Рядом раздались щелчки, и я наклонил голову в сторону. Алекс крепко держалась за парту, наклонившись ко мне и щелкая свободной рукой.
– Посмотри, – произнесла одними губами, выставив перед моим лицом телефон.
Сморщился, в попытке разглядеть мелкие буквы на экране смартфона, и дыхание замерло само по себе, когда буквы соединились в связное предложение: «Шла в туалет, налетела на Марка».
Отвернулся, прикусив костяшки, и сжал с силой карандаш. Треск. Карандаш сломался в руке и я пустым взглядом посмотрел на остатки в побелевшей ладони, медленно наполнявшейся краской. Эмили с волнением коснулась моего плеча, что-то спрашивая.
Успокойся, Дилан.
Выдохнул через нос и бросил остатки карандаша в открытый портфель. Поднялся, закинув его на спину, и сжал в руке лист. Твердыми шагами направился к столу преподавателя.
Я пытался усидеть на месте, пока остальные спокойно проходили мимо этого урода, но сейчас… О-о, сейчас мое терпение на пределе. Подходи ты, черт тебя дери, ко всем и я не трону тебя, но не к этой девушке.
Бросил работу на стол и направился к выходу, но за спиной раздался строгий голос:
– Я не приму пустой лист, – словно с насмешкой заявил преподаватель, и я остановился у двери. Уверен, он смотрел мне в спину, стараясь прожечь её, но я лишь сжал ладонь сильнее, бросив тихое «как хотите» и вышел из кабинета. Куча взглядов уперлось в мою спину.
Все знали о моей нестабильности и с нетерпением ожидали, когда же я сорвусь. Им было интересно, хоть они и боялись меня в эти моменты. Даже отец боялся и сторонился.
Кристин не сторонилась.
Запустил пальцы в волосы, после чего потер лоб до покраснения, спускаясь по лестнице. Нужно выкинуть эти мысли. Хватит. Чем больше я смотрю на неё, тем сильнее во мне растет непонимание и злость. Кристин постоянно шла на принципы, игнорировала мои слова, не слушала, из-за чего я срывался, а после смотрела своими большими глазами, словно ни в чем не виновата. Её голос дрожал, словно это я довел её, а не она меня. Она как ребенок…
Как ребенок, один лишь взгляд которого заставил меня задержать дыхание.
Рука нервно дрогнула, когда я поднес кулак ко рту. Осталось пару метров до женского туалета и если этот урод стоял там, то я размажу его по стенке. Он ведь так поступал со своими жертвами.
Совсем рядом раздался знакомый голос:
– Все будут в парах.
Услышал ворчание Кристин и притормозил, задержав дыхание.
– Я даже не знаю.
– Да брось, что тебе терять? Я буду рядом. Будешь моей спутницей?
Скрип дверей.
– Не будет, – ответил за Кристин, зайдя в неосвещенную комнату. Поднял глаза на парочку, ощутив рвотные позывы. Кристин тяжко вздохнула, заметив меня:
– Это женский туалет, – произнесла с какой-то обреченностью.
Нахмурился, наклонив голову в бок, и рассмотрел Марка. Он стоял довольно близко к Кристин, буквально в шаге.
– Кажется, твой друг не расслышал, – улыбнулся он, с вызовом поглядывая в мою сторону.
– Это ты не расслышал, она с тобой никуда не пойдет.
Мне захотелось прямо сейчас размазать его самодовольную ухмылку и я даже поддался желанию, шагнув вперед, но путь преградила Кристин.
– Не говори, – она ткнула пальцем в мою грудь, заставив опустить на неё глаза, – что это ты решаешь с кем мне идти, а с кем нет. Какое право ты имеешь?
Я сглотнул, напрягая мышцы, но на лице не было никаких эмоций. Она даже не знала, что он мог быть убийцей, поэтому спокойно стояла рядом с ним в туалете. Действительно, с чего бы я решал за неё. С чего бы ни запрещал идти на бал с убийцей?
– Я слышал, что Дилан идет со своей девушкой, – начал Марк, но я перебил:
– А я слышал, что ты идешь нах…
– Хватит, – вздохнула Кристин, не дав договорить. Но я не сдался так просто.
– Вроде бы я упоминал, что ты не в её вкусе, – отошел к стене, – или ты забыл?
– А кто в ее вкусе? Ты?! – Марк засмеялся, сложив руки на груди подобно мне.
Кристин прошептала, пряча лицо в ладонях:
– Прекратите.
– Она выберет кого угодно, только не тебя, – заявил спокойно, но ухмылка появилась на лице, – ты только руки на себя не наложи. Или на кого-нибудь другого.
Кристин вскрикнула, схватившись за голову и расставив локти:
– Заткнитесь! – все замолкают, – завтра я иду с Марком, и если ты хочешь возразить, – она указала на меня пальцем, прошипев, – если правда хочешь, то скажи это Эмили.
По спине побежали противные мурашки. Опустил взгляд на бледное и обиженное лицо Кристин, проскрипев зубами. Неужели не понятно, что я забочусь о твоей пятой точке?
– Значит, решили, – торжественно заключил Марк, опустив ладонь на плечо Кристин. Внутри меня все сжалось, а взгляд приковался к его руке, – я заеду за тобой в семь вечера.