Но и следов достоинства не было в тех восторженных воплях, которые вырвались у Эран, когда они подъехали к таверне, куда Бен пригласил ее на ленч: их столик на террасе был украшен дюжиной надувных желтых шариков. Так вот почему он спрашивал, какой у нее любимый цвет! Даже тюльпаны в вазе были желтые — милый сюрприз, который привел ее в состояние истинного восторга.
— О Бен! — только и повторяла она.
— С днем рождения, любимая, — нежно сказал он.
Любимая? В самом деле? Эран показалось, что это действительно так, пока они сидели за столом, медленно ели и долго обсуждали две последние песни и свои планы на лето, которое должно было принести много перемен.
— Я не могу работать на двух работах после того, как стала заниматься твоей карьерой. Бен, и ты тоже больше не можешь работать официантом. Мы свалимся от истощения. Я хочу записать эти две песни и пустить их по нужным людям, по радиостанциям и студиям звукозаписи… а тебе надо сосредоточиться на написании песен и репетициях… И нужна аппаратура: микрофоны, усилители, соответствующая акустика… — говорила Эран.
— У моих друзей полно аппаратуры, я могу взять ее напрокат. Я могу поискать работу получше, в каком-нибудь более приличном месте — в ночном клубе или в ресторане при гостинице, — сказал Бен.
— Хорошая мысль. Никогда не известно заранее, кто из публики там может оказаться. Но я не могу решить, что делать… — Эран запнулась.
— Почему бы тебе не бросить дневную работу? Если у меня будет более оплачиваемый вариант, я заработаю достаточно для нас обоих. Ты всегда можешь подзаработать, торгуя на рынке, но у тебя будет гораздо больше времени. К тому моменту у тебя уже будет диплом, — предложил Бен.
— Да… дело лишь в том… — Эран замолчала.
— В чем? — спросил Бен.
— Я не хочу подводить Холли. И я буду скучать по ребятишкам, — призналась Эран.
— В самом деле? — Бен улыбнулся.
— Да, ты же знаешь, я очень к ним привязалась, ко всей семье. — Эран вздохнула.
— Но у тебя буду я. Мы будем жить вместе, — сказал Бен.
Жить вместе! Бен готов к этому, он хочет иметь с ней общий дом?!
— Ты уверен. Бен? Это то, что ты хочешь? — спросила Эран.
— Да. Я не имею в виду женитьбу или семейный дом, дети, общую собственность и все такое. Я говорю о том, чтобы попробовать жить вместе, снять жилье. К твоему сведению, я потерял желание ко всем женщинам, если ты сама не заметила, — сказал Бен.
Эран это заметила, так же как и то, что сами женщины отнюдь не утратили интерес к Бену. Каждый раз, когда он появлялся на рынке, чтобы помочь ей, начинался наплыв покупательниц. Само его появление привлекало вереницы роскошных девиц, которым срочно понадобилось приобрести новый свитерок. Бен шутил и флиртовал с ними, как всегда поступал с попадавшимися ему на глаза девушками, но Эран знала, что Бен не нарушает свое обещание и терпит воздержание с января. Испытывает себя, подумала она.
— И тебе хватит меня одной? — улыбнулась Эран.
— Эран, я влюбился в тебя. Мы дружим уже несколько месяцев и, конечно, станем любовниками. Я могу петь в любом месте земного шара, мы будем путешествовать, поедем в Индию, у нас все будет прекрасно! Давай перестанем говорить об этом и просто будем жить и делать все это, — сказал Бен.
Любовь, путешествия, веселье, роман. Эран только что исполнилось восемнадцать, и волна радости окатила ее с головы до ног, в голове у нее все плыло.
— Давай! — сказала она.
Одним прыжком Бен преодолел разделяющий их стол, схватил Эран в объятия и крепко поцеловал.
— Сдавай свои экзамены, увольняйся с работы и подыщи нам жилье. Что-нибудь попросторнее, чтобы поместилось пианино. Пятнадцатого июля мне исполнится двадцать лет, мы переедем в этот самый день и займемся любовью прямо на пианино! — предложил Бен.
Эран хихикнула:
— Уж лучше пусть это будет рояль в таком случае!
— Точно, как говорите вы, ирландцы, все должно быть «супер»! У нас будет супервремя, — улыбнулся Бен.
Эран подумала о маленьком офисе Филиппа Миллера в Ферлиге, и у нее закружилась голова от восторга. Как может стремительно меняться жизнь: не было ни гроша, и вдруг все сразу!
— Я люблю тебя, Бен, — сказала она.
— Я тоже люблю тебя, Эран. Я плохой человек и не достоин тебя, но я постараюсь стать другим, — сказал Бен.
Солнечным июньским днем Эран сидела на скамейке в Риджентс-парке, погрузившись в созерцание своего диплома. Логотип небольшого колледжа, где она только что его получила, был не самый впечатляющий, и вряд ли кто-то примет ее за одну из выпускниц Оксбриджа, но документ подтверждал, что она достаточно узнала о бизнесе, чтобы ее воспринимали всерьез. Возможно, по внешнему виду Эран трудно сказать, что она разбирается в венчурном капитале, в маркетинговых стратегиях, развертывании ресурсов или коммерческом праве, но в документе все это было зафиксировано.