Выбрать главу

- Хорошо.

Она повернулась к нему, сдвинув брови. - Что в этом хорошего? Что ты, вообще, задумал?

- Ничего особенно страшного, - сказал он, стараясь ее утихомирить. Я сейчас скажу. Самое главное, ты выяснила, как достать жратву? Я умираю с голода.

- Да, как раз для этого предназначен третий овал на панели сна блокировка телефонной связи. У края пульта находится потенциометрическая система, с помощью которой можно управлять чем угодно - подачей пищи, телефонами, дверями, и так далее. Если ты на секунду отойдешь, я тебе покажу.

- Минутку, - сказал он. - Не то, что я тебе не доверяю, Джанетт, но ты знаешь, такое дело - сейчас эта штука в моих руках, и мне не хотелось бы ее выпускать.

- Резонно. И что ты намереваешься с ней делать?

- Не знаю, нужно сначала в ней получше разобраться. Во-первых, как оглушают пленников без всяких костюмов?

- Нет, - сказала она.

- Что значит, нет? - рявкнул он, чувствуя, как в нем снова нарастает раздражение. - Послушай, девочка...

Он спохватился, но понял, что уже поздно. Она со спокойным любопытством наблюдала, как он пытается успокоиться, а потом сказала:

- Продолжай. Это был настоящий хохот гиены.

Он сжал кулаки, но снова заставил себя расслабиться, зная, что она наблюдает за происходящим. Он выдавил:

- Извини. Я устал и голоден. Постараюсь больше на тебя не рычать. О'кей?

- О'кей. - Но больше она не сказала ни слова.

- Так как насчет эффекта отключки?

- Извини. Я больше не буду отвечать на вопросы, пока не услышу ответ на свой. Всего один и очень простой. Когда ты действительно овладеешь кораблем - а без меня тебе это не удастся - что ты собираешься с ним делать? Ты все время повторяешь, что скажешь "сейчас". Вот и скажи.

- Ладно, - сказал он с раздражением. - Ладно. Но помни, ты сама об этом попросила. Если тебе не понравится - я не виноват. Я хочу воспользоваться этим кораблем, чтобы навести порядок. Поджигатели войны, пуритане, легавые, снобы, жлобы, бюрократы, вояки, бэрчисты, фашисты... все кто выступает _п_р_о_т_и_в_ чего-либо, свое получат, прямо по сусалам. Я собираюсь разнести всех власть имущих, отсюда до Токио. Если они меня поддержат, о'кей. Если нет, к черту! Не смогу усыпить их, взорву. Я буду сражаться за свободу для _в_с_е_х_, полную свободу и сразу. Лучшего случая не представится. Лучшего оружия, чем этот корабль, не будет. И лучшего человека, чем я, не найдется.

Его голос чуть упал. Мечта обретала почву под ногами.

- Ты чертовски хорошо знаешь, что случится, если я дам захватить этот корабль Пентагону или легавым. Они утаят его - спрячут - сделают из него оружие. Холодная война еще больше усилится. А эта сонная штуковина - они с ее помощью будут управлять всей нашей жизнью. Будут за нами следить. Шляться по нашим хатам. Шпионить. И все такое прочее. Теперь у нас есть шанс установить справедливость. Именно это я и собираюсь сделать!

- Почему ты? - спросила Джанетт. Голос ее звучал очень рассеянно.

- Потому что я знаю, какова жизнь неудачника. Я через все это прошел. Меня унижало каждое дерьмо, которое ходит по земле. А у меня долгая память. Я помню каждого из них. Каждого. В голове у меня есть имя каждого, прозвище каждого и адрес. С такой штукой, как этот корабль, я могу отыскать любого из них и расплатиться. Никаких исключений. Никакой пощады. Только Справедливость. Реальная, чистая, простая штука.

- Звучит неплохо.

- Еще бы.

- А как насчет Советов? Я что-то не заметила их в твоем списке.

- О, конечно; я ненавижу коммунистов. А также милитаристов - именно Пентагон, для начала, втянул нас в эту кашу, ты же знаешь. Свобода для всех - одним ударом!

