— Вот же черт! — выругался Иван Антонович, — согласно всех договоренностей и распоряжений наш вагон должны были сразу же отвезти на базу Тихоокеанского Флота, а они, вишь что, учудили — отцепили, и дело с концом, придется идти выяснять. Обычно такое происходит, если ли где-то, какой-то человек положит какую-то бумажку не в ту стопку, и, пошло-поехало.
И Иван Антонович, позвав с собой Ивана Васильевича, отправился, как он сказал, «качать права». Вернулись они часа через два, и Иван Антонович пояснил Николаю, что для решения вопроса пришлось звонить в Москву, дежурному наркомата, а потом на квартиру наркому, так как в Москве еще ранее утро. Благо Иван Антонович помнил все пароли для связи, и ему удалось довольно быстро связаться, и сообщить о возникшей задержке. — Теперь будем ждать, пока из Москвы не поступят необходимые распоряжения, — закончил он повествование.
Прошло еще часа два или три, и снова пыхтящий маневровый паровоз подкатил к их вагону, грохнули сцепы, и путешественники снова отправились в дорогу, которая теперь длилась не более трех часов. На этот раз их вагон двигался впереди паровоза — не в образном, а реальном смысле. Почему так — стало понятно, когда вагон, толкаемый паровозом, въехал в открытые ворота огромного ангара. Вагон отцепили, и паровоз, дав гудок, покатил назад, теперь уже задним ходом. А если бы он привез вагон обычным способом?
— Ну, с прибытием, братцы! — сказал Иван Антонович. — Первый этап нашей миссии благополучно завершился, и теперь нам предстоят более сложные дела. Прежде всего — переоснащение первой торпеды, а следующие, разумеется, пойдут проще. Это — ваша ответственность, Иван Васильевич.
— Слушаюсь, — отозвался балагур серьезным голосом.
— Ну, и испытания, конечно, — продолжил Иван Антонович. — Это ваша ответственность, товарищ Исаев, — продолжил он.
— Есть! — ответил Николай, так, как отвечал, будучи красноармейцем.
— А теперь пойдем знакомиться с командующим, товарищи, — закончил разговор Иван Антонович.
Как только они вышли из ангара, все, трое, остановились, пораженные новыми ощущениями. Прежде всего, это был, конечно же, несравненный запах, запах моря, шум ветра и плеск волн, накатывающихся на берег. И ощущение необъятной дали, так как между стеной ангара и другим зданием до самого горизонта простиралось море.
— О, море! — прошептал Николай.
— Целый океан, Тихий! — добавил Иван Васильевич.
Но их романтичное настроение было прервано подошедшим человеком в военно-морской форме. — Здравствуйте, товарищи! — сказал он. — С прибытием! Я — Командующий Тихоокеанским Флотом, адмирал… — и человек проговорил свою фамилию, но Николай ее не расслышал из-за порыва ветра.
Иван Антонович представился сам, и представил своих попутчиков.
— Пойдемте в штаб, товарищи, — предложил адмирал, — там все и обсудим. — Места для проживания вам уже подготовлены в общежитии для командного состава, и там же находится столовая, где вы будете питаться, — сообщил он уже по пути.
— Я прекрасно знаю, что ваша миссия секретная, — продолжил адмирал, когда они расселись в его кабинете, — и мною подготовлен приказ об увеличении количества охраны и патрульной службы, но я хотел бы, чтобы вы его посмотрели, возможно, пожелаете что-нибудь добавить. Вот, посмотрите, — и он протянул приказ Ивану Антоновичу.
— Нет, нет, — отозвался Иван Антонович, — ничего этого не нужно, никаких дополнительных мероприятий. В вашем городке, скорее всего, есть чужие глаза и уши, и они сразу поймут, что мы прибыли с какой-то секретной миссией, и попытаются узнать эти секреты, а они на эти вещи большие мастера.
— Позвольте, — остановил его адмирал. — Но нам никак не скрыть того, что в городке появились новые люди, которые приехали специальном вагоном.
— Скажите, — пожалуйста, — вмешался в разговор Иван Васильевич, — а у вас здесь бывают посторонние?
