружелюбны с Эран, так почему же и ей не отнестись к ним с ответной теплотой? Прилавок Бронвен был заставлен хаотично, но привлекал внимание, в то время как на прилавке Тхана все было разложено очень аккуратно. Эран почерпнула лучшее из их опыта и попыталась найти собственный стиль.
К восьми часам на рынке стало оживленно, ранние покупатели уже присматривали себе товар. Они пили колу и грызли фисташки. Здесь нравы были проще, чем дома у Эран, где завтрак принято было спокойно есть за столом. К несчастью, ее прилавок был в самом отдаленном конце рынка, и придется подождать, пока сюда придут первые покупатели.
— Да не волнуйся так, они придут, — сказал вьетнамец.
Тхан улыбнулся ей и сверкнул узкими зеленоватыми глазами. Но он был уже опытным продавцом и не боялся зазывать покупателей попробовать товар, быстро находил способы убедить их купить табак. Да и у Бронвен язык был хорошо подвешен, так что по обеим сторонам прилавка Эран образовалась небольшое сборище покупателей. Однако сама она молчала, и к ней никто не подходил.