Экономический «финт», как объяснил ей агент по недвижимости, ничего удивительного, ведь скоро выборы. Тори лучше сплотиться.
Эран не очень хорошо разбиралась в особенностях политической борьбы, но если большинство членов партии тори были похожи на отца Бена, то она уж скорее будет голосовать за лейбористов!
Гай, стойкий член партии тори, предсказал, что последняя «зима неразберихи и упадка» положит конец карьере «этого ничтожества» — премьера Джеймса Каллагэна.
Эран удивило то, что в политике карьера очень отличалась от карьеры в музыке: один раз поскользнулся — и все кончено. Любой человек, имеющий хоть немного мозгов, скажет — не надо гнаться за славой, деньгами, влиянием, связанными с политикой.
Майлс Ирвинг и еще два человека посоветовали Эран найти хорошего эксперта по инвестициям, чтоб пристроить деньги, которые они с Беном заработали, но после встречи с одним агентом у Эран появилась масса подозрений. Агент посоветовал ей вложить средства в некие акционерные общества, чьи акции были сейчас в цене. Когда же Эран проверила информацию, оказалось, что две фирмы из трех принадлежат тому же самому банку. Поскольку Бен был против того, чтобы покупать дом, а Эран считала покупку дома лучшей инвестицией, Эран наконец сделала настолько простую вещь, что ей даже стало смешно: она решила воспользоваться схемой сбережений почтовой компании. Почтовая схема! Если бы поклонники Бена узнали об этом, они бы просто обалдели. Скорее всего, они думают, что Бен живет в мире спортивных машин и сексапильных красоток! Но в настоящий момент Бен был занят с утра до вечера, он не вылезал из студии. Если Бен хочет хорошо провести время в Европе, Эран придется предусмотреть это в бюджете.
Осмотрев несколько домов, Эран выбрала один, в районе, который ей очень понравился. Хэмстед был весь холмистый, наполненный воздухом, с веселой, приподнятой атмосферой, которая, как казалось Эран, понравится и Бену. При этом в нем было и что-то деревенское: район был маленький, так что даже была вероятность познакомиться с соседями. И еще он был весьма дорогой: от мысли, что они могут себе это позволить, у Эран слегка кружилась голова.
Дом был чудесный — и Бен согласился, что они могут арендовать его и ничего не покупать. Это был двухэтажный кремово-желтый особняк с террасой, построенный в 1830 году, с голубой дверью, один из домов в ряду себе подобных, таких же приятных пастельных тонов. Внутри были две большие гостиные, две огромные спальни, спальня поменьше и самое главное — яркая кухня, выходящая во двор, в котором цвели розовые тюльпаны и росли две яблони. Для шумного города это было очень спокойное место, и агент заверил Эран, что никто не будет возражать против игры на рояле — это был такой район, жильцы которого сами почти все играли на рояле.
Но это было очень важное решение, и Эран решила отложить его до утра. Эран попрощалась с агентом и пошла прогуляться по окрестностям. Через пару минут она обнаружила книжный магазин, очень ей понравившийся, кафе, где она посидела над чашечкой кофе, впитывая в себя дружелюбную атмосферу заведения, а затем — дом, где жил поэт Китон, причем не только жил, но и написал свою известную «Оду к соловью». А дальше стояли дома, в которых когда-то жили Джон Голсуорси и художник Констэбль, а дальше был Хэмстед-Хит с прекрасными пейзажами, и многие лондонцы выгуливали там своих собак. Вспомнив о деньгах, которые они потратили в прошлом году на спортивный клуб, который ни Эран, ни сам Бен не имели практически времени посещать, Эран рассматривала Хит с этой точки зрения как очень удачный вариант: они бы могли гулять и заниматься спортом, как только у них выдались бы лишние полчаса. А после гастролей в Европе они могли бы даже завести собаку.
В тот же вечер Эран рассказала Бену о доме.
— Хэмпстед, но это же Бог знает где, — возразил Бен.
— Но, Бен, как там красиво! Это как Челси или Кенсингтон, только нет снующего повсюду транспорта… правда, поезжай и посмотри сам, пожалуйста, — сказала Эран.
— А место для рояля там есть? — спросил Бен.
— Да! Это первое, о чем я подумала, — кивнула Эран.
Бен улыбнулся. День в студии прошел удачно. Работа с видео ему нравилась больше, чем в студии звукозаписи, он чувствовал себя немного актером. А скорее даже режиссером.
— Ну хорошо, давай снимем этот дом, — согласился он.
В этом был весь Бен. Достаточно ему было убедиться в основном, и он уже не интересовался мелкими деталями. Эран подумала, что он прекрасно бы жил и в хижине, и в шалаше, и на грузовой барже или в пент-хаусе, если бы там было достаточно места для рояля и для гостей.