Казалось, она обдумывала сказанное. - Женщин тоже?

- Конечно, женщины! К чертям двойной стандарт! С обеих сторон!

- Я не вполне понимаю тебя, - удивилась она. - Я думала, что двойной стандарт имеет только одну сторону - мужчинам можно, а женщинам нельзя.

- Знаешь, это не так. Именно женщины хозяева положения - им всегда можно, именно они всегда говорят "нет". Настоящая свобода у них.

- И как ты собираешься это исправить? - спросила она каким-то сонным голосом.

- Я... ну, у меня не было случая подумать об этом...

- Мне казалось, что ты довольно много об этом думал.

Джанетт уверенно пошла от пульта управления к коридору. Изорванное платье развевалось полосами. Карл положил палец на ее кнопку.

- Стой!

Она остановилась и обернулась, прикрывая рукой бедра, смешная скромность, учитывая все обстоятельства.

- Что?

- Мне наплевать, что ты думаешь. Если ты не врубилась, твоя забота извини, начальник. Но ты мне нужна, и я тебя получу.

- Нет, не получишь. Ты можешь усыпить меня, но ты меня не получишь.

- Получу. Я могу тебя разбудить. Я не дам тебе еды. Ты всю жизнь проведешь в своей клетке - голодная и без сна. А тем временем я поиграю с пультами. Может быть, я разбужу кого-нибудь еще, кто захочет помочь. Может даже кого-то из экипажа. А может я ошибусь и все взорву - если ты не вешала мне лапшу насчет этого. Подумай об _э_т_о_м_ некоторое время. Помогай, или взлетишь к чертовой матери! Как тебе?

- Я подумаю, - ответила она и пошла прочь.

Карл в ярости прикусил язык и повернулся к главным пультам. Эти доброхоты. Все они, по сути, одинаковы. Дай им возможность _с_д_е_л_а_т_ь что-то, как у них поджилки трясутся.

Теперь он сам должен был принимать решения. Неплохо бы узнать, где найти Лавель. Но было приятнее считать, что Джанетт в нем чертовски ошибалась. Теперь у него появилась цель, и он был выше подобной ерунды, во всяком случае, сейчас. Когда он покорит мир, он найдет и получше, чем любая из них.

Злясь от голода, он царапнул ногтями по ярким маленьким лампочкам.

6

Но в конце концов ему пришлось признать, что большинство его угроз были просто бравадой. Приборы и органы управления на панели явно располагались логичными группами, но не имея технической подготовки, он не мог даже в общих чертах понять их назначение; и хотя везде были надписи, сам их шрифт представлял для него такую загадку, как осциллограмма - на которую они сильно походили.

Кроме того, его умственные способности отнюдь не улучшились от того, что он больше суток провел без пищи. Он решил, что лучше быть благоразумным. Единственным другим выходом было разбудить кого-то из членов экипажа, надеясь, что случайный выбор падет на раба, а не на офицера, и попытаться заставить его прочитать надписи; но риск был очевиден, и Карл боялся. Если только он действительно не хотел взорвать эту лавочку - а он таких намерений не имел - ему ничего не оставалось, кроме как еще раз попытаться поладить с Джанетт.

Она не выглядела такой изможденной, как он надеялся, но все-таки, она и ела и спала не так давно, как он. Одновременно осознавая, что он не только изможден, но и грязен, он сделал еще одну попытку внушить доверие.

- Послушай, мне очень жаль, что я тебя напугал. Я устал, голоден, и вообще, на пределе. Давай все обсудим еще раз, спокойно, как цивилизованные люди.

- Я не разговариваю с уголовниками, - холодно сказала она.

- Я тебя не виню. С другой стороны, пока ты сопротивляешься, мне придется как-то тебя держать в рамках. Ты единственный из пленников, который знает столько же, сколько и я. Черт, о некоторых вещах ты знаешь больше меня.

- Последнее, что я слышала, ты не просто собираешься держать меня взаперти. Ты собирался меня мучить.