— Да, бывают, это комиссии, но они все состоят из военных, и еще приезжают представители заводов-изготовителей вооружения, если возникает какой-то сложный вопрос.
— Вот и хорошо, — подключился Иван Антонович, — пусть мы будем представителями завода-изготовителя торпедного вооружения, которые прибыли специально оборудованным вагоном для регламента торпед, у которых истек срок хранения. Годится такая версия, если ее можно как-то распространить?
— Да, вполне годится, — отозвался адмирал, — она соответствует действительности. Фролов! — сказал адмирал в трубку телефона, — если чай готов, пусть несут.
Открылась дверь и в кабинет вошла женщина в белом переднике с подносом в руках.
— Вот, Даша, — сказал адмирал, — у нас гости, с самого Урала, с завода, прибыли специально оборудованным вагоном, будут проводить регламент торпед, у которых истек срок хранения. Ой, да что я говорю, это же секрет, — адмирал хлопнул себя по голове, — беда, старею. (На взгляд Николая ему было немного больше сорока лет).
— Да вы не волнуйтесь, товарищ адмирал, — сказала Даша, — вы же знаете, я — могила.
— Ну, вот, — рассмеялся адмирал, когда Даша вышла, — через час весь наш городок будет знать об этом, по секрету, разумеется. Следующий вопрос, товарищи, — о переоборудовании торпед.
— А вот с этим не беспокойтесь, товарищ адмирал, — ответил Иван Антонович. — В составе нашей группы имеются опытные слесари-оружейники, и руководить ими будет Иван Васильевич, который изучил торпеды по чертежам, так что мы справимся своими силами. И еще в составе нашей группы имеются опытные контрразведчики НКВД, они все в гражданской одежде, и будет осуществлять охрану во время работы.
— Вот и хорошо, — отозвался адмирал, — так как наши оружейные мастера знают только, как обслуживать торпеды, а с внутренним содержанием незнакомы. Теперь еще серьезный вопрос, — с какого корабля будем проводить испытания? На нашем флоте торпедами вооружены подводные лодки, миноносцы и торпедные катера. Сразу хочу сказать, что использовать подводную лодку крайне нежелательно, так как все они в дозоре, да и перезаряжать торпедные аппараты подлодки — трудоемкая и опасная процедура. Поэтому, вам на выбор — миноносец или торпедный катер. Правда, сейчас период зимних штормов, погода для катеров неподходящая и почти все они находятся на ремонте и обслуживании, но буквально сегодня установилось затишье, которое по прогнозу продлится не менее декады. Так что выбирайте — миноносец или торпедный катер.
— «Ничего себе, затишье», — подумал Николай, — «вон как сифонит».
А Иван Антонович и Иван Васильевич вопросительно посмотрели на Николая, так как за испытания отвечал он.
— Я выбираю торпедный катер, — ответил он, вспомнив рассказы моряка Волкова о том, что самой сложной является стрельба с миноносца, так как торпеды выбрасываются через борт корабля, и при расчете торпедного треугольника нужно еще учитывать и вектор движения самого миноносца.
— Значит, это вы будете принимать участие в испытаниях, — догадался адмирал. — А как у вас с морской болезнью? Катер это, знаете ли, не большой пассажирский пароход.
— Я не знаю, никогда в море не был, — ответил Николай, — но думаю, что все будет нормально. (Ну, не рассказывать же адмиралу и остальным о своем статусе и знаке «В»).
— И, пожалуй, последний вопрос, товарищи, — сказал адмирал, подходя к карте, — нужно выбрать место для проведения испытаний. Вот это место мне кажется наиболее подходящим, — сказал он, беря в руки указку, — здесь большое скопление различных скалистых островов, от маленьких, которые не имеют названия, до больших, поперечником до нескольких километров. Все они необитаемые, на них нет пригодного места ни для человека, ни для морского зверя, так как берега резко обрываются в море, и обитают на этих островах только птицы. Некоторые маленькие островки полностью покрываются водой во время прилива, поэтому судоходство здесь представляет большую опасность, но мы эти места хорошо знаем.