Он расспрашивал, нравится ли мне жизнь на борту.
— Здорово, правда? — сказал он и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Чувствовать, как свежий морской бриз веет тебе в лицо… ощущать, как корабль поднимается и опускается на волнах… Море, которое постоянно меняется — то мягкое и нежное, то вдруг гневное и яростное. Ты еще не видела его ярости — и, надеюсь, никогда не увидишь.
Он рассказывал мне о тех местах, которые мы собирались посетить. Сейчас мы были в самом начале нашего путешествия, и нам предстояло пройти через Бискайский залив. Говорят, он довольно капризен и можно ожидать внезапных шквалов. Нужно следить за течениями и ветрами. Иногда ситуация оказывается благоприятной, иногда — наоборот. Потом нам предстояло пройти по Средиземному морю и зайти в порты Неаполя и Суэца.
— Мы пройдем по каналу. Тебе будет очень интересно, Кармел. Совсем недавно нам пришлось бы огибать Кейп-Код, но теперь у нас есть удобный искусственный канал. Тебе понравится Неаполь. По-моему, Италия — одна из самых красивых стран в мире. А Египет — самая загадочная. Ты увидишь мир, Кармел. Ты скучаешь по своим урокам? Наверно, это не очень правильно. Но такое путешествие… ты узнаешь намного больше, чем из школьных учебников… наверное. В любом случае, мы с тобой будем так считать. Это успокоит нашу совесть, что иногда очень неплохо.
Он часто рассказывал о путешественниках — о Христофоре Колумбе, о сэре Френсисе Дрейке. О том, какими они были смелыми, отправляясь на своих кораблях — совсем не похожих на «Королеву морей» — еще до того, как были составлены карты… не зная, с какими испытаниями им придется столкнуться.
— Представь себе шторма… отсутствие снаряжения. Какие люди! Разве это не вызывает гордости? Путешествия, открытия! Какие были времена! Какие приключения!
Я любила, когда дядя Тоби так говорил. И заражалась его энтузиазмом. В моих глазах он был таким же великим, как Христофор Колумб и сэр Френсис Дрейк.
Дядя Тоби упоминал о дальних странах, и я мысленно возвращалась в классную комнату в Коммонвуд-Хаусе, и передо мной возникала мисс Карсон, которая показывала эти страны на вращающемся глобусе.
В такие моменты меня угнетало чувство вины. Я так быстро забыла обо всем. У меня появлялось опасение, что там не все гладко. Я вспоминала взгляды украдкой и ухмылки, которые часто замечала у няни Гилрой, и несчастное, печальное лицо мисс Карсон.
Они все были огромной частью моей жизни, а теперь превратились в тени… в кукол, принадлежащих другому миру — миру кошмаров и секретов, от которого меня чудом спас дядя Тоби.
Бывало, я просыпалась и думала, что я в спальне в Коммонвуд-Хаусе и происходит что-то ужасное, чего я не понимаю. Меня переполняли дурные предчувствия — и в этот миг я замечала, что корабль покачивается на волнах под ранним утренним солнцем, и видела свет над переборкой. И понимала, что это был просто сон, что я в своей койке и подо мной спит Герти, в этом прекрасном мире, в который меня забрал дядя Тоби. Потом Герти спрашивала: «Ты проснулась?», и я радостно откликалась: «Да!»
— Чем будем сегодня заниматься?
Идеальное начало дня для девочки, которой нет еще и одиннадцати лет. Но скоро исполнится, ведь март уже не за горами.
Форманы приняли меня радушно, потому что мы с Герти стали лучшими подругами. Я пила с ними чай, сидела на палубе и казалась членом их семьи. Джимми нечасто бывал с нами. Мы с Герти были младше его, и он считал нас слишком маленькими, чтобы составлять нам компанию. В любом случае, мы были девчонками, а он не очень-то их жаловал. Он проводил много времени с матросами, расспрашивая о корабле.
Мистер и миссис Форман очень обрадовались, что Герти нашла себе подругу. Удивительно, как быстро в плавании люди становятся близкими друзьями. Думаю, потому что они проводят много времени вместе.
Мы пересекли залив без каких-либо осложнений и теперь шли по Средиземному морю. Дядя Тоби сказал мне, что компания собирается поехать на экскурсию в Помпеи и Геркуланум и было бы неплохо присоединиться к ним.
— К сожалению, я буду очень занят, но почему бы тебе не поехать с Форманами?
Мы с Герти уже обсуждали это.
— Мы должны поехать, — сказала она, добавив, что ее семья будет рада, если я составлю им компанию.
Форманы с радостью согласились — кроме Джимми, который хотел поехать не с ними, а с Тимоти Лизом, с которым делил каюту.
Это был замечательный день. В воображении я перенеслась в прошлое, когда случилось ужасное извержение. Надо мной возвышалась зловещая гора. Было нетрудно представить себе панику, возникшую, когда горячий пепел поднялся над жерлом вулкана и опустился на город, похоронив под собой его обитателей.