- Как думаешь, он до меня доберется?
Костя нажал кнопку отбоя и посмотрел на девушку.
- Я не допущу этого.
- Ты не в силах изменить то, что предначертано судьбой, - туманно сказала Аня. – Он уже рядом со мной.
- О чем ты? – недоумевающе спросил полицейский, борясь с внезапно нахлынувшей сонливостью. Где-то на фоне разрывался мобильный.
- Мне очень жаль, Костя, - последнее, что услышал Арбатов прежде, чем провалится в беспамятство.
Глава 16
Доверие — такое хрупкое и ненадежное человеческое чувство. Но все равно мы каждый день, каждый час и каждую секунду доверяем свои мысли, чувства, желания и даже жизни близким, а иногда и чужим людям. Надеемся, ждем и верим. Зачем? А главное кому это нужно? Глупые, самонадеянные люди! Каждый раз мы говорим себе, что это в последний раз, что больше никто и ничто не разобьет нам сердце. Глупцы! Мы все наивные глупцы. Каждый раз, вновь и вновь, зная, что будет мучительно больно, мы все равно верим людям, верим в любовь. И нет этому ни начала, ни конца. И так будет всегда, вплоть до самой нашей смерти.
Белый диск Луны ярко, будто насмехаясь над мрачностью ситуации, освещал фигуры мужчины и девушки. Хрупкая, с виду почти дитя, она тихо стояла возле привязанного к стулу мужчины. Всего на один-единственный миг Луна осветила ее лицо, нежное и безмятежное, лицо, на котором не было видно ни пороков алчности и сластолюбия, ни жестокости и злобы. Мужчина тихо застонал.
— Аня, — его шепот в этой тишине прозвучал громче крика.
— Я здесь, — она немного наклонилась, так, чтобы он смог ее увидеть. — Думала, что ты проспишь дольше. Видимо, организм у тебя крепкий.
Костя несколько раз моргнул, тряхнул головой, прогоняя последние остатки долгого сна, и быстро оглядел комнату. Только он и Аня. Кого-то тут не было. А ведь должен быть кто-то третий. Но кто? Нахмурил лоб, пытаясь воссоздать произошедшее.
— Скорпион, — ненавистное имя всплыло само и отдалось в сердце острой, режущей болью. — Аня, нам нужно бежать, — он говорил торопливо, боясь, что убийца вернется. — Ничего не бойся, я понимаю, он тебя заставил. Верь мне, я смогу тебя защитить.
И тут же удивленно отпрянул. Аня смеялась. Весело, заразительно смеялась. Костя, ничего не понимая, просто смотрел на возлюбленную. Она была совсем не похожа на себя, резко став совершенно другой, более жестокой и резкой. Но тут смех её прекратился так же резко, как и начался. И глаза Аня вспыхнули дикой, всепоглощающей ненавистью. Такой, что сердце мужчины невольно сжалось. «Она тебя не любит. Она с ним заодно, глупец. Ты должен был обо всем догадаться», — внутренний голос тут же высказал свое предположение. От этой мысли Костя неосознанно закрыл глаза. Сложно признать свои ошибки. Еще сложнее признавать, что дураком тут был ты сам.
— Ты ничего не понял, Арбатов, - ее голос стал ниже и грубее. – Разгадка была прямо перед твоим носом, но ты не догадался. Ты же читал дневник той, первой жертвы. Но ничего не понял. Ты видел имя Шаула, но не поинтересовался о его значении. Это звезда в созвездии Скорпиона, его жало. И ты ничего не понял. А ведь было столько подсказок, столько намеков. Но ты был слеп, Арбатов. Ты видел лишь слабую, но красивую девушку, ты так хотел кого-нибудь спасти. Но спасать нужно было тебя. И даже не подумал, почему я оказывалась в нужном месте каждый раз, как к тебе приходил Скорпион. Мне даже стало скучно с тобой. Ты так рьяно хотел меня защищать. Ты ведь был готов умереть ради меня, не так ли?
- Кто ты? – презрительно спросил Костя, понимая, что нужно потянуть время, узнать, как можно больше о той, кого он считал своей женщиной.
- Меня зовут Екатерина Котова, я из посёлка, который находится далеко на Урале. Мои родители еще живы, однако я с ними не общаюсь. В этом я тебе не солгала.
- Зачем ты изменила имя?
- У меня была сестра-близнец, - с какой-то мстительностью объяснила девушка. – Ее всегда любили больше, чем меня. Я была для них трудным, неудобным ребенком. А Аня… О, она была идеальна: тихая, скромная, вечно занимающаяся уроками и читающая книги.
- Что ты с ней сделала? – пораженный своей страшной догадкой спросил Костя.
- Я ее утопила, - будничным тоном ответила девушка. – И примерила на себя ее личность. В нашем поселке даже не стали делать вскрытие. Все поверили мне на слово. Долгих семь лет я была примерной домашней девочкой, но потом.