– И тем не менее, отправил!
– Она уже ушла тогда! Ушла в тонком теле, а не в физическом, как было условлено.
– Да-да, и ты послал свору гончих псов ей вдогонку!
– Они должны были только остановить ее, не пустить к тебе! Это был хороший план, ведь ты обязательно захотел бы знать, что происходит, и покинул бы защищенное пространство. Гаянэ осталась бы жива, а ты бы попался в завершенную пространственную ловушку. Но группа захвата опоздала, Гаянэ устремилась к тебе, как мотылек на огонь. Наивная девочка, возможно, она рассчитывала, что ты поверишь и простишь ее мнимое предательство. Кто мог предположить, что все закончится так печально?
– Не надо юродствовать, Туларис. Ты знал с самого начала, что все закончится именно так. Вы все вместе подписали ей смертный приговор, отправляя на задание. Да, я действительно «клюнул» на такую приманку. Но ты можешь рассказывать о своем гуманизме новичкам в Ордене. Группа преследования атаковала на поражение, и расчет был именно на то, что я выйду защитить! — Аргарэн на секунду смолк, и я перевел дух, понимая, что сидел, затаив дыхание, слушая эту неожиданную словесную дуэль и отмечая для себя, как Учитель, спокойно отражавший выпады Тулариса вначале, перешел в атаку и загнал-таки противника в угол. А еще интересно было, что Туларис называл девушку полным именем, а Учитель — всегда только Яной.
Аргарэн снова повернулся к магу:
– Расчет был неверным, я бы и в самом деле защитил любого от вашей своры, кроме предателя, и ты не мог не знать этого. Я никогда не поверю, что ты не подумал об этом, тем более что Яна наверняка предупреждала тебя и спрашивала, что будет, если я захочу наказать ее за предательство. Было такое?
Туларис дернул головой и пробормотал ругательство, на заклинание силы не было.
– И что ты ей пообещал? Защиту? И где была твоя защита, когда огонь охватил клетку?
– Гаянэ тогда уже перешла за грань!
– Ты так уверен, что даже не попытался спасти? А может, хотел убрать ненужного свидетеля своего очередного провала? Так что повесить ее гибель на мою совесть тебе не удастся. А что касается твоих россказней – не думай, что я тебе поверил. У нее было множество шансов передать мне весть, причем так, что никто бы не догадался, у нас была своя система условных знаков. Она этого не сделала. Поэтому твоя сказка о благородной спасительнице не нашла отклика, ты зря потратил время.
– Как хочешь. Я не буду тебя убеждать. Вот только отдам одну вещицу... Она была в той горстке пепла, что осталась от Гаянэ... Ее амулет.
Туларис выложил на комод почерневшее украшение – не очень большой овальный медальон. Аргарэн знал его, потому что сам много лет назад одел его на шею ученице. И он знал, чей портрет был внутри медальона. Цепочка сплавилась и превратилась в кривое щупальце. Изгнанник отломил уродливый нарост и молча спрятал кулон в нагрудный карман.
Глава 9 О пользе хорошего слуха
* * *
Рассказывает Гаянэ
Завершив дела на кухне, я собралась с духом и решилась поговорить с Учителем. Совсем иначе я представляла себе нашу встречу, и когда улеглись первые впечатления от сегодняшних событий, поднялось глухое недовольство. Почему он так странно себя ведет? Я медленно поднималась на второй этаж, складывая в уме фразы, которые скажу ему... Услышав за одной из дверей голоса, я остановилась и прислушалась. И уже не могла двинуться с места, хотя знала, что подслушивать неэтично. Но я никогда бы не решилась спросить Учителя о том, что он рассказывал Заку!
– Я ничего не мог сделать тогда, чтобы помешать ее уходу, но за эти три года я успел подготовить все, чтобы возвращение шло по моему сценарию.
– То есть, ты все знал заранее?
– Не просто знал, а спланировал. От магов Ордена я защитил Яну с помощью Зорги, и все это время ловил редкие и слабые импульсы от него. Посылы прекратились месяц назад, и я начал действовать.
– Убрал ребят, нашел новое место... то есть наоборот, конечно...
– Да. Но, кроме того, я выбрал подходящий момент и сказал Рейле, что все ее надежды на наше совместное будущее тщетны.
– А как она вообще терпела три года?
– Так ведь и Яна ждала три года, прежде чем... Рейла видела мое особое отношение к ней в том, что она всегда была рядом, всегда выбираема в спутники или попутчики... она считала, что все идет, как надо. И тут вдруг резкий обвал всех надежд на светлое будущее.
– И она так сразу отступилась?
– Нет, конечно. Несколько раз начинала по новой выяснять отношения. Я позволил этому быть, хотя мог остановить сразу. Необходимо было поднять напряжение до предела, натянув ситуацию, как струну. В конце концов я сказал, что всегда любил, люблю и буду любить одну женщину, и её имя не Рейла.